Вик Разрушитель 10 (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович - Страница 55

Я увидел смеющихся Арину, Лиду, Нину, Веронику, Свету Булгакову, Анжелику, «Скоморохов», слегка офигевшего от происходящего Костю Рауха, парней-однокашников, искренне радующихся не только за меня, но и за возможность хорошо повеселиться. Девушки, несмотря на статус простецкой вечеринки, блистали нарядными платьями и красивыми причёсками.

Остальные посетители клуба с интересом приглядывались к нашей возне. Я завёл Илану и Дайаану в гардеробную, чтобы они там спокойно привели себя в порядок, переодели обувь, и потом вместе с ними направился к столикам, сдвинутым вместе, и заставленным разнообразными закусками. Шампанское охлаждалось в ведёрках.

— Господа, рассаживаемся, не стоим на месте! — распоряжался Мишка Кочубей. — Не создаём толкотню! Каждой девочке по мальчику!

— Фу, Кочубей! Не опошляй момент!

— Нахал!

— А что, правильно! — это уже парни, за что получили новый взрыв наигранного негодования.

Меня усадили во главе стола. По правую руку, словно демонстрируя своё право на героя спецоперации, место заняла Великая княжна Лидия, слева, даже не моргнув глазом, оказалась Арина. Многие догадывались о наших отношениях, но деликатно помалкивали.

Наконец, все расселись, захлопали пробки, из бутылок взвились белесые дымки, запузырилось шампанское в бокалах. Понемногу суета и весёлый гомон за столами сошли на нет. Взгляды парней и девушек скрестились на мне. Дескать, давай, толкни речь. Делать нечего — пришлось встать, держа в руке бокал.

— Героем я себя не считаю, — начал я, чуть повысив голос. Со стороны танцпола гремела музыка, отдыхающая молодёжь делала вид, что нас не замечает, но нет-нет да и приглядывалась к необычной вечеринке, на которой присутствовала особа императорской крови. — Да и никогда не думал, что обычное мужское дело — защищать женщин и детей — сродни геройству. Это обязанность воинов. Когда мы все вместе — русские и шведские воины — освобождали яхту с заложниками, то не думали о наградах. Более того, мы все готовились к большим потерям, потому как иначе террористов не одолели бы. Там стояла мощная магическая защита, нас ждал вооружённый до зубов враг, профессионально обученный убивать. Но мы справились с очень малыми потерями. Король Харальд особо отметил этот факт. Грамотно спланированная операция принесла успех. Ни один заложник не погиб. Считаю, моя награда — это дань общему успеху, уважение всем русским бойцам, принявшим участие в спасении невинных людей. Выпьем за русских героев! Ура!

— Ура Мамонову, нашему скромняге! — Кочубей вскочил.

— Ура! — весело грянуло за столом. Все тоже оказались на ногах, вскидывая бокалы.

Парни пили до дна, а девушки больше пригубливали. Когда уселись обратно, Данька Захарьин во всеуслышание укорил меня:

— Ты хотя бы медалью похвастался! Даже не надел её.

— Зато взял с собой, — я вытащил из кармана брюк коробочку с наградой, открыл крышечку. — Лидия Юрьевна, если вас не затруднит, пустите по кругу, пусть каждый посмотрит.

Лида уже имела возможность лицезреть медаль, но ради торжества момента ещё раз внимательно поглядела на неё и отправила дальше.

— Так официально! И к чему бы? — шепнула она, кокетливо поправив прядь волос за ушко. Лида была сегодня в платье из тёмно-синего атласа. Лиф на тонких бретелях был украшен мелкими стразами из хрусталя. На пальцах посверкивали кольца с драгоценными камнями, выполнявшими роль магической защиты. Тёмно-русые волосы уложены в красивую причёску, но несколько прядок осознанно выпущены на волю. Подведённые глаза таят в себе загадочность, а губы, подкрашенные бледно-розовой помадой, чуть-чуть приоткрыты. Хороша!

Я только открыл рот, чтобы ответить, как слева раздался голос Арина. Княжна поднялась, держа бокал в руке. Шум за столами затих.

— Я хочу сказать слово! Скромность Андрея достойна уважения, поэтому о его подвиге должен рассказать кто-то другой. Позвольте мне восполнить пробелы в рассказе вашего одноклассника. Считаю несправедливым замалчивать то, что произошло на яхте «Северная Звезда».

