Реставратор (СИ) - Некрасов Николай Алексеевич - Страница 9

— У вас очень уютно, — не удержался я, и лицо девушки озарила искренняя улыбка:

— Спасибо! Мы открылись, всего пару месяцев назад. Приятно, когда посетителям наше кафе приходится по душе.

Я мысленно похвалил собственную интуицию за умение находить подобные места. Оставалось проверить главное: насколько тут вкусно. Я придвинул к себе меню, и взгляд сразу упал на раздел «комплексный завтрак». Их было несколько комбинаций, и, поразмыслив, я остановился на третьем варианте. В нем была каша на выбор: овсяная, пшенная, манная. Кофе или маленький стаканчик апельсинового сока, чтобы выпить после. И, наконец, пирожок с мясом, капустой или повидлом на выбор.

— Мне комплексный номер три, пожалуйста, — заказал я.

— Отличный выбор!

Девушка с улыбкой кивнула, сделала пометку в блокноте и поспешила на кухню. Я же откинулся на спинку плетеного стула, покрытого привязанной к спинке плоской подушкой. Первое впечатление от Петербурга потихоньку складывалось в целостную, и пока очень приятную общую картину. Ожидая заказ, я поглядывал на солнечные блики, расползающиеся по соседнему зданию, и наблюдал за трепещущими от легкого ветерка листьями плюща.

— А где можно сполоснуть руки? — уточнил я, когда девушка вновь появилась на веранде с подносом в руках.

— Пойдёмте, я покажу, — услужливо предложила она и поставила поднос на пустой столик.

Я последовал за ней внутрь. Интерьер и внутри оказался приятным: приглушённый свет, стены из грубого кирпича, стилизованные под прошлый век светильники. В воздухе витал насыщенный аромат свежемолотого кофе и выпечки, щедро сдобренной ванилью.

— Прямо и до конца, затем направо, — девушка указала направление и поспешила назад к другим гостям.

Я проследовал по указанному пути и когда свернул за угол, тут же замер, будто наткнувшись на невидимую стену. Что-то было не так. Перед дверью в уборные над широкой раковиной висело крупное зеркало в тяжелой, резной раме из тёмного, почти чёрного дерева. И оно… фонило.

Так сильно, что у меня сдавило виски, а сердце вдруг заколотилось с немой паникой, будто пыталось пробить ребра и вырваться наружу. Тусклый свет в коридоре лишь усиливал гнетущее ощущение.

Здесь была проклятая вещь. И она была одержима голодным злым духом. Он, вероятно, долго дремал.

Но теперь он пробудился.

Глава 6

Зеркало

Проклятой была либо рама, либо, что гораздо хуже, само зеркало. И рама была бы самым простым вариантом. Скорее всего, там был просто привязанный к предмету простенький дух, уничтожить который не составило бы труда. Но если это было зеркало…

Я недовольно поморщился: зеркала всегда были дополнительным источником энергии для нечисти, за счет того, что им проще было прятаться в отражениях и уходить в астрал. А потом также быстро возвращаться и наносить «удар» со свежими силами. А дух здесь был старый и очень злой на все живое. Это четко считывалось даже без прямого контакта.

Я попытался сделать шаг вперед, но от зеркала донёсся шёпот. Он был едва слышен, но каждое слово было пропитано ненавистью:

«Твой да-а-ар… не да-а-ар. Проклятье-е-е…» — прошипел демон, надеясь меня напугать.

Призрак был хитер. Но он не знал, что с эти простые уловки мне были знакомы еще с самого детства.

— Думаешь? — с усмешкой уточнил я, закатывая рукава. — Тогда посмотрим, что скажешь, когда от тебя ничего не останется.

Крайне неприятная находка, да еще и в таком приятном месте. Зеркала всегда были одним из самых опасных обиталищ для духов. Призраку, мелкому бесу или сильному демону гораздо проще прятаться в зазеркалье, отражать любые молитвенные атаки и избегать ритуала очищения. А уж выманить его оттуда было целой наукой. Да и задачей это было для крепких духом людей с нервами как канаты. Постоянно срывающееся изгнание может вывести из себя даже самого стойкого смотрителя из ОКО. Духи в зеркалах, как черви в сочном, спелом яблоке. Снаружи лишь одна червоточина, а внутри плода кроются бесконечные лабиринты.

