Маг двух стихий. Книга 1 (СИ) - Анастасия Мирт - Страница 52

Очнулся он в своей комнате, что его удивило. Он поспешно вскочил, но распахнув плотно занавешенное окно, понял, что сейчас была ночь.

— Проспал весь день? — Корн включил свет и сощурился.

Постель Сура была не тронута. Сам Корн был полностью одет в форму, и даже обувь была на нём.

Почему он не в лазарете? Он же отключился?

Корн стал припоминать случившееся. Он выдохнул и присел на кровать. Потом он вспомнил Сура, уставившегося в потолок мёртвым взглядом, и то, как сам он призвал магию земли, чтобы его спасти. Кажется, он действительно сделал это. Если, конечно, это ему не приснилось после того, как его вырубило взрывной волной ещё в самом начале драки.

Корн заметался по комнате. Он не мог усидеть на месте. Была глубокая ночь, в коридоре было тихо, Академия продолжала жить своей жизнью, и никто не обрадуется, если он ворвётся ночью с вопросами.

Он подошёл к кувшину с водой и, налив стакан, быстро его опустошил. Заставил себя успокоиться и наблюдать за голубым светом Уны, причудливо искажавшим деревья, на которые он лился. Когда он немного успокоился, он наконец-то сообразил.

Вытянув руку вперёд, он постарался вспомнить ощущение тепла, которое у него возникло, когда вчера его руки светились золотом. Ничего не вышло. Корн нахмурился. Он пробовал вновь и вновь. Но всё было безрезультатно.

Тогда Корн заставил себя вновь представить образ Сура, находящегося при смерти, и руки засветились. Он задумчиво посмотрел на них. Значит, это правда!

Три стихии! Он обладал тремя стихиями! Отец, когда узнает, сразу его признает… Корн сможет вернуться.

Его затопила волна радости, быстро утихшая. Если бы не всё остальное, это было бы самым счастливым днём в его жизни. Но сейчас… он всё ещё оставался самым ужасным.

В конце концов Корн не выдержал и постучал в комнату Террана и Ихета. Долго никто не подходил, но Корн методично продолжал стучать через каждые тридцать секунд. И дверь открылась.

Глава 25

Принять наказание

На пороге стоял Терран. Его волосы спутались и представляли собой нечто похожее на гнездо. Он так и не снял форму, и теперь она сидела на нём набекрень и была мятой.

— Проходи, — сказал он, включая свет и ставя для Корна стул.

Ихет недовольно забубнил, ворочаясь в постели. В конце концов, он вскочил и швырнул в Террана подушкой. Тот поймал её и откинул в сторону.

— Полночи бродил, теперь и дальше спать не даёт! — возмутился водник. — Корн, я сваливаю к тебе в комнату…

Корн собирался было возразить, но плюнул на это, позволяя Ихету делать, что он хочет.

— Ну… Что потом произошло? — Корн задал мучивший его вопрос, когда они остались в комнате вдвоём.

— Когда я вернулся, Сур был без сознания, но жив. Причём, даже это его зелье, которое, по словам лекарей, должно было при попадании в кровоток стать смертельным ядом, отчего-то не сработало. Только ожог и остался. Сейчас он в стабильном состоянии, в подвале, в тюремном лазарете. Разумеется, к нему никого, кроме целителей, не пускают. Даже не надейся с ним встретиться.

— Его лечат… — нахмурился Корн. — Разве он не преступник? — он немного помолчал, но всё же задал ещё один интересующий его вопрос: — Почему я очнулся в своей комнате, а не в подвале?

— Директор приказал его полностью вылечить, якобы без этого не восстановить картину произошедшего. Корн, как ты умудрился его так уделать? Ведь ожог — твоих рук дело?

— Не знаю, само вышло… Когда он поднёс ко мне эту дрянь…

Терран поднял брови:

— Так попытался и тебя убить? Даже не представляю, какого тебе. Ведь вы хорошо ладили…

Вряд ли Сур хотел его убить… Хотя действие зелья при попадании в кровь, наводило на неприятные мысли. А было ли оно для стирания памяти?

Даже если и нет, воздействие на память против воли было немногим лучше.

Корн нахмурился сильнее:

— Ты не ответил! Какого демона я очнулся в комнате? Я ведь тоже преступник!

