Коломбо. Пуля для президента (ЛП) - Харрингтон Уильям - Страница 16

Коломбо кивнул.

— И не говорите. В любом случае… Мне всё равно нужно искать кого-то с мотивом, чтобы…

— Психов полно, лейтенант. Он получал массу угроз. Какой-нибудь псих…

— Нет, мэм, — покачал головой Коломбо.

— Что?

— Это не мог быть псих, мэм. Убийство было тщательно спланировано и великолепно исполнено. Тот, кто убил мистера Друри, имел карту, которая отключала его сигнализацию и открывала двери.

— Как я уже говорила, у меня когда-то была карта. Вам стоит проверить это у Маккрори, адвоката Пола. Я сдала свою карту в день, когда съехала, в присутствии Маккрори.

— Тот, кто убил мистера Друри, бывал в доме раньше, — продолжал Коломбо. — Он знал, где найти монтировку. Согласитесь, вы бы стали искать инструменты в подвале, верно? Но не в гараже.

— Не знаю, лейтенант. Мне кажется, этот вывод несколько поверхностный.

— Слишком простой? Ну, может быть, может быть.

Алисия жадно затянулась, затем раздавила сигарету в пепельнице, сделав всего четыре или пять глубоких затяжек.

— Просто к сведению, лейтенант Коломбо, — сухо сказала она. — Наш развод с Полом прошёл гладко. Мы решили, что совершили ошибку. Мы не скандалили и не пытались уничтожить друг друга в суде. Можете спросить кого угодно. Пол выплатил мне щедрые отступные, оставил меня помощником продюсера и продолжал продвигать мою карьеру.

— Мэм, я не спрашивал вас о вашей личной жизни.

— Но теперь вы это знаете, и можете проверить. Если хотите знать, у кого была карта от его сигнализации и замков, советую спросить Карен Бергман. Он раздавал карты своим подружкам.

— Мисс Бергман не убивала его, мэм.

— Откуда такая уверенность?

Коломбо покачал головой.

— Ей пришлось бы встать на табуретку или стремянку. Мисс Бергман слишком низкого роста, чтобы пустить пулю через мозг под тем углом, под которым она вошла.

Алисия долго смотрела на него, потом кивнула.

— Тогда, возможно, вам стоит поговорить с Бобби Анжелой. Её отношения с ним закончились не так хорошо.

Коломбо вытащил блокнот из кармана плаща. На мгновение лицо его оставалось безучастным, затем он нахмурился:

— Бобби Анжела? Вы имеете в виду кантри-певицу?

— Её самую. Бобби Анжела. Та ещё штучка, лейтенант.

— Она была на шоу Друри, — произнёс он, делая пометку в блокноте.

— Верно. Она обвиняла своего отца в инцесте. Она и ещё трое в тот вечер. Одно из худших шоу, что мы делали. Грязь... Пол обычно до такого не опускался. Он говорил, что это большая социальная проблема.

— И какие у них были отношения?

— Бурные, — ответила Алисия. — И разрыв был ужасным, материал для таблоидов. Если у неё была карта, спорю на что угодно, она не вернула её так, как это сделала я.

Коломбо скорбно поджал губы и кивнул. Он сунул ручку, которой писал, обратно в подставку на столе.

— Я премного благодарен вам за наводку, — сказал он. — В смысле, даже если из этого ничего не выйдет, я хотя бы познакомлюсь с Бобби Анжелой. Подождите, вот я расскажу об этом миссис Коломбо!

— Надеюсь, это поможет, лейтенант.

— Уверен, что поможет, мэм. Не буду больше отнимать у вас время. Очень признателен.

Алисия встала и направилась к двери.

— Если что-то ещё понадобится, просто позвоните, — бросила она.

Коломбо почтительно поднялся.

— Ну… вообще-то, есть одна мелочь, — пробормотал он. — Ерунда, ничего не значит. Просто для полноты протокола, понимаете.

— Да, лейтенант? — в голосе Алисии прозвучало нетерпение.

— Э-э, ну… вы любите азартные игры, мэм?

— А это тут при чём? — резко спросила она.

— О, ни при чём, наверно. Просто пытаюсь выстроить факты в ряд. Так… вы, собственно, играете?

— Я иногда езжу в Лас-Вегас, — холодно ответила она.

— Лас-Вегас. Просто иногда ездите.

— Просто иногда езжу, лейтенант.

— Ага… что ж, могу понять. Я вот в бильярд играю. Иногда гоняю в «девятку», по доллару за партию. Небольшое приключение, так сказать. Успокаивает нервы, правда? Вам случалось проигрывать больше, чем могли себе позволить, мэм?

