Дорога охотника (СИ) - Ли Ян - Страница 14

— Ну что, скотина тупая? — прохрипел я, пытаясь отдышаться. — Не достал? Обидно, да? Человек — венец творения, мать твою оленью!

Зверь в ответ издал очередной рёв-свист и врезался рогами в ствол. Дерево содрогнулось, я чуть не слетел с ветки.

— Эй, эй, полегче! — Я вцепился в ствол обеими руками. — Это моё дерево! Я его первый занял!

Олень не оценил мой юмор. Он продолжал атаковать дерево — раз за разом, методично, будто надеялся его свалить. И, что самое хреновое, шансы у него были — не само дерево, так меня с него.

— Ну ёб твою мать… — пробормотал я, понимая, что ситуация ни разу не улучшилась.

Сидеть на дереве вечно я не мог. Рано или поздно тварь либо добьётся своего, либо я сам свалюсь от усталости. А внизу меня ждала очень негостеприимная встреча.

Надо было что-то придумать.

Я огляделся. Рядом росло ещё одно дерево — метрах в трёх, с толстыми ветками на том же уровне. Если прыгнуть… Рискованно. Очень рискованно. Обезьян и акробатов-то в роду не было. Но других вариантов не было тоже. Встал на ветке, балансируя, примериваясь к прыжку. Олень внизу продолжал долбить дерево, не обращая внимания на мои манёвры.

— Ну, — сказал я сам себе, — либо я, либо гравитация. Посмотрим, кто победит.

И прыгнул.

Секунда в воздухе показалась вечностью. Я видел ветку перед собой, тянулся к ней руками, чувствовал, как сердце пропускает удар…

Пальцы вцепились в кору. Удержались. Качнулся, болтаясь на руках, потом подтянулся и перекинул ногу через ветку. Сделал это. Блядь, реально сделал.

— Ха! — выдохнул я, чувствуя эйфорию от того, что всё ещё жив. — Видал, козлина?

Олень наконец заметил, что я переместился. Он замер, уставившись на меня своими мёртвыми глазами, потом медленно подошёл к новому дереву.

И снова начал долбить.

— Ну охренеть теперь, — пробормотал я. — Ты что, серьёзно?

Тварь была серьёзна. Абсолютно серьёзна в своём намерении меня убить.

Следующий час превратился в какой-то сюрреалистический квест. Я прыгал с дерева на дерево, олень следовал за мной по земле, методично атакуя каждый ствол. Руки болели, ладони стёрлись в кровь, мышцы горели от напряжения.

— Да сколько можно⁈ — взвыл я. — Иди уже! У тебя что, других дел нет⁈

Видимо, других дел у него не было. Нужно было попробовать… ну, например, дипломатию.

— Да отъебись ты уже! — постарался донести свою позицию лосю. — Я понял, понял! Ты крутой! Я лох! Всё, разошлись!

Дипломатия, ожидаемо, не сработала. Оставалось продолжать в том же духе — в смысле, скакать по веткам. Медленно, но верно, всё дальше от водопоя, всё ближе к своему лагерю. К тому моменту, когда я наконец увидел знакомые заросли, этот урод злопамятный, похоже, начал уставать. Его атаки стали менее яростными, движения — более вялыми. Он всё ещё преследовал меня, но уже без прежнего энтузиазма. Так, для порядка. Я спрыгнул на последнее дерево перед лагерем и замер, тяжело дыша. Олень остановился внизу, посмотрел на меня… и, кажется, принял решение.

Он фыркнул — презрительно, почти по-человечески, — развернулся и потрусил прочь.

— Чё, зассал⁈ — крикнул ему вслед. — Вали отсюда, тупое животное! И передай своим, чтобы не совались, а то тоже огребут!

Олень не обернулся. Просто молча исчез в зарослях, оставив меня одного.

