Секретарь Его Темнейшества (СИ) - Керн Лия - Страница 14

— Портные. — Без тени эмоций пояснил Гектор. — Их предназначение — создавать гардероб. По последнему слову магии и моды. Лорд приказал обеспечить вас подобающим платьем к ужину. Ну и другими мелочами.

Мое сердце бешено заколотилось. Я слышала о таких существах — феях-портнихах. Они были баснословно дорогими. Их содержание в неволе, их магия требовали колоссальных ресурсов и силы.

— Не могу это принять! — выпалила я, чувствуя, как горит лицо. Это было слишком. Слишком щедро, слишком странно, слишком подозрительно. — Это непозволительная роскошь! Верни их обратно, скажи, что я благодарна, но…

— В замке не обсуждают приказы Его Темнейшества, — перебил меня Гектор, и в его механическом голосе впервые прозвучала сталь. — Моя задача — обеспечить выполнение воли Лорда. Феи остаются здесь. Они уже начали работу.

Я посмотрела на фей. Одна из них, с крылышками цвета лазурита, уже облетела меня по кругу, и по моей старой, испачканной блузке пробежала волна переливающегося света. Ткань под этим светом начала меняться, перестраиваться, становясь тоньше, благороднее, приобретая глубокий изумрудный оттенок.

Я стояла, парализованная, не в силах ни протестовать, ни согласиться, пока магия, стоившая целое состояние, ткала для меня новое платье из ничего. Мысль о том, что Темный Лорд прислал это именно сейчас, после моего провала на кухне, заставляла меня чувствовать себя еще более смущенной и обязанной. Что он задумал?

Глава 32

Три крошечные феи, словно светящиеся мотыльки, порхали вокруг меня, и с каждым их движением в воздухе расцветала магия. Та, что с лазурными крылышками, парила прямо передо мной, а ее сестры с крыльями цвета расплавленного золота и темного аметиста кружили вокруг, оставляя за собой сверкающие шлейфы. Под их легким, почти невесомым прикосновением творилось настоящее волшебство.

Я замерла, завороженная, наблюдая, как из ничего, из воздуха и света, ткется ткань — тяжелая, шелковистая, глубокого изумрудного оттенка, напоминающего хвойный лес в сумерках. Она обвила мое тело, сама формируя идеальный крой: лиф с изящным вырезом, подчеркивающий талию, утягивающий корсет и мягко струящаяся юбка, которая переливалась при малейшем движении. Это было платье, о котором я могла только мечтать. Дорогое и изящное, достойное принцессы, а не кухарки.

Но на этом волшебство не прекратилось. Едва закончив с вечерним нарядом, феи, не теряя ни секунды, продолжили работу. Шкафы в моей комнате сами распахнулись настежь. Из сверкающих роев магической пыли на полках стали материализоваться другие наряды. Вот появились несколько строгих, но безупречно скроенных платьев для работы — из плотного серого материала, с белыми отложными воротничками и манжетами, простые, элегантные и практичные. Рядом повисли платья для прогулок по замковым садам — из мягкого льна и хлопка, нежных пастельных тонов, с вышитыми у горловины крошечными цветами.

Затем возникло еще одно вечернее платье, чуть менее торжественное, но от того не менее прекрасное — цвета ночной горечавки, с серебряной нитью по подолу. Появились юбки, блузы, утонченные жилеты… Комната наполнилась шепотом шелка, шелестом льна и мерцанием магии. К концу этой невероятной сессии, которая длилась, возможно, полчаса, а возможно, целую вечность, у меня был полностью собранный, продуманный до мелочей гардероб, достойный знатной леди.

Пока две феи с аметистовыми и золотыми крыльями занимались одеждой, лазурная фея подозвала своих сестер. Они с веселым хохотом закружились возле моей головы. Я почувствовала, как мои непослушные волосы, заплетенные в простую и давно растрепавшуюся косу, сами собой расплелись. По ним пробежала волна тепла, и они уложились в сложную, но изящную прическу. Пряди легли мягкими волнами, кое-где перехваченными невидимыми шпильками. Лицо будто озарилось изнутри — усталость исчезла, кожа засияла, глаза заблестели. Я смотрела на свое отражение и не могла поверить. Я выглядела чужой и невероятно прекрасной.

