Колодец Смерти - Данжан Селин - Страница 19

— Да, я иду… Ну, Тибо, рад был с тобой познакомиться… Клара, до встречи?

Он следует за Мелоди, но, пройдя два метра, внезапно оборачивается.

— Кстати, Клара, я видел тебя вчера на тренировке, у тебя хороший уровень, это бесспорно! Отец подарил мне на день рождения видеокамеру, и я тебя снял… Тебя и всех остальных, — поспешно уточняет он.

Слишком поздно, теперь Мелоди смотрит на Клару оценивающим и презрительным взглядом соперницы.

— Если тебе будет интересно взглянуть на себя со стороны и проанализировать свою технику, заходи ко мне. Моя комната сто двенадцать, — заканчивает он и уходит.

При этих словах выражение лица Мелоди меняется с презрительного на угрожающее. Но Клара выдерживает ее взгляд, не моргая, и девица вынуждена ретироваться, так и не сумев произвести на нее впечатление.

— Ну и сучка эта Мелоди, — выдавливает сквозь зубы Клара.

— Как и ее кобель — если, конечно, мне можно так сказать, — замечает насмешливо Тибо.

Если, конечно, мне можно так сказать… Клара напрягается. Тягостное чувство закрадывается в ее душу. И это уже не в первый раз. От его взгляда она чувствует себя пленницей в клетке. Это трудно объяснить, но она задыхается. Она задыхается, а в голове вертятся слова. Она их прогоняет, это жестокие, злые слова, слова, которых Тибо не заслуживает. Слова, которые кажутся справедливыми, но она не уверена, что действительно так думает о нем. И что не пожалеет потом, когда они будут произнесены. Клара встает в сильном волнении, закидывает ремень сумки на плечо и берет со стола кожаный альбом.

— Спасибо за подарок. Мне нужно бежать! Увидимся.

И она исчезает так быстро, что Тибо не успевает отреагировать. Он смотрит, как она убегает. Убегает от него.

Его глаза наполняются слезами. Сердце сжимается. Перед ним разверзается бездна. Клара только что предала его — впервые за двенадцать лет их отношений.

Она вырвала руки из его рук.

Она покраснела, ей было стыдно, что их увидели вместе.

Ей было стыдно, что его, толстяка, приняли за ее парня.

Тибо чувствует, что умирает. Он теряет человека, единственного на свете, кто ему важен.

Девушку, в которую без памяти влюблен.

– 15 –

Я расскажу тебе одну историю

Магид Айед выдавил себе в ладонь из флакончика немного геля для душа и начал намыливать грудь. В воздухе сразу же повеяло тонким древесным ароматом. Туалетные принадлежности «Императорского гранд-отеля» были, несомненно, самыми изысканными на Атлантическом побережье. Эта сеть отелей не скупилась на аксессуары, чтобы удержать клиентов и заставить их забыть о непомерной цене своих номеров. Айед удовлетворенно улыбнулся: он любил роскошь.

Магид заботливо намылил член и, встав под обжигающую струю, ощутил кожей, как его охватывает истома. Сегодня вечером у него будет свидание с одной бесподобной гейшей. В проспекте эскортных услуг была указана безумная часовая ставка, но оно того стоило: молодая азиатка ни в чем не отказывала своим клиентам, которых к тому же тщательно отбирала. Недаром вот уже более трех месяцев он настойчиво добивался встречи с Акикой! И это свидание придется очень кстати: с тех пор, как он увиделся со своими бывшими товарищами, он потерял покой. Ему постоянно казалось, что за ним следят, и он уже сбился со счета, сколько раз оборачивался, чтобы это проверить. Понятное дело, за его спиной никого не было. Его мозг играл с ним злую шутку. Отбрасываемая им тень превращалась в угрожающий силуэт. Звуки в трубопроводе превращались в дыхание. Скрип половиц — в приближающиеся шаги. За двадцать последних лет прошлое ни разу не напоминало о себе — черт возьми, давайте называть вещи своими именами: это были просто ошибки юности, — но теперь в его жизнь проник страх. И все это из-за Валерианы и той проклятой встречи! Эта сука сорвала с петель дверь из закаленной стали, которая держала подвал на запоре, и теперь из него поднимались гнилые испарения. Вырвавшись из темных глубин, Клара выползала наверх, и ее хриплое дыхание с каждым пройденным сантиметром становились все отчетливее. Ее высохшая рука из темноты медленно пробиралась сквозь щель на свет и тут же обвивалась, как лиана, вокруг его лодыжки. Наделенные сверхъестественной силой, костлявые пальцы впивались в его плоть, увлекая в сырую тьму. И когда от холодного и вязкого прикосновения бездны волоски на его коже вставали дыбом, из недр земли с ревом вырывались громадные языки пламени, и …

