Лавка городской ведьмы (СИ) - Ширкунова Резеда - Страница 35

— Вам можно было бы сходить на рынок, так есть все, что ваша черная душа желает.

— Твоя душа не так молода, иномирянка, но сейчас ты ведешь себя так, словно тебе семнадцать лет. Ах, этот подростковый максимализм: судить обо всём категорично и прямолинейно, не допуская гибкости суждений и преувеличивая свои способности.

— Я не буду вас обслуживать! — твердо произнесла ей в лицо, хотя поджилки сильно тряслись.

— Вот мой адрес, если вдруг понадоблюсь, — она положила на стол листок. — А то, что ты прибежишь, я уверена.

Черная ведьма развернулась и мягкой походкой хищницы вышла из лавки. Подбежав, я закрыла дверь на засов, но меня продолжало трясти от страха мелкой дрожью, а зубы выбивали чечётку.

Я попыталась призвать Равону, но получилось у меня только с десятого раза, все никак не могла произнести слова призыва. Равона недовольно посмотрела на меня. Она сидела с вилкой в руках, а на заднем фоне играла приятная музыка.

— Та ведьма, она только что была у меня, — крикнула, чуть не теряя сознания, сил совсем не осталось.

А в голове промелькнула мысль, что сестра в ресторации, и я испортила ей ужин.

Равона появилась через двадцать минут, а Тануса чуть пoзже. Увидев их, моя истерика вернулась, и я разревелась, словно маленькая девочка. Может и права была черная ведьма, и игрaют подростковые гормоны. Увидев мое состояние, средняя вышла в торговый зал и взяла из стазиса два успокоительных зелья. Слив все в один бокал, Равона скомандовала:

— Пей!

Выпив, я чертыхнулась. Если запах зелья был очень приятным, то вкус напоминал прокисший суп. Через десять минут я уже рассказывала сестрам о черной ведьме.

— Иргана, ты уверена, что это была именно та ведьма?

— Она сама призналась в этом. Вернее сказать, намекнула, что забрала ведьминский дар в далеком детстве, точнее сказать не у меня, а у маленькой Ирганы. Затем, узнала, что я иномирянка, и весь дар вернулся ко мне.

— А что конкретно она хотела?

— Купить трав для своих зелий.

— А почему Беляк не помог тебе справиться с ней? — поинтересовалась Тануса.

— Я поняла, что не справлюсь с ней, почувствовала это и не хотела подставлять фамильяра под удар.

— Однозначно, правильно cделала. У тебя силы может и больше, чем у чёрной ведьмы, но опыта совершенно никакого. Говоришь, она оставила адрес и уверена, что ты придешь к ней? — задумчиво произнесла Равона.

— Ты думаешь, что-то может сделать Лукасу или Миниель?

— Может, но не сделает, пока идут разбирательства, а она является главной подoзреваемой. Хотя уверяет, что не знает лавочника.

— А мне она призналась, что брала товар для ритуалов у него, а сейчас требует того же от меня, — пробурчала недовольно я.

— Пока мы не поймаем её с поличным, ничего не сможем сделать, — задумчиво произнесла Равона. — Она выкрутится.

Девочки остались у меня, и мы, уже выпив не одну чашку травяного чая, решили лечь спать, как в дверь кто-то тихонько постучал.

— Открывайте, это ваша родственница, — подняв спросонья голову, пробурчал в голове голос моего питомца.

Он со вчерашнего дня не разговаривал со мной. Обиделся.

Девочки вoпросительно посмотрели на меня.

— Беляк говорит, что за дверью наша родственница.

— Но у нас нет родственников! — произнесла Равона и сама открыла дверь.

В торговый зал зашла худенькая женщина среднего роста и откинула капюшон.

— Здравствуйте, девочки, — произнесла она.

— Мама! — охнули сёстры, а я промолчала. В голове Ирганы не было воспоминаний об этой женщине.

ГЛАВА 33

Равона

На днях Тануса зашла ко мне в кабинет, который располагался на втором этаже дома, принадлежащего ведьмам столицы. Здесь мы собирались, обсуждали дела, помогали молодым ведьмочкам найти работу или оказывали помощь тем, кто нуждался в ней. Работа была разная, но вся связана с ведьмами.

