Долг человечества. Том 3 (СИ) - Попов Михаил Михайлович - Страница 48

— Получается, она тоже лучница? — Я сдвинул брови. Вот же, как бывает, договориться заранее было невозможно, как ни крути.

— Нет, она целительница, но мы в пути нашли… — Девушка замялась. — Погибшего, у него был лук. Мира подумала, что оружие тому мертвецу больше ни к чему, и тоже обзавелась луком.

— Я тебя понял. — Кивнул я, и завершил записи. Да, я не упомянул, но все это время вел небольшую заметку, записывая важные для себя вещи. — И последний пока вопрос. Я помню тебя, там, у Барона. Со своей стороны обещаю не поднимать эту тему никогда больше, но сейчас мне важно знать. Как ты попала к нему?

— Мы, две дуры, ночью замерзли, когда стало холодать, кое-как развели костер на открытой равнине, и нас окружили четверо мужчин. Сказали… — Девушка посмурнела, словно грозовая туча, скуксилась и повесила нос. — Сказали, чтобы мы вели себя хорошо и с нами ничего не случится. Но нам угрожали! А уже там… Ну, в общем, я и Мира приглянулись этому старому ублюдку-извращенцу, он называл нас котятами, зоофил сраный, и… и… — Я успел предотвратить начинающуюся истерику, схватив девушку за плечо и резко прервав ее рассказ.

— Не продолжай, я все понимаю. Еще раз, обещаю, эту тему я больше никогда не затрону. Ира, значит. Лучница. — Я старательно уводил тему в сторону. — Значит, будешь прокачивать свои навыки и класс, выбираясь на вылазки. Обучим тебя, будешь охотиться, приносить пользу.

— Х-хорошо… — Проглотила она едва не вырвавшийся ком.

Ох, это будет гораздо сложнее, чем я думал. Если на обычном собеседовании достаточно понять компетенции и опыт, стремления, а также соотнести ценности и идеалы с курсом компании, то здесь приходится ковыряться в людских душах. День будет трудный, так что по мере пробуждения новичков, я выдергивал их по одному, без какой-то системы, просто кто первый попался на глаза и оказался готов поговорить.

Случилось так, что закончив с Ирой и приняв решение ее ассимилировать в коллектив, я начал разговор с ее сестрой, Мирой. И она оказалась полнейшей противоположностью робкой и застенчивой Иры!

— Я намеревалась сделать яд. — Говорила она уверенно и твердо, чеканя каждое слово, и даже на пол тона громче меня. — Да только мозгами не вышла, не знала, из чего. Но в тайне мечтала, когда меня и сестренку этот ублюдок сношал, что отрежу его ублюдочные яйца и запихаю ему их в глотку. Чертов сучий сын, я надеюсь, он сдох. Сдох же?

— Возможно. — Не стал я говорить никакой конкретики, ведь и сам ее не знал. — Итак, ты целительница. Какой уровень и навык у тебя?

— Что у меня, что у сестренки, по второму уровню. Мы результативно кокнули четверых тварей, пока нас люди этого плешивого рваного презерватива не схватили. Я целительница, только сама не понимаю, почему голос в голове подсовывает мне какую-то хрень вместо навыков.

Я диву давался разнице между ними двумя, сестрами-близняшками. Эта была куда более пылкой и несдержанной, говорила грубо и откровенно, ничего не стесняясь и не боясь, активно жестикулировала и в целом производила впечатление если не хабалки, то как минимум девушки без тормозов.

— Это как? — Уточнил я, для лучшего понимания.

— Сам смотри. — Хмыкнула она и прикоснулась к моему плечу.

Вокруг меня сформировалось нечто вроде едва заметной, полупрозрачной яичной скорлупы, прямо вокруг всего тела. Я с удивлением себя оглядел, протянул руку вперед, и изнутри скорлупы не обнаружил никакого сопротивления. На мой невысказанный вопрос о том, что это вообще такое, девушка не ответила, и принялась показывать. Наклонилась, подобрала с земли небольшой камешек и несильно бросила в меня.

Ударившись о полупрозрачный полог, я сделал вывод, что это барьер. Стенки его срезонировали от удара и погасили инерцию, не позволив камню проникнуть внутрь.

— Интересно. — Протянул я. — Какие особенности у навыка?

