Эволюция целителя (СИ) - Харченко Сергей - Страница 41

— Надеюсь, что не только с улицы придут пациенты, — произнёс я, отчего Захарыч озадаченно уставился на меня.

— Ты про что, Алексей? Уже договорился с кем-то? — удивился пожилой лекарь.

— Да, хорошую сделку заключил. Теперь ждём результата, — туманно ответил я. — А потом расскажу подробней.

— Вот же любитель интриговать, — хохотнул Захарыч, подходя к стойке и проводя рукой по дубовой столешнице. — И когда ждать этого твоего результата?

— Сегодня, — пообещал я, добавив, — надеюсь.

— Нет, так не пойдёт. Давай уже, признавайся. У меня сердце слабое, боюсь, не дотяну до результата, — скривился лекарь, взглянув на меня. — Заодно перекусим. Там Степан со своего стола поделился.

Я вздохнул, затем отправился вместе с ним в обеденную. Придётся всё выложить, деваться некуда. Ведь точно не отстанет. Да и от остальных мне скрывать это не было никакого смысла. Не такая уж и великая тайна.

Зашёл я в обеденную и удивился. На столе оливье, салат с сухариками и фасолью, несколько котлет и пюре картофельное. Даже пиала с маринованными грибами, вроде опятами, и большой пакет яблочного сока. Вот это подгон, конечно. Низкий поклон товарищу Степану за такую щедрость.

Настя уже завершала нарезку огурцов с помидорами и довольно улыбнулась, встречая меня у стола.

— Я сейчас, быстро сгоняю к Григориюшке и вернусь, — пообещал Пуля, забирая в карман набросок от ассистентки. — Только мне оставьте.

— Одну котлету точно оставим, — ухмыльнулся Захарыч. — Ладно, шучу, поровну поделим.

Когда Пуля вернулся, сообщив, что всё будет готово через пару часов, мы уже доедали свои порции. Я переключился на сок и приступил к рассказу, как встретил Бориса, как потом поговорил с Геной.

— Ты ж понимаешь, Алексей, что всё это хрень? — иронично улыбнулся Захарыч. — Зря только деньги проплатил.

— Почему? Аргументируйте, — попросил я лекаря.

— Да никто не придёт в неизвестную клинику, — вздохнул Захарыч. — В нашем случае нужна реклама по Сети.

— И это сделаем, но пока так, — уверенным тоном сообщил я. — Вот посмотрите, будет эффект. Гена справится.

— Клуб пятисот, ну да. Так они и попёрлись в нашу клинику, — закивал Захарыч, захрустев огуречной долькой. — Прям глаза загорелись у всех и ломанулись табуном, волосы назад, ха-ха!

— Вот вы смеётесь, — заметил я, выставив указательный палец. — А потом вспомните мои слова, а затем первые довольные клиенты из этого клуба начнут дополнительно рекламировать «Возрождение» в своей среде.

— Ну да, — прогудел Пуля. — Сарафанное радио работает всегда безотказно.

— А Лёша прав, я тоже так думаю, — улыбнулась Настя, доедая грибы. — Кстати, грибочки просто верх блаженства. Как в детстве.

— Да вфё фкусно тут, — набивая щёки, отозвался Пуля.

— Так, ладно, пойду-ка я навещу Степана, — хлопнул по коленям Захарыч и поднялся со стула. — Надо будет обсудить с ним насчёт лицензии на лекарскую деятельность. Скорее всего пока будем под эгидой «Целебника» работать.

— Прикроемся бумагой? — спросил я.

— Ну да, — засмеялся Захарыч. — Именно так. Прикроемся. Как фиговым листком. Пока так. Но делать лицензию надо срочно, я завтра лично займусь этим.

Лекарь ушёл, а мы допили сок, поболтали, и отправились с Настей осматривать комнаты.

Оказывается, кроме операционной, куда уже занесли стол и пару стульев с креслом, обеденной и административного уголка со стойкой на входе, в нашем распоряжении было ещё шесть комнат.

Одна небольшая, её мы решили использовать в качестве бытовки. Скоро наймём уборщицу, которая будет выполнять также функции прачки. Это будет её личная комната. В помещении простора хватит не только на антисептические растворы, вёдра и швабры, но и на стиралку, и даже на гладильное оборудование.

Ещё две комнаты мы определили в раздевалки, мужскую и женскую. Там уже скоро будут шкафчики и диваны для отдыха. Пространство отлично позволяло ни в чём себе не отказывать.