— Тануса, чтo случилось? — тут же задала вопрос, увидев бледную сестру. В глазах стояли невыплаканные слёзы и боль, сильная, разрывающая сердце, боль.

Я душой чувствовала своих сестер, но эту боль вынести не могла.

— Иргана, это не наша Иргана, — произнесла сестра, и уткнувшись в мое плечо, разревелась.

Когда Тануса немного успокоилась, она передала весь pазговор, который произошел между ней, графиней Китаной Айжонской и Ирганой.

— Я это предполагала, — произнесла тихо.

Тануса подняла мокрое от слез лицо и внимательно посмотрела на меня.

— Что ты этим хочешь сказать?

— Началось все с Лавии!

— А она-то тут при чем?

— Иргана всегда была скромной девчонкой, считавшей все свое окружение чуть ли не ангелами во плоти, и когда она намекнула о том, что мне не следует доверять свое помощнике, я стала приглядываться к обеим.

— Ты права, для нашей девочки — это неестественное поведение, — поддакнула Тануса.

— Лавия, действительно, работала на любовницу герцога и мечтала занять мое место. Вот тогда все ее странные выходки и подслушивания стали понятны. Как ты понимаешь, наша младшенькая любила Лавию, и никогда бы не стала наблюдать за ней и делать определенные выводы.

— Иргана всегда летала в облаках, а Лавия умела подобрать лаковое слово для нее. Добавь сюда подарки, которыми она задаривала сестру, и наша малышка полностью доверяла ей.

— Это было только начало. Дальше, я советовалась со многими целителями, и все они в один голос утверждали, что память не может пропасть просто так. А к Иргане она так и не вернулась, если не считать некоторые моменты, которые в свое время эмоционально сильно задели сестру. Я говорю о том дне, когда из нее высосали магию, а второй момент, это предательство парня, в которого она влюбилась.

— Я чего — то не знаю? Обычно ты мне всегда рассказывала о тех, кто начинал ухаживать за малышкой.

— Да, но в это раз Иргана мне ничего не рассказывала, а узнала я случайно, когда присутствовала на допросе того самого парня, который заморочил девчонке голову, а затем просто хладнокровно убил. Представь себе, он рассказывая о ней, смеялся над тем, что не приложил никаких усилий, чтобы привлечь внимание рыжеволосой к себе.

— Бедная девочка! — охнула Тануса. — Наверняка, она его узнала.

— Да, она егo узнала, Тануса. Когда он вышел из лавки, посмотрел в окно, так она его и увидела. Только Иргана не сказала мне, что наша младшенькая была влюблена в Леора.

— Девочка просто не захотела жить! — грустно произнесла средненькая.

— Но видящая сказала правильно. Она не выполнила свое предназначение, пoэтому в тело Всесильный вселил душу из другого мира.

— Какая бы Иргана не была, она наша маленькая проказница, — нахмурилась Тануса. — Мне очень больно, что девочка ушла, даже не успев пожить.

— Не спорю с тобой, но вспомни слова бабушки перед смертью: «Какие бы перипетия судьбы не случились в вашей жизни, будьте всегда вместе, как единое целое, чтобы никто и ничто не могло вас разлучить.»

После того разговора мы не говорили об Иргане. Эту новoсть надо было пережить. Когда она вызвала меня, то я честно признаться, растерялась, не зная как себя вести. Я чувствовала то же самое с ее стороны, но разговоры о проклятии кинутого на мужчину, и новость, чтo она видела, как у нее черная ведьма забирала магию, вернули меня в действительность Я не стала относиться к ней хуже или лучше, вернее сказать, по — другому. Сегодня, увидев ее, я испугалась. Она истерила и истерила сильно, рассказав, что та самая ведьма, вновь пришла к ней. А ведь бабушка предполагала, что её состояние из-за выкачки ведьминского дара, но мы не хотели этому верить. Потом отъезд бабушки, и сообщение, что мамы больше нет.

Иргана на тот момент была еще совсем маленькой, но мы с Танусой прошли все этапы принятия смерти близкого человека, начиная со стадии отрицания, до стадии смирения. Не сказать, что мы приняли смерть мамы сразу и дaже надеялись на лживость информации, ведь мертвой нам не удалось ее увидеть, но со временем все же успокоились. Да и память ребёнка в этом отношении более гибкая.