Танго с ненавистным капитаном (СИ) - Лунёва Мария - Страница 77

Никогда прежде и ни с кем я не говорила об этом настолько откровенно. Даже с Беллой.

А теперь боль и страх прорвались. Вот так внезапно и ни к месту.

— Тифо, — повторил Маэр. — Считай, что его уже нет. Отстрелить причиндалы... Это я легко. Очень легко. Вот по дороге на Залфа и заскочим. Вещи Беллы собрать, а заодно и поквитаемся.

Прижавшись щекой к моим волосам, он сделал глубокий вдох и шумно выдохнул.

А мне наконец стало так легко, словно груз с души упал.

Глава 92

Маэр дар орш Свер

«Тифо»... Это имя крутилось в моей голове.

Я проговаривал его раз за разом и отчетливо понимал, что уж точно не забуду.

Найду. Теперь точно найду! И удавлю. Как падаль раздавлю, и никто мне не помешает, потому что буду в своем праве.

В своем!

Выдохнув, опустил взгляд на Ками. Она расслабленно лежала в моих объятиях и медленно засыпала. Я укачивал её, желая, чтобы все страхи, терзавшие мою малышку, исчезли без следа.

Запла́канная, но такая спокойная. Улыбнувшись, поднял руку и провел подушечками пальцев по её влажной щеке. Не шелохнулась.

Моя красавица.

Грязная? Нет, вовсе нет! Невинная, сломанная, но такая притягательная.

Я отчетливо понимал, что уже никогда не отпущу. Что вот так, на руках, через всю жизнь пронесу.

Замерев, чуть расслабил объятия.

Спала. Её нужно было переложить на кровать, но так не хотелось.

Пошевелившись, она что-то промурлыкала под нос и попыталась повернуться на бок.

Ей нужен был отдых и крепкий сон.

Пришлось вставать на ноги и укладывать её на подушку. Одеяло сползло, открывая моему взору такой вид, от которого вся кровь от головы отхлынула.

А в ширинку штанов снизу постучались.

Цокнув, поправил стояк.

Ни к месту. И не ко времени.

Взгляд упал на дверной проем в душ, там на крючке осталась висеть моя майка и её трусики. Сглотнул. Ширинка слегка разъехалась.

Да что б его́!

Но физиологию я отменить не мог. Хотел я Ками до одури.

Хотел... но взять не решался.

Потому что не нужно оно ей сейчас. Совершенно не нужно.

Вернув одеяло, прикрыл малышку и отправился в душ.

Не закрывая двери, быстро стянул с себя рубашку и штаны с нижним бельем. Отправив все пинком к стиралке, врубил холодную воду. Мне нужно было успокоиться. Иначе не дело.

Уперевшись ладонями в стену, встал под ледяные струи и замер, не двигаясь.

Справлюсь со своим возбуждением. Не в первой. Главное, Ками не испугать.

Прикрыв глаза, выравнивал дыхание, но мысль, что там, на кровати, лежит обнаженная малышка, от которой у меня голову сносит, не давала успокоиться.

Я тихо скалился, проклиная всю эту ситуацию.

А время шло.

В какой-то момент, разлепив веки, удостоверился, что напряжение снизу спало. Не совсем, но хотя бы штаны не разорвет. Вырубив воду, развернулся и тряхнул головой. Взгляд метнулся к кровати и уперся в огромные испуганные карие глазки.

Ками таращилась на меня, не мигая.

Ну и что было делать? Только вести себя так, словно ничего не происходит.

— Сейчас принесу тебе белье и майку, — улыбнулся ей, не пытаясь прикрыться. — После поешь, все уже лежит на столе и давно остывает. А после спать.

Она хлопнула ресничками. Я подошел к стене и снял широкое полотенце, не торопясь обернул им бедра и закрепил. После взял вещи, приготовленные ей.

Пока шагал к постели, все гадал, метнется она из неё в какой угол или нет.

Осталась лежать, но, кажется, совсем не дышала.

— Ками, одевайся, — протянул ей майку.

Не шелохнулась.

— Камелия, тебе на меня всю жизнь смотреть, так что отомри. И одевайся. Нет, ты мне голенькой нравишься, но не та у нас с тобой сейчас ситуация. Не располагает к страстным нежностям. Или нет?

Приподнял бровь.

Она мгновенно отмерла и схватила вещи. Опять застыла.