— Нет, — Терран помедлил. — Я всем сказал, что ты с самого начала помогал мне, и что только благодаря тебе мы смогли одолеть Сура, — он пожал плечами. — Хотя, последнее чистая правда.

— Зачем тебе это?

— Просто я мог.

Корн непонимающе поглядел на капитана.

— Объясни.

— Если ты победил Сура, то ты как минимум удачливее меня, потому что его зелья почти разорвали меня на части. Мне повезло, что прибыла Малеса, которая и мёртвого поставит на ноги. Но даже так, она спустила на меня всю ману, чтобы вылечить. Только поэтому я сейчас цел, — он передёрнул плечами. — Если ты так уж хочешь услышать все мои корыстные планы… Не то чтобы их совсем не имелось. Очевидно, что рано или поздно ты вернёшься в свою семью. Не в моих интересах стать причиной краха сына Массвэлов. Боюсь, твой отец отомстил бы мне. Ну и повторюсь, я просто мог это сделать. Достаточно нам неприятностей на нашу дюжину. Да и, в конце концов, именно ты победил чокнутого алхимика. Так что будем считать, что между нами не было того досадного боя.

Корну было сложно поверить, что отношение Террана к нему так кардинально изменилось за какие-то чуть больше, чем полгода. Неужели, сила решает?

Терран не знал, как Корн победил Сура, но оставленный на его теле глубокий и огромный ожог говорил лучше всяких слов.

— А… — голос Корна дрогнул, — Тэ…рия?

— Её состояние ужасно. Она выживет, но вряд ли когда-то придёт в норму, — тяжело вздохнул Терран и скривился, — Демоны, она ведь мне нравилась! А Сур так хладнокровно… — он сглотнул.

— Почему помощь шла так долго?

— Эм… Наверное, это я виноват, — Терран поджал губы. — Я всё ещё надеялся, что всё можно уладить без ужасных последствий, поэтому запечатал проход трёхкольцевой печатью. В Белом дворце мало тех, кто мог бы её разрушить… Даже преподаватели, в основном, не могут. Я был идиотом.

— Если ты был идиотом, то кем был я? — криво усмехнулся Корн.

— Ну-у-у… — натянуто рассмеялся капитан. — Думаю, ты и сам знаешь.

Корн глубоко вдохнул:

— Сура казнят? — сердце болезненно сжалось. Он свёл с ума не одну, а целых две ученицы. Списать на случайность было невозможно, а наказания в Аталии были суровыми.

— Не знаю. Но Тэрия была из аристократического рода. Сур нет. Поскольку никто из них ещё не стал полноценным магом, их будут судить по их положению. Для простолюдина причинить неизгладимый вред аристократу… Казнь вполне вероятна, но итоговое решение за директором, — наступила пауза. После минуты Терран прервал её. — Я рассказал тебе всё, что знаю. Нам было велено идти и высыпаться. Поэтому постарайся поспать.

— Ясно… — Корн кивнул Террану на прощание, встал и вышел из комнаты, направившись в свою.

На кровати Сура лежал Ихет в пижаме и с улыбкой посапывал. Вот бы Корну его нервы. Хотя водник же не участвовал во всём этом.

Интересно, изменилось ли бы всё, позови он тогда Ихета, а не Хену? Ведь зелье номер шесть было создано для женщин, Сур бы не стал пробовать его на парне. Корн вздрогнул от этой мысли. Сделанного не исправишь, бессмысленно жалеть о прошлом, можно лишь стараться изменить будущее.

Корн не смог заснуть, он ворочался и смотрел на круглый диск ночного светила. Говорят, что Уна — богиня тёмных созданий, но отчего она так прекрасна?

Забрезжил рассвет, и лучи Рэи раскрасили небо в розово-малиновый, переходящий в золотисто-белый. Наступило утро, и раздался протяжный вой, оповещающий студентов о начале нового дня.

Ихет выругался и сел на кровати, посмотрел сонными глазами на Корна:

— Ты что, не спал? Зря. В жизни случается дерьмо. Но если при этом не жрать и не спать, ты сам рискуешь оказаться в нём по уши, — он быстро заправил постель и ушёл, но через секунду заглянул обратно. — Не забудь зайти к десяти в кабинет директора, — он зевнул и закрыл за собой дверь.

Корн так и не смог себя заставить поесть, он просто дождался нужного времени и и отправился в кабинет директора.