Эволюция целителя (СИ) - Харченко Сергей - Страница 43

— Промываем, — продолжал я, услышав, как агрегат загудел сильнее. Струя подавалась в рану из первого отверстия, затем вся скопившаяся жидкость уходила через второе.

Очередной этап был позади, и после обработки чудо-салфетками я вновь сосредоточился на данных диагностического щупа.

Передо мной возникло внутреннее пространство раны с подсвеченными складками брюшины, где скопился фибрин вместе с патогенной микрофлорой. Он был подсвечен контрастным белым пульсирующим цветом.

Обычно в этом случае необходимо дренирование. Воспалительный экссудат, то есть та самая токсическая микрофлора, которую я сейчас и наблюдал, всасывается в кровь и становится причиной послеоперационных осложнений, поэтому и ставят дренажи, контролируют в течение длительного времени состояние пациентов.

То же самое твердил на фоне и Захарыч, бубня как заведённый. Только он упоминал некие энерго-трубки, что в целом почти то же самое.

Нафиг это. У меня есть «Нейтрализатор». Я выпустил пару десятков нитей, сплетая несколько небольших сетей. Работа ювелирная, отчего у меня пот заструился по лицу. Настя тут же принялась убирать его, стараясь не отвлекать меня от процесса.

Несколько сетей я закинул на те очаги, которые подсветил щуп. На глазах белые пятна начали таять.

На финальном этапе я оплёл пациента в кокон, убирая остатки токсинов, которые успели впитаться в кровь, и через несколько секунд расплёл «Нейтрализатор», оставляя лишь пару магических нитей.

После снятия зажимов я приготовился к последнему этапу.

— Накладываю швы на основной разрез брюшной полости, — сообщил я тихим голосом и приступил к довольно кропотливому занятию.

Под конец концентрацию было удерживать довольно сложно. Я взмок, словно под дождём побывал. Хорошо еще способность «Магические швы» помогала мне, корректируя каждый шаг.

В итоге я справился. Последний шов, последний штрих, и магические нити растворились в воздухе, а внизу живота у пациента я заметил аккуратный ровный шов из материализовавшихся тёмных нитей.

Теперь точно всё.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Операция по устранению перитонита и очищению брюшной полости успешно проведена.

Награда: +150 очков опыта.

…

ВНИМАНИЕ!

Вами достигнут новый уровень!

Текущий уровень: 4 (145/1000)

Бонус за получение уровня: Усиление особых способностей. Теперь количество энергии, затрачиваемой на КАЖДУЮ особую способность, уменьшается на 30%!

Дополнительный бонус за получение уровня: точность особой способности «Магические швы» увеличивается на 50%! /

Я довольно улыбнулся. Не зря старался. Пошатнулся и ухватился за край стола, понимая, что заваливаюсь назад. Меня поддержал Захарыч.

— Алексей, какого хрена? — вновь забурчал он под ухом. — Энерго-трубки не поставил!

— Внутри всё чисто, — непослушным языком пробормотал я.

В этот раз получение уровня дало о себе знать. Затрачиваемые силы возвращались ко мне, пусть и не в полной мере, но это уже неплохо. Теперь хоть я ощущал такие изменения.

Такое было и раньше или только сейчас началось? А если это было после каждого получения уровня, получается, что я стал более чувствительным к тонкой энергии? Да, другого объяснения не было. Ведь система не просигналила об очередном бонусе «а-ля повышенная чувствительность».

Только благодаря возвращению части энергии у меня получилось добраться до стола. Я опустился на скрипнувший подо мной стул. Выдохнул, зажмурившись и наблюдая мелькающие перед глазами цветные пятна.

— Ты не ответил, как ты это сделал, — прохрипел Захарыч. — Я видел твою сеть. Это оно? То самое обеззараживание?

— Да, это оно, — кивнул я, принимая от лекаря стакан воды и делая пару внушительных глотков.

Стало ещё легче. Да нет, гораздо легче! Я уже мог подняться самостоятельно, хоть мне и пытался помочь пожилой лекарь.

— Егор Захарович, я сам, — освободил я локоть от его цепкого захвата.

— Ты просто уникум, Алексей, — протянул он. — Хотя я всё же не понимаю, почему мы не поставили трубки. Надо было перестраховаться…

— Я уже всё проверил. Не переживайте, — выдохнул я. — Теперь его надо определить в одну из наших палат.

