Секретарь Его Темнейшества (СИ) - Керн Лия - Страница 12

— И чем же? — спросила я, все больше чувствуя себя в абсурдном сне.

— Она обожает клубничное варенье, — пояснила рыженькая. — Особенно то, что в маленькой фаянсовой крыночке на третьей полке слева. Но просто так она его не примет.

Как будто подслушав, книга снова издала яростный визг и вырвалась из рук женщины и с грохотом шлепнулась на пол, извернулась, а затем, перелистывая страницы, помчалась прочь от нас, заныкавшись под стол.

Началась самая нелепая погоня в моей жизни. Мы втроем, ползая по холодному каменному полу кухни, пытались загнать взбесившийся фолиант в угол. Книга ловко уворачивалась, швырялась в нас мелкими предметами с ближайших полок — то перчиком, то сушеным грибом, и все это сопровождалось потоком оскорблений, которые я пропускала мимо ушей.

— Держи ее! Слева! — кричала я, пытаясь накрыть книгу тазом.

— Ой, она меня укусила! — взвизгнула Марка, отскакивая от книги и обиженно уставившись на покрасневший палец.

Наконец, Розанне удалось схватить банку с вареньем. Она открутила крышку, и сладкий, густой аромат клубники разлился по кухне. Книга мгновенно замерла на середине стола, слегка подрагивая страничками.

— Вот так-то лучше, — проворчала женщина, осторожно приближаясь с открытой банкой.

Розанна поставила варенье перед книгой. Та наклонилась над ним, словно принюхиваясь, ее страницы трепетали. Затем она аккуратно, с видом истинного гурмана, погрузила уголок обложки в густое красное варенье. Наступила тишина, нарушаемая лишь довольным похлюпыванием.

— Теперь можно, — прошептала старшая помощница, кивая мне.

Я, затаив дыхание, снова протянула руку. На этот раз книга позволила себя открыть. Страницы были исписаны аккуратным ровным почерком. Ровные строчки и бесконечное количество рецептов

— Ну, — выдохнула я, глядя на рецепт фаршированного фазана, который теперь был у меня как на ладони. — Приступим.

Глава 28

Я стояла над раскрытой поваренной книгой Вивьен, и моя надежда медленно, но верно таяла, словно масло на раскаленной сковороде. Рецепты, которые мне предстояло воплотить, были записаны очень примерно. «Добавь щепотку солнечного света», «помешивай, пока не заблестит, как озеро в полнолуние», «подсолить по ветру северному». Ингредиенты указывались «на глазок», «до нужной консистенции» или «пока душа не запросит остановиться».

Моя душа в этот момент просила одного — пощады, но отступать было некуда.

Я попыталась следовать первому же указанию по приготовлению соуса к фазану: «Взбодри уксус каплей гнева дракона и шепотом сладкой лжи». Я брызнула уксусом в миску и сердито на него посмотрела. Ничего не произошло. Я прошептала: «Ты самый сладкий уксус на свете». Он проигнорировал мою лесть с достоинством. Соус упрямо оставался просто кислой жижей. Видимо, как-то не так я поняла инструкцию или зловредная книга, которая сейчас мерзко подхихикивала, специально путала рецепты.

Фарш для баранины требовал «замесить с душей и благоговением». Я замешивала его, устало вздыхая и думая о том, как бы прилечь. Фарш от этого лишь стал липким и бесформенным. Трюфель, который нужно было «натереть с любовью и легкой грустью», под моей теркой превратился в обычную темную стружку, без намека на магию или эмоции.

Каждое мое действие было механическим, лишенным того интуитивного чутья, той искры, которой, судя по записям, с избытком обладала Вивьен. Я пыталась представить, как она вкладывала в блюда не просто специи, а настоящие чувства, как ее магия смешивалась с мукой и маслом. У меня же получалась лишь бессмысленная, безвкусная имитация. Воздух на кухне наполнился не волшебными ароматами, а запахом гари от подгоревшего масла и моих собственных пораженческих вздохов.