На всякий случай посидел на ветке ещё минут десять, просто чтобы убедиться, что он не вернётся. Потом медленно, осторожно спустился на землю. Ноги подкосились, как только коснулись твёрдой поверхности. Я рухнул на четвереньки, тяжело дыша, чувствуя, как всё тело дрожит от адреналина и усталости.

Охота прошла просто великолепно. Десять из десяти, рекомендую всем начинающим попаданцам.

Я добрёл до лагеря на автопилоте. Рухнул на лежанку, не снимая того, что осталось от одежды (никогда и не снимал, но всё же), и просто лежал, уставившись в потолок из веток.

Десять дней в этом мире. И что я имею? Хренов лагерь из веток, сломанное оружие, пустой желудок и полное отсутствие перспектив.Может, стоит признать, что я не создан для выживания? Может, проще лечь и сдохнуть, чем продолжать эту бессмысленную борьбу?

Мысль была заманчивой. Очень заманчивой.

Но что-то внутри — упрямое, злое, отказывающееся сдаваться — не давало опустить руки.

— Нет, — сказал я вслух, и голос прозвучал хрипло, но твёрдо. — Нет, блядь. Я не сдохну здесь. Не сегодня. Не завтра. Не так.

Проснулся от того, что солнце било прямо в лицо. Судя по его положению — уже далеко за полдень. А полдень, как известно, начинается не с кофе. Ну, потому что кофе у меня нет. Печально доковылял до ручья и напился прямо из него, опустив лицо в воду. Прикинул, что там по еде. Остатки вяленого мяса, ещё более остатки рыбы. Пара кореньев. Этого хватит, чтобы протянуть день, но не больше.

Сидел у потухшего костра, жевал безвкусный корень и думал. Надо найти альтернативный способ добычи еды, который не включает прямую конфронтацию с рогатыми психопатами.

Ловушки.

Мысль пришла внезапно, будто кто-то подсказал. Ловушки — это же классика охоты. Не надо гоняться за добычей, не надо сражаться. Поставил, ушёл, вернулся — а там уже готовый обед. Троечка выживания и каша из земных знаний откликнулись, подбросили обрывки знаний. Силки. Петли. Ямы. Разные типы ловушек для разной добычи. Силки были самым простым вариантом. Петля из чего-нибудь прочного — верёвки, лианы, сухожилий — закреплённая на гибкой ветке. Зверь наступает, петля затягивается, ветка распрямляется и поднимает добычу в воздух.

Проще простого. В теории.

На практике, конечно, всё было сложнее. Но у меня был навык, который мог помочь. И отсутствие альтернатив, которое мотивировало лучше любого навыка.

— Ладно, — сказал я, поднимаясь. — План такой: делаем ловушки, ставим их на тропах, ждём результата. Что может пойти не так?

И тут же пожалел, что спросил. В этом мире «что может пойти не так» — это практически приглашение для Вселенной показать, что именно. Но отступать было некуда.

Сначала — материалы.

Для силков нужна была верёвка. Крепкая, гибкая, достаточно тонкая, чтобы не бросалась в глаза. Обычной верёвки у меня не было, но были лианы. И сухожилия от крыс и мурены, которые я сушил «на всякий случай».

Я достал запасы и начал работать.

Сухожилия были жёсткими, непослушными. Пришлось размочить их в воде, потом растереть между камнями, чтобы размягчить. Процесс был долгим и муторным, но в итоге я получил что-то похожее на шнур — тонкий, относительно эластичный и прочный. Ну, прочнее, чем первые экземпляры.

Потом — лианы. Их я сплёл в более толстую верёвку для крепления ловушек к деревьям.

К вечеру у меня было достаточно материала для пяти-шести силков. И чувство глубокого удовлетворения… в том смысле, что просто невероятно заебался.

Теперь — решить вопрос с размещением.

Я вспомнил тропу, которую нашёл во время разведки. Утоптанную дорожку, по которой явно регулярно ходила разная живность. Идеальное место.