— Пуля, зайди сюда, — бросил в смартфон Захарыч и озадаченно посмотрел на меня, затем потряс указательным пальцем. — Ну, Алексей, смотри. Что случится — все влетим. И не только мы.

— Понял, — нашёл я в себе силы, чтобы улыбнуться, подмигивая испуганной Насте, которая уже подкатила носилки.

Счастливчика Владимира Жевунова переложили на носилки, а затем транспортировали в комнату ближе к выходу из крыла, оставляя на удобной кровати.

— Настя, поставь ему сейчас витамины — стандартный послеоперационный комплекс — но не переусердствуй, — предупредил ассистентку Захарыч. — И ещё одну такую же капельницу завтра с утра.

— Как раз проснётся только утром. Наверное, — хмыкнул я.

— Он ещё и ухмыляется, — покраснел от злости Захарыч. — А ну пойдём-ка побеседуем. И ты, Настя тоже зайди, в приёмную.

— Хорошо, Егор Захарович, — кивнула слегка побледневшая Настя. И чего это она боится? Думает, что Захарыч вновь будет её отчитывать?

Мы прошли в просторную комнату, где ещё недавно принимали первого пациента, сели.

— Вот скажи мне, Алексей, в чём основной принцип лекаря-хирурга? — злобно взглянул на меня пожилой лекарь.

— Если вы меня собрались здесь учить, Егор Захарович, то не нужно, — холодно ответил я. Ещё я буду прогибаться против него. Ага, щас. — Я сам знаю, что мне делать.

— Основной принцип — чётко следовать инструкциям, — мрачно произнёс Захарыч. — Надо было ставить энерго-трубки.

— Это лишнее, Егор Захарович. Я знаю, что делаю. И поверьте, Жевунов уйдёт домой уже завтра в обед, — встретил я давящий взгляд Захарыча. — Довольный и счастливый.

Пожилой лекарь хотел что-то сказать ещё, но сдержался, обдумал мои слова.

— Я видел твои манипуляции. Ты нейтрализовал токсины, — удивлённо произнёс Захарыч.

— Да, именно так, — кивнул я в ответ.

— Любопытно, очень любопытно, — причмокнул Захарыч. — Но всё же… Это перитонит, Алексей. Пусть даже он образовался недавно, в нашем случае ни в чём нельзя быть уверенными.

— Ну а я уверен, что его рана обработана в полной мере, — упорно произнёс я, отчего Захарыч аж засопел.

— Я тут, Егор Захарович, — зашла в приёмную Настя, устраиваясь на диване, у стены, а следом появился и Пуля. О, так у нас, оказывается, собрание намечается.

Громила попытался сесть на табурет, но затем подумал, что тот сломается под ним, и устроился на небольшом диване, потеснив ассистентку.

— Алексей, надеюсь, что твоя уверенность не беспочвенна, — просипел Захарыч и погрозил мне пальцем. — Но смотри, если что пойдёт не так — будет всем очень плохо. Кстати, нужно у этого предпринимателя взять анализы.

— Завтра с утра желательно. Я знаю, — кивнула Настя. — Но придётся платить деньги лабораториям за скорость.

— В центральной имперской больнице, в лаборатории, есть у меня пара знакомых. Я сведу тебя с ними. Подпишем договор. Они сделают хорошую скидку, и за скорость не возьмут ни копейки, — пояснил Захарыч, обвёл всех нас взглядом. — И, кстати, что скисли? Поздравляю с первым клиентом.

— Ура, — тихо ответила Настя.

— Да, мы счастливы, — скривился я, вспоминая одну вирусную передачу из своего мира.

— Всё с вами понятно. Устали, — вдохнул Захарыч. — И пока Жевунов с нами не рассчитался насчёт тарифов. Я сразу предлагаю сделать такие же расценки, как и в «Целебнике», чтобы не демпинговать стоимость услуг. Ну, может, чуть дешевле. Нам же надо как-то привлечь клиентов.

В итоге, после краткого обсуждения, мы сошлись на том, что он нам должен пятьсот рублей за всё. Операция — триста пятьдесят рубликов, и наркоз — сто пятьдесят.

— Только надо ещё обговорить, как будем делить прибыль, — заметил я.

— Хорошее предложение, Алексей, — оценил Захарыч. — Прям с языка снял. Рассудим по-честному.