Старый, но крепкий 9 (СИ) - Крынов Макс - Страница 6

— Самое бесполезное применение техники ледяной защиты, которое я видел, — выплюнул мужчина.

— Смею предположить, что-либо у вас нет фантазии, либо вы лукавите, — я уселся на свой ледяной трон. — А теперь, когда мы померялись характерами, предлагаю перейти к взрослым разговорам и обсудить дело, которое меня сюда привело.

Я достал из-за пазухи сложенные вчетверо листы бумаги.

— Меня удивляет, что ты решился сунуться в нашу доблестную школу после устроенного вашими, — брезгливо сказал практик, не взглянув на документы, опустившиеся на его стол. — Честно говоря, не думал, что в Секте Тьмы у кого-то отрастут яйца настолько, чтобы явиться сюда без десятка крепких охранников за спиной.

— Меня ваше мнение совершенно не заботит, — легко ответил я. — К слову, в секте есть люди куда храбрее и сильнее меня, и под их яйцами вы могли бы спрятаться во время дождя. А теперь, если вы не против, предлагаю перейти к более конструктивной теме, не связанной с чужими органами. Откройте, пожалуйста, указ Его Высочества, и внимательно прочитайте о моей миссии, а именно — об инспекции вашей школы. Я хотел бы пройти по всем корпусам, заглянуть в каждый кабинет, но кроме этого я желаю посмотреть, чем именно занимается ваша школа на горе Тянь-Шань. Насколько я помню, к войне привело, в том числе и желание построить форт на вершине горы.

Практик лениво развернул бумаги, прочел содержимое и цыкнул.

— Ох, щегол… Даже если бы я хотел заняться твоим делом и в чем-нибудь тебе помочь — а я не хочу иметь с вашими ничего общего, как ты уже понял — я должен быть уверен, что бумаги настоящие. А я в этом совершенно не уверен.

Я в искреннем удивлении развел руками:

— Если вы не в состоянии — значит, это в ваши компетенции и не входит. Полагаю, вам следует дать их тому, кто РАЗБИРАЕТСЯ в подобном.

— Даже если бумаги окажутся подлинными, вряд ли я смогу тебя туда допустить. Гора Тянь-Шань — священное место, не каждому туда позволено ступать.

— В вашем священном месте постоянно толпятся авантюристы, — перебил я. — Если вы и правда хотите меня остановить, придётся придумать что-то посильнее, чем наскоро слепленные аргументы. Я какое-то время жил здесь, и в курсе, как и что здесь работает.

— Тогда ты наверняка знаешь, что сделала твоя секта?

— Я знаю, из-за чего началась война, — киваю, не подтверждая сказанного собеседником. — И я не в восторге от поступков тех, кто ответственен за пепельную лихорадку, если вы хотите это услышать.

Собеседник почти по-доброму улыбнулся. Если этот оскал вообще можно назвать улыбкой.

— Во-от, ты меня понимаешь, пацан. Именно по этой причине я не пущу на гору никого из вашей секты: вы — самые черные мрази, которые…

— Вы понимаете, что я мог подняться на гору, не спрашивая вашего разрешения? — перебил я.

— Попробуй, — с готовностью кивнул практик. — Это будет лучшим решением вопроса для всех нас. Устрой себе… как же это называют наши умники?.. Самостоятельный аудит, во!

Я откинулся на ледяной трон, постукивая пальцами по подлокотнику.

— Я вижу, что наш разговор зашел в тупик. Знаете, я теряю интерес к такой однобокой беседе.

— Если вам хочется уйти, я провожу вас до ворот.

— У нас есть два пути, — сообщил я спокойно. — Первый: я ухожу без инспекции и проверок, вы же пишете официальный отказ и провожаете меня до ворот. Если помните недавние события, когда секта и школа «не услышали» приказа его высочества о прекращении боевых действий, то помните и наказание, которое последовало за этим, и можете предположить, что случится в этот раз. И второй вариант: вы созываете людей рангом повыше, чем обычный «непускай», и пусть решение принимают они.

Мужчина, вопреки моим ожиданиям, не начал зубоскалить. Он откинулся на спинку стула и хмуро уставился на меня.

— Ну так что, зовём кого-нибудь, или сразу переходим к проблемам? — спустя минуту повторил я вопрос.

