Бастард рода Неллеров. Книга 10 (СИ) - Усов Серг - Страница 25

— Отличная новость! — говорю искренне.

Будет возможность, мы с Ричардом ещё и позанимаемся. Заодно пообщаемся, мне с ним интересно. Уверен, и ему со мной тоже.

Мы как раз подошли к комнате миледи из Новинок, когда оттуда послышался довольный мужской голос:

— Вот и всё готово, миледи. Скажите, вы довольны?

Ответить она не успела. После короткого стука туда вошла баронета, а следом и я. Господи, Создатель всемогущий! Бедная ты моя девочка, что этот негодяй с тобой сделал⁈ Вместо головы у Берты цвета воронова крыла одуванчик из тонко завитых в мелкие кудряшки волос, дыбом вставшие во все стороны. Будто на темечке тротиловую шашку взорвали. Ужас. Немножко исправляет ситуацию не просто как всегда очень красивое лицо моей девочки, но и его светящееся от счастья состояние. Хм, смотрю на тётушку, та от восторга даже сложила к подбородку ладони замком. Неужели вот это может нравиться? Ладно, и в самом деле, не мне судить. Понятно, что раз столько времени, усилий и алхимии куафера и моих денег потрачено, значит должно быть красиво. И в принципе, любой поймёт, сколько труда и средств вот в этот креатив вложено.

— Берта! Ты восхитительно красива! — от чувств Ника даже немного взвизгнула. — Генрих, — это она уже парикмахеру, — ты как всегда непревзойдённый мастер.

Представляю, какое платье на своей девочке сегодня увижу. Впрочем, кажется, я уже ко всему готов.

Глава 12

Мы с тётушкой Никой подводим Берту к карете словно под конвоем, прижимая с обеих сторон. Моя девушка боится лишний раз глубоко вздохнуть, а не то что голову повернуть, переживает за причёску, которой гордится больше, чем я своим аристократическим статусом. Куафер уверил, что для укрепления причёски использовал самую лучшую алхимию, которую изготавливает баронет Какой-то, забыл уж, чьё имение в паре миль от Рансбура представляет собой крупную лабораторию. Вся столичная знать пользуется его продукцией, и женщины, и мужчины. Я ведь один из немногих дворян, кто предпочитает носить короткие причёски. У остальных кудри да локоны. Ну, мода тут у нас такая.

— Проходи первая, — приказным тоном говорит баронета Берте, и та, отпустив мою ладонь, опирается на поданную ей руку Никиного лакея, наступает на спину вставшего на четвереньки кучера и всё также аккуратно скрывается внутри салона. — Степ, чего смотришь? Вперёд! Или ты тоже волнуешься перед балом? — смеётся.

— Ещё как, — в тон отвечаю ей и без помощи лакея сажусь в карету, заняв диванчик напротив миледи, спиной к направлению движения. — Берта, не забывай дышать. — советую девушке, надеясь вызвать на её лице улыбку, да куда там.

— Через мой особняк едем, — напомнила кучеру Ника и появилась в салоне следом за мной.

Вообще, смотрю, у тётушки все слуги красавчики. На месте Митрия я бы к этому присмотрелся, ну да не мне влезать в чужие семейные дела, пусть даже родственников. Без того есть чем заниматься. Подмигиваю миледи, стараясь не рассмеяться. Пока глаза не привыкли к сумраку салона, её голова кажется шире плеч. Ладно, чего бы я понимал в современной моде. Зато платье у Берты на мой вкус действительно очень красивое. Синее, от горла до пят, разумеется с длинными рукавами, пошитое из дорогущего шёлка. Сейчас в нём девушке было бы прохладно, но поверх платья белая шерстяная накидка, точь-в-точь такого же фасона как и у Ники, только тётушка предпочитает более яркие тона, баронета в ярко-красном.

Головного убора на миледи из Новинок нет, зато есть изящная диадема из золота, украшенная чёрными и белыми жемчужинами. Лучшее, что нашёл в самой известной столичной ювелирной лавке. Отдал за неё много, почти восемь тысяч драхм, сотку плут-ювелир всё же скинул. У меня большая часть личных средств зарезервирована в векселях, а менять их обратно на золото не захотел — если постоянно класть в банк и снимать, много потеряешь. Поэтому, ради покупки этого украшения залез в средства своей обители, в выручку от продажи наших монастырских товаров. Ничего, восполню. Да даже уже сейчас больше половины дохода Готлинской обители генерируется благодаря моим идеям, новым для этого мира.

