Дело в ридикюле (СИ) - Лерн Анна - Страница 87

Один из мужчин двинулся вперёд, и прежде чем лорд Флетчер успел среагировать, мощный удар пришёлся ему прямо в висок. Мир вокруг виконта закружился, и он, не издав ни звука, тяжело рухнул на грязную мостовую.

Глава 88

Я всё ещё подыскивала слова для ответа на неожиданные слова благодарности графини, когда внезапно в дверях гостиной появился дворецкий. Он был явно чем-то взволнован.

— Прошу прощения, ваше сиятельство, — обратился он к Кессфорду, а потом повернулся ко мне. — Леди Флетчер, из столицы прибыл посыльный. Дело чрезвычайной важности. Касается вашего отца.

— Что случилось? — я немного напряглась. Всё, что касалось виконта, вызывало во мне неприятные чувства.

Дворецкий выглянул в холл, и через минуту в гостиную вошёл мужчина в пыльной одежде. Он поклонился и сказал:

— Леди Флетчер, меня прислала ваша матушка. На лорда Флетчера напали. Он ранен и находится без сознания.

— Ранен? — я нахмурилась. — Но что произошло?

— Бандиты, леди, — ответил посыльный. — Напали на виконта в тёмной подворотне.

Я испытала укол жалости. Да, этот человек принёс мне много неприятностей. Но такого я не желала даже ему. Как бы то ни было, я формально являлась дочерью лорда Флетчера и обязана быть рядом в такой момент.

— Мне нужно ехать. Немедленно, — я посмотрела на Эммануила, и он сразу же поднялся.

— Я еду с тобой.

— Мне так жаль… — леди Лэйкер прижала ладонь к груди. — Господи… Если потребуется моя помощь…

— Благодарю вас, ваше сиятельство, — мне сейчас не очень хотелось слушать слова сочувствия. Потому что не чувствовала того, что, по идее, должна испытывать настоящая дочь. — Прошу прощения, но мне нужно собираться в дорогу.

Этим же вечером, когда сумерки окончательно окутали поместье, запряженный лучшими лошадьми экипаж уже мчался по пыльной дороге в сторону Лоундона.

На рассвете, с первыми лучами солнца, едва окрасившими крыши домов, карета подъехала к особняку Флетчеров. Маркиз помог мне выйти, и я на минуту замерла перед главным входом. Воспоминания лавиной обрушились на меня. В новом мире я появилась именно здесь, в этом особняке. Здесь я увидела в зеркале новую себя…

— Ты хорошо себя чувствуешь? — Эммануил склонился ко мне, заметив мою нерешительность.

— Да, да… Всё хорошо, — я вынырнула из своих мыслей и, глубоко вдохнув, ступила на лестницу.

Внутри дом был погружён в густую давящую тишину, от которой сжималось сердце. Нас никто не встречал, но мне было всё равно.

Где-то наверху хлопнула дверь, и на лестнице показалась леди Горделия.

— Адель! — воскликнула она, быстро спускаясь вниз. — Ты приехала!

Женщина обняла меня, после чего поздоровалась с Кессфордом. Но, несмотря на вроде бы тёплое приветствие, в ней чувствовалась какая-то холодная отстранённость. Между нами словно выросла стена.

— Как отец? — спросила я, отметив про себя, что леди Горделия бледна, но не похожа на убитую горем супругу.

— Твой отец плох, Адель. Он не приходит в себя, — ответила она и кивнула на второй этаж. — Если хочешь, поднимись к нему. Там доктор Грэм.

Мы с Эммануилом поднялись в покои отца и без стука вошли в приоткрытую дверь. Лорд Флетчер лежал в постели, его лицо было мертвенно-бледным, а кожа имела неестественный восковой оттенок. В кресле сидел доктор, что-то записывая в блокнот. При виде нас он поднялся, поклонился маркизу, а потом и мне.

— Доброе утро, леди Флетчер.

— Какие у вас прогнозы? — поинтересовался Эммануил. — У виконта есть шансы?

— Я сделал всё, что мог, ваше сиятельство, — тихо произнёс доктор Грэм. — Сейчас остаётся только ждать. Удар был очень сильным. Состояние виконта крайне тяжёлое.