С самым невинным видом я подошёл к раковине, выкрутил краны, делая вид, что просто мою руки, и принялся рассматривать зеркало. Отражение было обычным, если не считать лёгкой ряби в самом углу, которую обычный человек списал бы на искажение и брак поверхности. Коснулся той части, но ничего особенного не ощутил: обычная негативная вибрация, сигнализирующая о темной одержимости в этом объекте.

Ядовитый холодок шёл не отсюда. Тогда я провёл пальцами по резной раме из тёмного дерева. И тут же почувствовал знакомое, покалывающее противодействие.

Облегченно вздохнул: вот оно. Дух засел не в зеркале, а в раме. Это упрощало задачу. Оставалось понять, кто именно нашёл здесь пристанище.

— Кто тут? Несчастная душа, застрявшая между мирами? — тихо спросил я, концентрируясь на ощущениях. — А может быть, просто мелкая пакостная сущность из астрала?

В ответ тьма из рамы огрызнулась, пытаясь дотянуться до моего сознания.

«Отстань, реставраторишка… Я тебя изведу-у-у. Разорву твою ду-у-ушу…»

Вот и ответ. Оно знало, кто я. Значит, это дух, а не призрак. Призраки это обычное эхо былой жизни. Они лишены доступа к знаниям и помнят лишь свое прошлое. И могут подмечать то, что удается увидеть, пока они застревают между мирами. А этот бес, скорее всего, мелкий, если судить по манере агрессивной защиты, мог черпать информацию из астрала и пытаться меня запугивать. Вредный, злобный и очень голодный. Но не такой страшный, каким старался казаться.

Возможно, до того, как зеркало повесили здесь после открытия, оно где-то долгие годы пылилось, доводя до стадии оголодания своего «постояльца».

Пришла мысль предложить владельцу отдать мне раму «на реставрацию». Но почти тут же отпала — рама выглядела почти идеально. Кто-то прекрасно потрудился, останавливая ее.

Так какой предлог придумать? Оставлять здесь эту гадость точно нельзя. Будет обидно, если это приятное местечко быстро закроется. А оно точно закроется, если этот паршивец начнет набирать сил и отравлять здесь все. Самоубийства, ссоры, которые погано заканчиваются, несчастные случаи.

Потер виски, отгоняя эти мысли. Думай. Думай…

Опять коснулся проклятого дерева, чувствуя под пальцами завитки орнамента и… Удивленно поднял бровь, когда подушечки пальцев нащупали тонкие стыки, которые не были видны в полумраке коридора. Рама была составной. И в душе тут же начал пробиваться робкий росток надежды. Кажется, дело можно решить все намного проще.

Я чуть приподнял тяжелое зеркало, заглянув в щель между ним и стеной. И предположение подтвердилось!

Проблема была не во всей раме. В левом нижнем углу, в месте стыка, был вставлен небольшой, почерневший от времени кусок дерева, явно взятый от какого-то другого, куда более старого предмета. Вот он, источник всей заразы.

«Не тронь! Гадкий… Кад-с-с-ский рестовраторишка! Не сме-е-ей… Выпью тебя до с-с-суха…» — зашипел дух, почувствовав, что его уязвимость обнаружена.

— Заглохни, — отрезал я, нажимая большим пальцем прямо на вставку. — Твоим пустым угрозам меня не напугать. А знаешь, что бывает с вредными духами, которые портят людям аппетит?

— Что ж… Сейчас кто-то попляшет… — пробормотал я, нащупав место соединения проблемного фрагмента. Усмехнулся, и провел пальцами по раме, в поисках, уязвимой части стыка:

— Есть!

Я надавил на раму посильнее. Почувствовал под пальцами напряжение старого дерева и с резким, сухим хрустом отломил злополучный кусок рамы. Дух взвыл, и я мстительно улыбнулся, услышав в голосе духа уже не злобу, а страх. Он почувствовал, как его связь с этим миром ослабевает. Силы покидали голодного беса, словно воздух из проколотого шарика. Его уверенность таяла на глазах.

Теперь с ним нужно было что-то сделать. В таких ситуациях обычно есть два пути: изгнать или уничтожить объект физически. Изгнать демона классическим способом я не мог. Чтобы стать экзорцистом, нужно базово иметь священный сан, а потом уже учиться и идти в ОКО или СКДН. Я же был простым реставратором и такой возможности не имел.