Как раз в это время дверь за моей спиной открылась, и запыхавшийся ученик, склонившись в поклоне, сообщил, что руководство секты готово выслушать представителя принца Эдвина.

Выходит, практик всего лишь развлекал меня все это время?

Впрочем, мне было плевать.

Зал для собраний школы выглядел скучно. Светлое помещение с огромными окнами, широкий стол, стулья. Открытые полки рядом со стенами, на одной из полок стоит артефакт в виде котенка, машущего лапкой. Ни клубящейся по углам темноты, ни подавляющей мощи от собравшихся здесь людей.

Во главе стола сидел пожилой практик с длинными волосами, собранными в пучок на затылке. Глава.

Справа от главы сидел Ардан Тарс — практик, который когда-то спас меня от скелетов на лестнице, а потом — едва не убил, когда я пришел в роскошный шатер с сообщением от принца.

Кроме этих двоих за столом сидели еще пять пожилых практиков. Когда я зашел, они как раз обсуждали случай с группой учеников, которых в лесу потрепали сильные екаи, и пытались решить, стоит ли проводить зачистки в лесу чаще, или нужно расширить зону зачисток.

Я думал, что меня отведут к главе школы, или школа соберет собрание ради моего вопроса, но только столкнувшись с плановым совещанием понял, что такие мысли были чересчур самонадеянными. Пришлось стоять, пока практики не договорятся, и тогда уже глава школы впервые посмотрел на меня. И помрачнел.

— Я помню тебя, — неприветливо буркнул практик. — Китт Бронсон, верно? Ты помешал нам выиграть войну.

Забавно. Я думал, что остановил две враждующие стороны и помог людям сохранить свои жизни, а оказывается — войну помешал выиграть. Впрочем, вслух я это не произнес — не хотел запускать новый виток срача и беспочвенных обвинений.

— Я здесь по другому вопросу.

— Ну разумеется, — тут же добавил глава. — Мы ведь не участвуем в новых войнах.

Я вздохнул и попытался прикинуть с высоты прошлого возраста — какие я мог бы подобрать аргументы, чтобы убедить себя прошлого, взрослого, вести диалог?

И тут же понял, что никаких. Если бы я был настроен фонтанировать язвительностью, унижать и доминировать, я бы не сворачивал с этой приятной дорожки.

Тем не менее, я попробовал достучаться до них.

— Господа, я отправлен сюда в качестве инспектора. Вот бумаги.

Я подошел к столу и положил на него листы. К бумагам никто не потянулся, что само по себе довольно прозрачный намек.

— Хотелось бы минимального содействия.

— Разумеется, — сказал Ардан Тарс. — Мы найдем удобную дату и предоставим тебе все, что ты хочешь увидеть. Может, в следующем месяце?

— Я думал, вопрос решится быстрее.

Так как мне не предлагали присесть, я медленно прошелся вдоль стола. Останавливать меня не стали, а я тем временем с помощью своего навыка осязания (или скорее — считывания пространства, потому как не нашел ни в одной книге подобного описания навыка) прочел каждого за этим столом.

Двоим я не нравился. Глава школы меня почему-то едва не ненавидел, но остальные, пусть и смотрели насупленно, но никаких отрицательных эмоций в мою сторону не испытывали. Вот их я могу убедить в том, что мне нужно провести проверку на горе.

Правда, пойдут ли они против начальства?

Если бы Свен Дэй вбил себе что-то в голову, его бы никто переубедить не смог. Далеко за примером ходить не нужно — мастер Линь пытался донести до настоятеля, что за сменой его поведения стоим я и эликсир подчинения, но все закончилось тет-а-тет, где Свен Дэй по-простому, по-дружески спросил: «Китт, Линь вот говорит, что ты давал мне эликсир подчинения. Нет? Ну, я так и думал. Ступай, не буду отвлекать. Кстати, спасибо за новые зелья».

Следующие десять минут один в один повторяли пройденное в прокуренном кабинете. Я предлагал им не саботировать приказ, они утверждали, что не делают этого. И дело не двигалось с мертвой точки.

— Я прошу вас на минуту задуматься о том, что происходит в этом кабинете. Семь взрослых, умных людей тратят свое время, чтобы потратить время одного-единственного практика. Может, перестанем уже трепать друг другу нервы? Может, хватит?