Замужем (не)пропасть или новая хозяйка для старого дома (СИ) - Роут Айви - Страница 23

Мэр замялся, потом попытался сменить тему:

— Милорд, прошу вас... Вы знаете, как трудно управлять имением. Эти проблемы... налоги, рабочие... я старался сделать всё возможное, чтобы поддерживать порядок.

— Поддерживать порядок? — переспросил Ричард, его голос стал ледяным. — Ты называешь воровство поддержанием порядка?

В этот момент стало понятно, что мэр окончательно проиграл. Его лицо стало мертвенно-бледным, и он больше не пытался возразить. Он понял, что его планы раскрыты.

— Я дам тебе возможность вернуть всё, что ты украл, — сказал Ричард спокойно. — Если ты не сделаешь этого, я позабочусь, чтобы все знали о твоих махинациях. Я больше не потерплю твоей лжи.

Мэр кивнул, не в силах произнести ни слова. Ричард шагнул к двери, но, прежде чем уйти, обернулся и посмотрел на меня.

— Элизабет, — тихо сказал он. — Пойдём.

Я поспешно вышла из кабинета, чувствуя, как все мои нервы были на пределе, но во мне было и облегчение. Я последовала за Ричардом, чувствуя его силу и защиту.

Когда мы вышли из дома мэра, к нам подъехала карета. Я уже думала, что это конец этой напряжённой сцены, как вдруг дверь кареты распахнулась, и оттуда вышла Лорейн. Её изысканные платья и жемчужные украшения выглядели нелепо на фоне нашего разговора.

— Ричард, ты наконец закончил? — её голос был полон раздражения и ревности.

Я посмотрела на Ричарда, и на мгновение наши взгляды встретились. В его глазах я увидела что-то, что он, казалось, сам не понимал.

Глава 31. Холлисайд

Когда мы вышли из дома мэра, тишина казалась почти оглушающей. Лорейн, яростно потрясая своими юбками, нетерпеливо дожидалась нас возле кареты. Она оглядывала меня с явным презрением, её глаза сверкали ревностью. Я же, напротив, была слишком поглощена своими мыслями о разговоре с Ричардом, чтобы обратить на неё внимание.

Ричард стоял немного в стороне, его выражение было суровым, но взгляд неотрывно следил за мной. Я видела в его глазах что-то новое, что-то, чего раньше не было — возможно, это было понимание или, по крайней мере, попытка его найти. Мне хотелось верить, что за его холодной маской скрывается больше, чем он позволяет показать.

— Элизабет, — наконец произнёс он, ломая напряжённое молчание, — расскажи мне, в каком состоянии ты нашла поместье.

Его голос звучал серьёзно, даже требовательно, и это лишь добавляло мне решимости. Я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями.

— Когда я прибыла в Холлисайд, там было... — я замялась, не находя слов, которые могли бы точно описать увиденное. — Там было ужасно. Половина комнат непригодна для жизни, крыша протекала, сад превратился в заросли бурьяна, а все, кого я пыталась нанять, завышали цены до невероятных сумм. Это место выглядело, как забытый уголок, брошенный и всеми покинутый. Я... — я закусила губу, чувствуя, как нарастают эмоции, — я хотела его восстановить. Вернуть ему былое величие. Но на это требуются средства, которых у меня нет.

Ричард внимательно слушал, его лицо оставалось бесстрастным, но что-то в его глазах изменилось. Может, он не ожидал услышать таких слов. Может, он не знал, что дела обстоят настолько плохо.

— И ты занималась этим одна? — спросил он, слегка нахмурив брови.

— Марк помогал мне, но, по сути, да, — ответила я, стараясь удержать ровный тон.

— Марк? — Ричард нахмурился. — Сын Шани?

Я хотела назвать Марка трактирщиком, но потом поняла, что Ричард его знает скорее как сына экономки, поэтому просто кивнула.

— Я сделала всё возможное, чтобы сократить расходы. Огородом занялась сама, чтобы не покупать еду. Договаривалась с местными мастерами через Марка, он порядочно сбавил цену. Но что могу сделать я одна?

На мгновение его взгляд стал мягче, но тут же в них вернулась сталь. Я почувствовала, как моё сердце сжалось от боли. Может, он и слышит меня, но хочет ли он понять?

— Ты не должна была этого делать, — его голос прозвучал твёрдо, почти с упрёком. — Я не просил тебя восстанавливать Холлисайд. Твоя задача — быть графиней, а не управлять поместьем.