Стараясь унять страх, Магид тряхнул головой, разбрызгав вокруг себя капли воды. Ему необходимо взять себя в руки! Обуздать свою фантазию, выкорчевать из себя это абсурдное и совершенно бесполезное чувство вины. Того, что сделано, уже не отменить! Что касается Клары, то она сгорела в том же самом огне, который любила разжигать в тех, кто ее любил! Он-то никогда ее не любил! Никогда! Поначалу она его забавляла. Ее непосредственность, ее строптивый, дерзкий характер. Ее меткие реплики. Ее смелость. Но он быстро понял, что она ведет их всех — и Александра в первую очередь — по скользкому пути. Он пытался образумить своего лучшего друга. Он предостерегал его, орал, чтобы тот открыл наконец глаза. Но Алекс был околдован. Одержим. Если в его мозгу начинал просыпаться здравый смысл, то достаточно было одного слова, одного взгляда Клары, одного взмаха ресницами, чтобы он снова увяз в своем наваждении. Он был так очарован, что разучился критически мыслить. И тогда Магид встал на путь войны. Войны беспощадной, без правил и ограничений. Войны, которая выведет Клару из игры раз и навсегда. Войны, которая вернет ему лучшего друга — этого всеми любимого, непобедимого, беззаботного спортсмена… Но все пошло не по плану. «Червяк глубоко проник в плод», — думал он, стиснув зубы. Все его стратегии оказались неудачными. Магид мог только наблюдать со стороны за гибелью Александра. И каждая секунда этого печального зрелища укрепляла его решимость: он никогда ни в кого не влюбится. Секса вполне достаточно. Чувства — это все фигня. Чертова ловушка для дебилов! Жизнь, которую он избрал, доказала его правоту. Магиду Айеду исполнилось тридцать семь лет, и он не знал, что значит страдать. Конечно, ему случалось получать от жизни удары ниже пояса. Но он поднимался, боролся и побеждал. Как всегда. И точно так же произойдет на этот раз. Он никому не позволит разрушить свою жизнь, тем более призракам прошлого. Он выключил воду и отодвинул стеклянную дверцу, выпустив облако пара, которое заполнило туалетную комнату. Обернув полотенце вокруг талии, он протер зеркало ладонью и стал любоваться своим отражением. Сбалансированное питание и физические нагрузки сформировали ему скульптурное тело, чем он особенно гордился. Магид взял второе полотенце, вытер грудь, подмышки, волосы, причесался и внимательно осмотрел свое лицо вблизи: безупречно выбритое, с гладкой, здоровой кожей. Напоследок он развлекся, принимая перед зеркалом разные позы, скользя взглядом по длинному шраму, пересекавшему бедро. Без сомнения, шрам придавал ему изюминку: образ «плохого парня». Магид улыбнулся своему отражению: он был красив.

В дверь номера трижды коротко и резко постучали. Айед нахмурился и бросил взгляд на часы, лежавшие на мраморной столешнице между двумя декоративными чашами. Девица заявилась на пятнадцать минут раньше. «Черт, я не успею одеться», — подумал он. Но мимолетная мысль о том, что он все равно недолго пробудет одетым, позабавила его. Он вполне мог открыть бутылку шампанского, оставаясь в одном полотенце. Это облегчит задачу прелестной Акике, когда она захочет добраться до его члена рукой или губами. Магид усмехнулся, представив себе несколько волнующих сцен, и его охватило желание. Он покрепче затянул полотенце вокруг талии и пошел открывать.

За дверью никого не было. Удивленный Айед сделал шаг вперед и выглянул в коридор. Едва он высунул голову, как его ослепила яркая вспышка света, а грудь пронзил разряд молнии. Превратившись в одну сплошную боль, он почувствовал, как его беспомощное тело выгнулось дугой. Две руки резко втолкнули Айеда назад, и он упал на толстый ковер кремового цвета. Последнее, что он увидел, было лицо в капюшоне, а потом он потерял сознание.