Увы, мои идеи теперь служат не только мне и моим сподвижникам. вчера Ригер приходил в расстроенных чувствах, положил передо мной бронзовую мясорубку. Я сначала не понял, мы ж последнюю их партию вроде всю распродали буквально за несколько дней, теперь долго ждать следующего обоза из Готлина. Оказалось, этот экземпляр был дядюшкой куплен в Горках, одном из восточных районов, и мясорубка не наша. Сволочи уже начали подделывать наши изделия. Обидно, что и предъявить-то им нечего — никакого патентного или авторского права не существует. У гильдий есть свои правила, но они о другом, наоборот старательно стараются унифицировать продукцию, производимую разными мастерами.

Вместе с одним из своих рабов, первым увидевшего на прилавке мясорубку, изготовленную здесь в Рансбуре, бывший мой опекун чуть ли не бегом отправился на тот базар, купил экземпляр, а заодно вызнал, что там недавно продавались и шашки, и домино, разлетевшиеся по покупателям как горячие пирожки. Ладно, в принципе я ведь к этому был готов, так что, какого чёрта пилить старые опилки и переживать о делах, на которые никак повлиять не могу?

— Когда у нашего Степа такое отрешённое выражение лица, — слышу пояснение тётушки. — Думаю, он общается с самим Создателем. Не вздрагивай, Берта, это не богохульство. Заметила, что после таких раздумий он часто нас радует новыми идеями, историями или удивительными предметами? Тут не без божественного вмешательства. Конечно же и кровь наших неллерских предков повлияла как на появление у нашего восхитительного родича могущественной магии, так и на его необычайные таланты, но всё это по воле Создателя. Не будем его отвлекать.

— Считай, что уже это сделала, Ника, — смеюсь.

— Ох, извини, племянник, я не хотела, — напоказ изобразила смущение, но тут же вновь улыбнулась. — Берта, посмотри, какой у нас Степ красивый. Вот всегда бы так одевался, — во второй или уже третий раз хвалит мой яркий наряд — синие в тон Бертиному платью штаны, вышитые золотыми нитями спереди в районе бёдер геометрическими фигурами, зелёный кафтан с широкими красными обшлагами и отложенным красным же воротом, белоснежная рубаха, стянутая у горла серебряными шнурками, полусапожки из коричневой замши, а рядом лежит трёхцветная шляпа-котелок с пером павлина, прикреплённым с правого боку, и дуэльный меч в дорогих ножнах. — А то вечно вырядится как разорившийся мелкопоместный дворянчик, у которого за душой ничего нет кроме десятка крепостных, да пары-тройки сотни акров земли где-нибудь на болотах. Иногда и вовсе будто наёмник выглядит. Разве можно такому красавцу себя выставлять в неприглядном свете?

— Нужно, — отвечаю. — Особенно, когда для дела полезно.

Я ж понимаю, что этим разговором тётушка старается отвлечь миледи от переживаний. Понятно, девушка сильно волнуется. Но ничего, на то мы и рождены, чтобы сказку сделать былью. Поддержу безумно нравящуюся мне девчонку всеми возможными способами. Собственно, уже ведь начал. В её диадеме, на жемчужины помимо плетения невидимости наложены и два исцеления, одно полное, другое против кровотечений или глубоких порезов, воздушная и антимагическая защиты, а ещё светляк, вдруг и это пригодится? Активировать она сможет в один миг, хоть по отдельности каждое заклинание, хоть всё сразу.

— Берта, повлияй на него, — обратилась баронета к неподвижной статуе. — Раз уж под одной крышей живёте.

— А как? — пискнула девушка.

— Просто. — усмехнулась красавица-тётушка. — Когда он одет, как наёмник, ещё не переодевшийся после долгого путешествия с караваном, смотри на него вот так, пренебрежительно, — она показала надменное выражение лица, презрительно скривив губы, — А если он будет выглядеть как сейчас, то с восторгом. — Ника изобразила лучезарную улыбку.

Смешно стало только мне. Миледи из Новинок только вздохнула.

— Я постараюсь. — промямлила чуть слышно.