Его слова задели меня, но я знала, что должна ответить. Не могла просто промолчать и проглотить это.

— И где мне по твоему надо было жить?! — Моего терпения переставало хватать. — Под дырявой крышей? С мышами в подполе?

— Тише. — Шикнул на меня муженек. Да уж, скандалящие Холборны у дверей мэра Ренара — то еще зрелище, которое запомнится всем жителям Ньюкреста.

— А чья тогда это задача? Если не моя? — в моём голосе прозвучали нотки отчаяния, которое я не смогла сдержать. — Я — графиня Холборн, и если это не моя ответственность, то чья? Ты оставил поместье и людей на произвол судьбы, и если бы не я, оно бы окончательно разрушилось.

Ричард молча смотрел на меня, и я увидела, как в его глазах мелькнула неуверенность. Но прежде чем он успел что-то сказать, Лорейн вмешалась, словно змея, нашедшая момент для атаки.

— Ричард, дорогой, ты не видишь, как она пытается выставить тебя виноватым? — её голос был сладким, но с явной угрозой. — Зачем тебе тратить время на этот старый дом? Ты должен заниматься более важными делами, скоро тебя назначать министром, и все это уже будет неважно. Пусть Элизабет продолжает свои игры с поместьем, если ей так хочется. Но не трать на это своё время.

Я ощутила, как внутри меня вскипает ярость. Лорейн смотрела на меня с таким презрением, словно я была грязью под её ногами. Но я знала, что её слова находили отклик у Ричарда. Он задумчиво смотрел в сторону, как будто взвешивал её аргументы.

В этот момент я почувствовала себя совершенно одинокой. Всё, что я сделала, все мои усилия, казались теперь никому не нужными. Ричард колебался, и я видела, что он может отвернуться от меня в любой момент. Но что-то в его лице, в его глазах, заставляло меня не терять надежды.

Мужчина, стоявший до этого в стороне, наконец подал голос. Не помню ни его лица, ни имени. Но он мне уже не нравился. Его маслянистый тон только усугублял ситуацию.

— Милорд, мисс Лорейн права. Все эти траты на Холлисайд... они необоснованны. Вложенные средства явно превышают разумные границы, и нет гарантии, что поместье когда-либо вернёт вложенное. Возможно, стоит пересмотреть подход к этому вопросу.

Я видела, как Ричард напрягся. Он явно не был готов к такой атаке с обеих сторон. Но вместо того, чтобы поддаться давлению, он вдруг посмотрел на меня с новым, более твёрдым выражением лица.

— Элизабет, — его голос был низким, но полным решимости, — я обещаю, что ты не будешь ни в чём нуждаться. Средства для восстановления Холлисайда будут предоставлены. Но...

Он замолчал, и в его взгляде было то, что я не могла понять.

— Я не могу сам поехать и увидеть всё собственными глазами. Сейчас у меня слишком много дел в столице, и... — он замялся, но его взгляд снова встретился с моим, — но я доверяю тебе. Сделай всё, что нужно для восстановления. Я обеспечу тебя всем необходимым.

В его голосе было что-то неожиданное. Может быть, это было сочувствие? Или же сожаление? Я не могла понять до конца, но на мгновение мне показалось, что он действительно видит во мне не просто свою жену по договору, а человека, который переживает за то, что принадлежит ему. Это было так странно и ново.

— Я сделаю всё возможное, — тихо сказала я, стараясь скрыть дрожь в голосе.

Но что-то внутри меня говорило, что это не конец. Что-то было в воздухе, в напряжённости между нами, что подсказывало, что этот разговор не завершён. Ричард собирался уже сесть в карету, когда его взгляд снова остановился на мне.

— Мы скоро снова увидимся, Элизабет, — сказал он, но я заметила, как он колебался, как будто что-то его останавливало. Затем, словно встрепенувшись, он повернулся к мужчине и Лорейн, которые явно были довольны тем, что он принял их сторону.

Но я знала, что это была только отсрочка.

Глава 32. Цирк с конями

Карета исчезла из виду, но я всё ещё стояла на месте, как будто приклеенная к земле. Голова гудела, а сердце стучало в груди быстрее, чем хотелось бы. Ричард... Его поведение оставляло меня в полном смятении. С одной стороны, он был холоден и бесчувственен, но время от времени мне казалось, что я замечала что-то иное за его ледяной маской. Как будто внутри него пряталась буря. Но он всё ещё игнорировал меня, а Лорейн... Её довольная физиономия до сих стояла перед глазами, она чувстовала себя победительницей. И это меня злило.