Сделав свое дело, феи с легким, прощальным перезвоном крылышек ринулись обратно в лакированный сундучок. Крышка захлопнулась сама собой. Гектор, неподвижно стоявший все это время у двери, шагнул вперед, взял сундук и произнес:

— Гардероб собран. Теперь можно велеть, чтобы накрывали на ужин. Лорд ждет.

Секретарь, развернувшись, вышел, оставив меня одну в комнате, наполненной ароматом цветов и дорогих тканей.

Ошеломленная, почти не веря в происшедшее, я выпорхнула в коридор и помчалась вниз, по только что вычищенным лестницам, в большую столовую. Замок преобразился. Вместо пыли и мрака повсюду сияла чистота, а в столовой люстры заливали помещение теплым светом. Воодушевленная этим днем, я с легкостью, на которую сама не рассчитывала, позвала магию. Серебряные приборы сами улеглись на идеально отглаженную белоснежную скатерть, хрустальный бокал занял

свое места, а в центре стола появились скромная, но изящная цветочная композиция из темно-синих и серебряных бутонов. Я поставила перед одним из стульев тарелку и положила салфетку, которую даже получилось финдиперстово загнуть. Теперь она напоминала немного кривоватую розочку.

И в этот момент в дверях появился Темный Лорд. Его взгляд скользнул по сияющей столовой, по накрытому столу, и на мгновение задержался на мне в новом платье. В его глазах мелькнуло что-то неуловимое — возможно, одобрение, возможно, удивление. Но затем его брови слегка нахмурились.

— Леди Амалия, — произнес он с легкой улыбкой, от которой сердце затрепетало. — А где ваш прибор?

Я замерла, сбитая с толку.

— Мой… прибор? — переспросила я не понимая.

— Да. — Он сделал несколько шагов вглубь комнаты, и его тень легла на стол. — Вы ведь не думали, что я буду ужинать один? В этом замке не так много живых людей, чтобы пренебрегать компанией. Будьте любезны, не откажитесь разделить со мной трапезу.

Глава 33

Темный лорд замер в ожидании моего ответа, а я медлила, изучая, как за окнами стелится туман.

Здесь, внутри теплого, уютного зала потрескивал камин, пламя отбрасывало на стены тени. На шкуре перед огнем грелась ящерица Кро, ее панцирь переливался в свете пламени, а стрекотание напоминало мурлыканье.

И посреди этого уюта, стол, сервированный на одну персону, смотрелся, действительно, уныло. Скатерть, ножи и вилки, бокал, и тарелка, освещенная пламенем свечи. Это не ужин. Это ритуал одиночества.

Сердце сжалось от жалости. Наверное, невесело проводить вечера в гордом одиночестве.

Его слова: «В этом замке слишком печально ужинать в одиночестве», — возникли в памяти.

Я сделала шаг вперед, потом еще один. Взяла тарелку. Потом бокал, второй прибор. Вернулась к столу и поставила посуду зеркально, чтобы сервировка не нарушилась. Поправила салфетку и отступила на шаг, чтобы оценить работу. Все было идеально.

— Вот так-то лучше, — сказал лорд.

Я встретила его взгляд, и на моих губах появилась улыбка. В глазах лорда я не увидела ни насмешки, ни привычной суровости — лишь молчаливое одобрение и, возможно, облегчение.

— Гораздо лучше, — легко согласилась я. — Одинокий ужин — это слишком скучно для такого вечера. И для такого собеседника.

Я подошла к своему стулу, и Ивар, с непривычной галантностью, подвинул его для меня. Я села, чувствуя, как тепло от камина и внимания красивого мужчины разливается жаром по коже. Этот ужин стер границы. Мы были просто двумя людьми, готовыми разделить трапезу и непринужденный разговор.

Тишину в зале нарушал лишь треск огня и мерное стрекотание Кро. Я поймала на себе взгляд Темного Лорда и постаралась удержать легкую, беззаботную улыбку, хотя внутри все сжалось в комок.

В этот момент дверь в столовую скрипнула, и на пороге появилась Марта.

Она шла мелкими, робкими шажками, не поднимая глаз, и несла большой поднос. На нем, под блестящими металлическими крышками, было скрыто наше «произведение кулинарного искусства». Я видела, как дрожат руки горничной, и мне самой захотелось куда-нибудь провалиться. Мы с Розанной решили, раз фазанов испортила Марта, то и ужин подавать ей. Это справедливо. Ну мне так кажется.