— Поглощает малую кинетическую энергию в течение трех минут либо до разрушения. Мы проверили — стрелу не пропускает, но от второй подряд барьер разрушается. Это видно невооруженным взглядом. Мы так и выжили, однажды на мелкую напала тварь из засады. Я среагировать успела, барьер выдержал когти существа.

— А второй? — Я с удивлением записывал в книжку новый для себя навык и его особенности.

— Второй что? Навык? — Не сразу поняла меня девушка, но это дело привычки, я любитель обрывать фразы на половине. — Почти тоже самое, только наоборот.

— Продемонстрируешь? — Попросил я.

Меня окружил почти такой же барьер, только будто более плотный, что ли. И вот именно он действовал уже как ловушка — изнутри был твердым, как бетон. Однако, явив в реальность из инвентаря свое копье, я с легкостью эту ловушку разрушил.

— Отличные навыки, хочу я тебе сказать, хотя и не свойственные целителю. — Сделал я заключение. — Ты осознанно выбрала второй, из трех предложенных, или решила просто следовать определенному архетипу?

— Я знала, что делаю. Да и там такая муть была, что лучше не говорить. — Каждый раз, когда девушка задумывается, у нее на подбородке появляется бугорок, в то время как сестра была лишена этого рефлекторного действия.

— Понял. Что ж, информативно. Чем бы ты могла принести пользу, по твоему?

— Марк, извини что прерываю, — ко мне приблизилась Катя, и с расстояния метров в десять помахала рукой и крикнула, — но там нужна твоя помощь.

Я тотчас обернулся на кинжальщицу и вопросительным кивком уточнил, в чем дело. Она продолжила:

— Там Егор… — Назвала она имя пока незнакомого мне мужчины. — Он куском обсидиана попытался вскрыть себе вены.

Глава 21

Я мрачно выругался, извинился перед Мирой за то, что мы прервались, бросив ей, что в целом все для себя я выяснил, и так как сестру было принято решение включать в состав нашей группы, ей также предложено место, если она не против. Ожидаемо, девушка с предложением присоединиться и официально стать частью коллектива согласилась, и безропотно последовала за мной и теперь уже Катей к месту происшествия.

Пока преодолевал эти семьдесят несчастных метров, быстро вспомнил наши первые дни на полигоне и то, как тяжело было притереться. Нас тогда было восемь человек, вскоре осталось семь, по случайности, тупняку и роковой ошибке мы сразу же потеряли Лену. После расстались еще с тремя членами команды, но то уже события не так чтобы и давние.

А подумалось мне о нашем первоначальном немаленьком составе только потому, что я четко осознавал — пройти через тоже самое, через непонимание и недоверие, придется еще раз. Надеюсь, в этот раз я, наученный горьким опытом, смогу предугадать большинство тяжелых, острых ситуаций, и задушить их в зародыше. И вот, собственно, началось — еще суток не прошло, как новички присоединились, так уже чепэ.

На выкрики Вари и еще одной женщины к бассейну стянулись люди буквально со всего лагеря, выстроившись в полукруг. Я пробился сквозь столпотворение и взглянул на причину проблем. Молодой парень, чьего голоса я не слышал до сей поры, откинувшись сидел у бассейна с ледяной водой. Запястья на обеих руках он распанахал себе добротно, но я быстро выцепил взглядом еще и застарелые шрамы, от похожих, судя по всему, манипуляций.

— Боря, подлечи парня, Варь, прижги потом раны и перебинтуйте его. — Отдал я распоряжения сходу, без особенных разбирательств. Первым делом необходимо купировать угрозу жизни, а дальше уже будем разбираться.

— Ай, чьто тваритса, мама-джан! Эгор, ти щьто, упал паранился? — Рукоплескал колоритный южный мужчина.

— Кто видел, что произошло? — Мне было совсем не до шуток, хотелось четко понимать причины и возможные последствия. Ответить мне вызвалась женщина около тридцати пяти лет, с темными прямыми волосами, с лицом надменным и горделивым, вот как если бы можно было попытаться угадать профессию человека только по внешнему виду, то она как минимум прокурор.

— Кхм, — прочистила она горло, кротко и статно, как положено человеку высокого положения, — этот молодой человек негромко сообщил, что, цитирую, он больше не выдержит.