Ещё в двух комнатах поставили по две кровати. Это будут палаты для тех, кто прошёл сложные операции, и нужно будет отлежаться под присмотром.

Ну а последняя оказалась самой большой. Там уже была ширма, стол с парой стульев и кушетка. Это помещение использовалось при прошлых хозяевах для приёма пациентов, и мы решили ничего не менять. Всего лишь поменяли на двери табличку с надписью «Приёмная» на более красочную, с логотипом нашей клиники. В назначенное время Пуля привёз большую коробку, набитую визитками, табличками.

А буквально следом за ним из агентства приехали двое сотрудников, установив на входе вывеску клиники.

Всё было сделано шикарно. Ну и визитки — плод нашего совместного творчества — радовал глаз. Логотип синего цвета, ничего лишнего. Шрифт читаемый и чёткий. А главное — эти картонные цветные прямоугольники были заламинированы и даже слегка поблёскивали. Просто отличная работа!

Мы тут же зарядили двух промоутеров, выдав им по двести визиток. Ещё сто штук я вручил курьеру, который отправился по адресу Гены, разумеется, созвонившись с амбалом. Этого пока для «клуба пятисот» более чем достаточно.

Теперь осталось лишь ждать. Дяде Боре, который явно нервничал и уже строчил мне сообщения насчёт сорока рублей, я отправлять деньги не спешил. Подождёт. Ведь пока ещё результата не было. Смысл торопиться?

Мы собрались в приёмной. Захарыч радостно причмокивал, окидывая убранство комнаты.

— А пространства-то сколько, — приговаривал он. — То что нужно для приёма пациентов.

— Егор Захарович, вы не сказали, сколько это всё сто́ит, — заметил я. — Аренда целого крыла здания ведь совсем не из дешёвых.

— Алексей, ну вот что ты о грустном, — сморщился пожилой лекарь. — То Анастасия меня пытала недавно, теперь вот ты начал. Настанет пора скидываться — я скажу. А пока у нас денег нет, и работаем в долг. Главное, что Шадрин Вениамин Михайлович, начальник «Целебника», пошёл нам навтречу.

— Как вы этого добились? Всё равно не пойму, — хмыкнула Настя.

— Это больше заслуга Степана. Он уболтал своего шефа, — Захарыч широко улыбнулся и оглядел коридор. — Главное, нам повезло. Обстоятельства сложились в нашу пользу. Теперь надо ухватиться за возможность и впахивать.

Мы перешли в приёмную Настя принялась проверять лекарства, пузырьки, бинты в одном из лабораторных шкафов, закрытых стеклом.

— Вот бы побыстрей первые клиенты пошли, — натянула улыбку Настя. — Но я услышала одну новость. Как бы это сказать.

— Всё просто. Говори на русском. И мы всё поймём, — улыбнулся Захарыч. — Ты справишься.

— Спасибо за иронию, Егор Захарович, — скривилась ассистентка. — Я услышала, что оставшиеся люди Креста примкнули к Мамонту. И Пуля сказал, что видел одного из них на улице. А потом и я заметила его в гастрономе на нашей улице.

— Давай мы успокоимся, — произнёс я. — Сама посуди, если бы нас искали здесь, уже бы давно нашли и навестили бы. Так ведь?

— Алексей прав, — вздохнул Захарыч. — Что вы, женщины, вечно так любите нагнетать? Можешь позвать Пулю?

— Конечно, сейчас, — кивнула смутившаяся Настя, выскакивая из приёмной.

— На пустом месте тревогу поднимает, — обратился Захарыч скорее всего даже не мне, а просто высказал мысли вслух. Он устроился на стуле, встречая удивлённого Пулю.

— Да, Захарыч. Звал? — громила был немного растерян.

— Ты кого из банды Креста видел неподалёку? — поинтересовался у него пожилой лекарь.

— Лысого, — отозвался громила.

— И когда это было? Он узнал тебя? — продолжал допытываться Захарыч.

— Да в чём дело? — он оглядел нас. — Ну узнал, перебросились парой слов. Но он сообщил, что уже у Анаболика. Приглашал меня в банду.

— Настя, — Захарыч хмуро взглянул на ассистентку. — Ты зачем усугубляешь?

— Ой, ну ладно, погорячилась, — вздохнула ассистентка. — Что в этом такого?

— В следующий раз не тревожься по пустякам, — заметил Захарыч. — Нужны мы больно Мамонту. Его мы не трогали, как и его людей. Вон только Пуля может иметь значение, но даже к нему претензий нет, — лекарь бросил взгляд в сторону громилы. — Никто не писал тебе?