Делая вид, что ничего не происходит, лениво направился к небольшому шкафу, в который скинул свои вещи.

— Я стирать собрался. У тебя есть что грязное? — спросил спокойно. — Если да, то отнеси в ванную.

Не оборачиваясь, стянул с себя полотенце и принялся натягивать белье. Следом свободные штаны. Решив, что этого для приличий достаточно, прикрыл дверь шкафа и замер.

— Ками, ты оделась? Я могу идти к столу или нет?

Тишина. Ни шуршания.

— Камелия, я есть хочу. Не задерживай.

Легкое движение. Дерганое какое-то. Глухой удар и тихое ругательство.

— Не спеши, — попытался успокоить её панику. — Выдохни и приводи себя в порядок.

Снова шуршание, только более громкое. Шлепки босых ног по полу.

— Все? — уточнил.

— Кгк, — наконец подала она голос.

Обернувшись, сообразил, что она расставляет контейнеры с ужином. Щечки красные. Глаза блестят.

— Я надеюсь, что тебя впечатлил, а не разочаровал, — поддел её.

— Дверь закрывать не учили? — фыркнула она в мою сторону.

— Кажется, моя колючка возвращается, — рассмеялся. — И зачем мне её закрывать? У меня от тебя тайн, Ками, совсем нет. Так как, впечатлил?

— Пфф, — фыркнула она и, присев на стул, схватила ложку.

Я расслабился. Не рванула из комнаты, уже хорошо. На ней словно платье болталась моя майка, с трудом прикрывая грудь. Но у Ками наряды водились и куда откровеннее.

Сев за стол, осторожно поймал её взгляд. Улыбнулся.

— Ты огромный, — она выдохнула и залилась краской ещё гуще.

— Спасибо за комплимент, — я горделиво вскинул голову. — Но это реакция на тебя. Так что...

— Я про тело! — она возмущенно взмахнула ложкой.

— Так и я про некоторые его части. Ешь давай. И спать. Устал.

Кивнув, она с таким смирением принялась выгребать ложкой мясной бульон, что стало не по себе. Не привык я видеть её такой испуганной и покладистой.

Совсем не привык.

— Камелия, расслабься. Я всего лишь тебя обниму и согрею. Ночи здесь холодные. И не более. А остальное только если ты сама захочешь. Не раньше.

Она замерла, а после принялась есть с еще большей скоростью.

Покачав головой, я вскрыл и свой контейнер. Вкуса еды не чувствовал, все мысли занимала светловолосая красавица, сидящая напротив. Мне безумно нравилось видеть её в своей майке.

Это сексуальнее любых пеньюаров будет.

Глава 93

Камелия Войнич

Я лежала не шевелясь и пыталась осознать, в какой момент мы переступили грань и перестали быть друг для друга удобными врагами?

Маэр.

Он обнимал меня уже так привычно, прижимая к себе. Его грудь равномерно приподнималась, под ладонью громко стучало сердце. Но орш спал.

Расслабленно. Умиротворенно.

А я маялась. Перед глазами момент пробуждения. Это было незабываемо! Тишина, только звуки воды и он... Обнажённый. Здоровый, как скала. Такая мускулатура, рельеф ягодиц, бедро в обхвате с мою голову.

От удивления я вообще потеряла связь с мозгом. Мысли замкнуло. Закоротило знатно!

Во мне очнулась живая женщина и ощутила влечение. Столько лет она покоилась в своём пыльном гробу где-то на дне души, поросшая мхом и паутиной. И на тебе...

Восстала!

При этом я не могла представить обнажённым ни одного другого мужчину. Меня воротило от этих мыслей.

Но Маэр... Он словно прорвался в личный круг и так плотно обосновался в нём, что я стала воспринимать его как часть себя.

Или мы так долго играли в «удобную» пару, что и не поняли, как ею стали.

Я знала его привычки, могла предугадать реакцию на слова и действия, помнила, что он любит, а что нет. И он тоже... Вплоть до мелочей, несущественных, неважных, но личных.

Я обожала майки... и пижамы... И он об этом знал. А что еще? Хм...

— Маэр, — тихо прошептала я, — какой мой любимый цвет?

— М-м-м, — промычал он, приоткрыв рот, причмокнул губами и сильнее притянул меня к своему боку.

— Маэр, — не успокаивалась я, — мой любимый цвет?

— Ками, спи, — промычал он хрипло.