Я подошла ближе и присела на кровать. В этот момент передо мной был не безжалостный распорядитель судьбы дочери, а раненый человек. Не знаю почему, но мне вдруг захотелось прикоснуться к его руке, лежащей на груди. Она была чуть тёплой, с выступающими узлами голубоватых вен. И в этот момент лорд Флетчер вдруг открыл глаза. Его взгляд заметался по комнате, а потом остановился на мне.

— О Боже… — прошептала я, сжимая его пальцы. — Отец, вы слышите меня?

Виконт захрипел. Его левая рука, слабая и дрожащая, приподнялась на несколько сантиметров, прежде чем бессильно упасть на покрывало. В этот момент, глядя на некогда властного, а теперь беспомощного и испуганного лорда Флетчера, я снова почувствовала к нему искреннюю пронзительную жалость. Полные невысказанного ужаса глаза отца смотрели на меня с таким отчаянием, что я почувствовала, как в горле образуется колючий ком.

— Вы позволите? — к кровати подошёл доктор, и я уступила ему место. Он осмотрел виконта, а потом многозначительно взглянул на дверь.

Мы вышли в коридор и мистер Грэм сказал:

— Леди Флетчер. Вашего отца парализовало после удара. Правая сторона тела полностью обездвижена, также наблюдается нарушение речи. Удар был очень сильным, он повредил головной мозг… Но это удивительный орган, и иногда происходят чудеса. Но в таких случаях восстановление происходит очень медленно и требует огромных усилий. На данный момент мы можем лишь поддерживать состояние лорда Флетчера и надеяться. Я дам вашей матушке контакты профессиональных сиделок, которые знают, как управляться с такими больными.

Доктор ушёл, а я вернулась в комнату отца. Оставлять виконта в одиночестве, когда он только пришёл в себя, было бы неправильным.

Но в то же время я прекрасно понимала, что в данный момент ничем не могу помочь. Да и не хотелось пропустить свадьбу Иви. Я верила, что она обязательно состоится, и подруга с графом найдут общий язык. Ничего, вернусь после венчания.

За обедом в столовой царила гнетущая, почти осязаемая тишина.

— Матушка, я понимаю, как вам сейчас тяжело, — начала я, стараясь не обращать внимания на холодность хозяйки дома. — Я буду приезжать так часто, как только смогу, чтобы помогать с отцом.

— Зачем? — матушка бросила на меня недовольный взгляд. — За виконтом будут ухаживать сиделки, а врачи проследят за его состоянием. Да и у меня теперь будет… много времени… После того как я лишилась…

Она резко оборвала фразу, но я заметила, как женщина машинально прикоснулась к животу. Неужели леди Горделия потеряла ребенка?

Настаивать я не стала. Но решила, что всё равно приеду после свадьбы Иви. Тем более мне нужно было встретиться с редактором «Мира Моды».

Вечером, когда слуги готовили наш с маркизом экипаж, я вышла в сад. День выдался невероятно тяжёлым, полным сложных эмоций. Мне хотелось побыть одной. Прохладный, влажный вечерний воздух приятно холодил лицо. Тонкий, чуть сладковатый аромат роз смешивался с запахом сырой земли и ночной фиалки. Я медленно шла по дорожке, засыпанной мелким гравием, но, услышав приглушённые голоса, остановилась. Они доносились откуда-то из-за густых разросшихся кустов старой сирени в самом дальнем и укромном углу сада. Один голос я узнала сразу: он принадлежал леди Горделии. А вот второй… второй показался мне тоже очень знакомым. Необъяснимое любопытство, смешанное с каким-то нехорошим липким предчувствием, заставило меня подойти ближе.

— …Я не верю своему счастью, Оскар! — взволнованно говорила леди Горделия. — Неужели это происходит с нами?

— Тише, моя дорогая, умоляю тебя, тише… — негромко увещевал матушку её спутник. — Нас могут услышать!

Я замерла на месте, боясь дышать, боясь издать хоть малейший звук. Оскар Дулитл? С леди Горделией? Я не могла поверить своим ушам. Это казалось каким-то дурным, абсурдным сном! Неужели этот тот влюблённый в Адель романтичный юноша?

Осторожно раздвинув ветви, я замерла, поражённая увиденным. Руки Оскара крепко, собственнически обнимали за талию леди Горделию, прижимая к себе. А она, запрокинув голову, с какой-то исступленной страстью отвечала на его поцелуй…

Глава 89

Вот тебе и Оскар! Как же он умело изображал пылкую влюблённость! Смотрел на меня преданными глазами, помог сбежать! Омерзительно!