Помощницы молча наблюдали за этим печальным зрелищем, переминаясь с ноги на ногу. Они видели, как я в отчаянии тыкала ножом в непокорного фазана, словно он был лично виноват во всех моих бедах. Видели, как я безнадежно смотрела на страницу, где рецепт внезапно оживал и показывал, как Вивьен легким движением руки взбивала соус до идеальной шелковистости, а у меня в миске комковалось что-то невразумительное.

Наконец, Розанна не выдержала. Она обменялась многозначительным взглядом с Мартой, та кивнула.

— Леди Амалия, — осторожно начала она, подходя ближе. — Мы видим, что искусство Вивьен… не сразу дается в руки.

Я лишь безнадежно махнула рукой, смахивая со лба каплю пота и муки.

— Это не искусство, это чистая магия, а у меня, видимо, с ней не сложилось, — хрипло ответила я.

— Может, мы сможем прийти к соглашению? — предложила рыженькая, ее веснушчатое лицо выражало искреннее сочувствие. — Мы поможем вам с ужином. Приготовим все, как любит господин. Мы знаем все секреты Вивьен, все ее маленькие хитрости. Это не по правилам и Вивьен за самоуправство нас ругала, но получится намного лучше, чем у вас. Вы уж простите…

В моей груди вспыхнул луч надежды, но я тут же насторожилась.

— А что взамен? — спросила я, подозрительно сузив глаза. Я еще понимала, что изначально они наотрез отказались делать за меня эту работу. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, а в этом замке — особенно.

Женщины снова переглянулись.

— Уборка, — почти хором выдохнули они. — В замке. Комнаты для гостей, коридоры, бальный зал… Они давно ждут настоящей хозяйки с тряпкой и метлой.

Их лица озарились такой светлой, такой искренней мечтой о чистоте, что я невольно улыбнулась. Мыть полы и вытирать пыль? После битвы с магическим фазаном это звучало как райское предложение.

— Вы имеете в виду, что если я возьму на себя вашу работу по уборке, то вы… — Я кивнула на царящий на столе хаос, — сделаете все это вместо меня?

— И научим, если захотите, — пообещала старшая. — Но не сегодня. Сегодня времени в обрез.

Мысль о том, что мне не придется своими руками губить эти прекрасные продукты, была такой сладкой, что я согласилась почти мгновенно.

— По рукам! — выдохнула я с облегчением. — Я мою, чищу, подметаю. Вы творите здесь свою кулинарную магию.

На лицах помощниц расцвели такие счастливые улыбки, будто я подарила им не работу, а свободу. Они тут же оживились, засуетились, с легкостью оттеснив меня от стола.

А жизнь-то начинает налаживаться! Где мои зловредные, гадкие Хлюпы, которые, я чую, мечтают подарить этому замку чистоту под моим чутким руководством.

Глава 29

Оставив кухню в надежных руках моих воодушвленных помощниц, я выпорхнула в коридор в преотличнейшем настроении. Воздух за пределами кухни пах стариной и тишиной, и я вдохнула его полной грудью.

Решила начать с главного холла на первом этаже — самой внушительной и, судя по всему, самой запущенной части замка. Высокие сводчатые потолки терялись в полумраке. Паркет под ногами был покрыт толстым серым слоем, а на стенах портреты давно усопших предков Темного Лорда смотрели на мир грустными глазами, затянутыми паутиной.

Энтузиазм мой поутих, едва я осознала масштабы катастрофы. Одной мне здесь не справиться и за неделю. Нужна была помощь. И тут мой взгляд упал на знакомую тень, лениво перетекающую по стене. Хлюп. Очень даже кстати, вот и испытаем моющие свойства некромисов, а то портьеры отодвигать страшно.

— Эй! — крикнула я, стараясь придать голосу повелительные нотки. — Иди сюда! Давай-давай, пока я за поварешкой не сходила!

Тень замерла, затем нехотя отлипла от камня и приняла более осязаемую, хотя и бесформенную форму. От нее исходила аура обиженной скуки.

— Подойди поближе, не съем, — поманила я пальцем. Хлюп медленно подплыл, издавая тихое, булькающее ворчание. — Смотри-ка, — начала я, окидывая взглядом его желеобразную массу. — У меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться. И тогда мне не придется жаловаться Темному Лорду, что ты меня пугал!

Хлюп издал звук, смахивающий на презрительный смешок. Ну если бы черное желе умело смеяться.