— Я не могу позволить себе проигрывать деньги, лейтенант, так что любой проигрыш — это больше, чем я могу себе позволить. Ясно?

— Конечно. У меня то же самое. Миссис Коломбо, она жутко расстраивается, если я просажу в пул десятку. Я понимаю. Очень хорошо понимаю.

— Что-то ещё, лейтенант?

— Нет… Конечно, вам никогда не приходилось уезжать из Вегаса, оставшись в должниках?

— Разумеется, нет. У этих людей слишком высокие проценты.

— Это уж точно

Глава шестая

— Не возражаете, если я задам вам один вопрос? — спросила Бобби Анжела. — Почему вы, ради всего святого, не снимете этот плащ?

— Это очень хороший вопрос, мэм, — ответил Коломбо.

Он огляделся. Ему удалось перехватить знаменитую кантри-певицу у бассейна отеля, где она только что закончила фотосессию для «Плейбоя». Сейчас она загорала в белом бикини и потягивала джин-тоник. Среди публики, одетой исключительно в купальные костюмы — некоторые из которых были до неприличия крошечными, — лейтенант представлял собой весьма курьёзное зрелище.

— Видите ли, я таскаю в карманах кучу всякой всячины: блокнот, карандаш, сигары и… Ну, в общем, перекладывать всё это добро по другим карманам — та ещё морока. Иду, так сказать, по пути наименьшего сопротивления. Да, жена так про меня и говорит: любишь ты идти по пути наименьшего сопротивления.

Певица улыбнулась. Он знал, что ей всего девятнадцать, но поверить в это было непросто. Она выглядела женщиной, а не девчонкой. Чёрные волосы коротко подстрижены и завиты под ушами и вдоль скул, глаза карие, эффектная тёмно-красная помада, длинные, стройные ноги…

— Мне ещё ни разу не выпадала честь беседовать с детективом из убойного, — сказала она. — Хотите узнать моё алиби на вчерашний вечер?

— Ну… не обязательно, — протянул Коломбо. — Хотя, конечно, если оно у вас есть, вреда от этого не будет.

Бобби Анжела подняла палец, подзывая официанта.

— Что будете пить, лейтенант?

— Формально я на службе…

— А что бы вы выпили, если бы не были?

— Может, пива.

— А может, виски?

— Что ж, мэм… вообще-то я люблю скотч. И бурбон тоже. Вообще-то я…

— «Чивас» со льдом для моего друга, — распорядилась она, обращаясь к официанту. — А мне повторите джин-тоник.

Коломбо присел на край шезлонга, но потом перебрался в кресло из алюминия и винила.

— Ух ты, — произнёс он, — славный тут бассейн! Так и манит. Жаль, плавок с собой нет.

— У них есть бумажные, — подсказала Бобби Анжела. — Одноразовые. Поносил — выбросил.

— Ну, э-э… пожалуй, не сегодня. Э-э, вы были знакомы с мистером Друри?

— И довольно близко. Он был той ещё сволочью. И у меня нет алиби, так что доказать, что я его не убивала, я не могу.

— У вас была одна из тех карт, что открывают его замки и сигнализацию?

— Карта у меня есть. Хотите забрать?

— Нет, давайте вернёмся к вашим словам, мисс. Вы сказали, он был сволочью.

— Эго маньяка, лейтенант. Он не считал себя Богом. Он считал, что Бог стоит рангом ниже. Пол думал, стоит ему щёлкнуть пальцами, и Господь побежит всё исполнять: пошлёт дождь, устроит гром. Он был неприятным человеком, лейтенант Коломбо. Я его не убивала, но и говорить, что мне жаль, что он мёртв, не стану.

— Вы говорите, у вас нет алиби. Где вы были, когда его убили?

— А когда его убили?

— Хороший вопрос. Скажем, между десятью вечера и половиной первого ночи.

— На это время у меня алиби нет. Я была дома. Легла спать около одиннадцати.

Коломбо сунул руку в карман, нащупал огрызок сигары, но решил, что дымить здесь, у бортика бассейна, будет уже чересчур — и так он выглядит как пугало.

— В моём списке подозреваемых вас нет, — произнёс он. — А стоило бы внести?

Девушка глубоко вздохнула.

— Он распускал руки, — призналась она. — Когда мы встречались, мне было восемнадцать. Если бы мой отец узнал, что он со мной делал, он бы его убил — даже несмотря на то, что отец делал со мной. С другой стороны, полагаю, надо это признать: Пол помог мне пробиться в шоу-бизнесе.