Я только развёл руками, потому что уговаривать княжну Голицыну не рассказывать о том, как бился башкой о «Щит Хеймдалля» и разминировал хитроумную взрывчатку, заложенную под дротскону Сиггрид и её детей, сейчас показалось бы слабой попыткой пококетничать. Поэтому мысленно вздохнул. Не иначе Астрид разоткровенничалась с Ариной. Представляю, что она накрутила. Кстати, самому интересно. Поэтому и стал слушать свою подругу, скромно потупив взор.

Конечно, о мелких деталях десантирования на «Северную Звезду» и зачистке верхней палубы Астрид знать не могла, поэтому Арина особо долго не расписывала, как наши отряды пробивались в жилые помещения. Но о моём вкладе в разрушение хитроумного защитного купола, поставленного террористами, рассказала дрожащим от волнения голосом. А вот эпизод с разминированием был подан столь искусно, с таким динамизмом и драматизмом, что мои одноклассницы теперь смотрели на меня восторженно-романтическими взглядами. Наверное, представляли себя на месте принцессы Астрид, к сожалению, не понимая, какой ужас она перенесла, ожидая спасения. А если бы я ошибся с расчётами или моя дилетантская методика разминирования привела к взрыву?

Когда Арина замолчала, Аня Долгорукова с удивлением проговорила:

— А вы знаете, я была уверена, что Мамонов рано или поздно вляпается во что-то подобное.

И все грохнули, покатываясь со смеху. Аня тоже смеялась, прикрыв рот ладошкой.

— Ой, извините, я так переволновалась, слушая эту историю, — оправдывалась она перед нами. Но я-то знал, что эта хитрюга ловко подковырнула меня.

Веселье начало набирать обороты. Официанты принесли коктейли, а я воспользовался моментом и подошёл к «скоморохам», скромно сидевшим с краю, склонился к уху Рустама:

— Ну что, парни, готовы взойти на вершину славы?

— Руки чешутся ударить по струнам! — откликнулся Горыныч.

— Так вперёд! — улыбнулся я и подмигнул Анжелике, которая сидела рядом с Дайааной и попивала коктейль. Девушка всё поняла и что-то прошептала на ухо шаманке.

По нашему сценарию Анжелика и Рустам должны были спеть пару-тройку заводных песен, потом на сцену должен выйти я и продемонстрировать своё умение голосить на публику (кстати, это была идея Арины, чтобы виновник торжества что-нибудь исполнил), а потом настанет черёд Дайааны.

«Скоморохи» вместе с Анжеликой ушли в соседний зал готовиться к выступлению. Вот теперь начинается их настоящая работа: с полной выкладкой, чтобы стены и пол клуба вибрировали, грозясь развалиться от децибелов музыки. И когда ударили первые аккорды, все выразили желание потанцевать. Лёгкий хмель, ударивший в голову после шампанского, будоражил кровь. Не только мы, но и другие посетители потянулись на танцпол.

Было видно, что «скоморохи» отрабатывали свой хлеб не за страх, а за совесть. Они слаженно играли, Анжелика пела бархатистым голосом, а Рустам носился по невысокой сцене с микрофоном в руке, и как только наступал проигрыш, подбадривал танцующих и просил их быть более активными.

Ко мне пробрался Мишка Кочубей и громко зашептал на ухо:

— А ты Илану хорошо знаешь?

— Понравилась? — я внимательно поглядел на друга. Мне хотелось понять, насколько ему интересна девушка, и готов ли он ухаживать за ней. А что? Это была бы хорошая пара. Тем более, душа за Илану болела. Обещал ведь поддерживать, а сам увлёкся своими проектами.

— Очень! Света Булгакова рассказала, что ты с Иланой дружишь, поэтому и решил сначала у тебя поинтересоваться, — Кочубей покосился на счастливую девушку, танцующую рядом с молодыми аристократками.

— Одного я уже благословил на дружбу, а он позже испугался, вильнул в сторону, — поморщился я.

— Ты про Вадбольского, что ли? — фыркнул Мишка. — Я же ему потом высказал всё в лицо! Жаль, Вероника его по щекам не отхлестала!

— Без дуэли обошлось, надеюсь? — мне пришлось напрячь голос. Музыка гремела, молодёжь весело подпевала Анжелике.

— Да ну, какая дуэль! — прокричал в ухо друг. — Он сам понял, что накосячил, поэтому не стал возмущаться и требовать сатисфакции. Но против отца не пошёл. Подчинился его воле… Так что, можно?