Неугодная жена. Школа для бедных леди Эйтлер (СИ) - Манаева Ирина - Страница 29

- Кс-кс-кс, - зову её, а из темноты на меня смотрят два жёлтых глаза, напоминающие маленькие луны. – Ну иди сюда, не бойся, - спускаюсь вниз, только в сумраке кошку не рассмотреть даже будь она белоснежной.

Здесь в темноте куда неприятнее находиться, чем на освещённой веранде, и я намереваюсь подняться обратно, когда слышу тихое и короткое.

- Маорика.

Замираю, всматриваясь в темноту, но зрение у меня не предназначено для такого. Кажется, будто вырисовывается небольшая фигура рядом со мной. Сердце заходится в испуге, а лунный свет выхватывает женское лицо.

- Далия, - произношу её имя, но она прикладывает палец к губам.

- Вы должны пойти со мной. Ему требуется помощь.

Она поворачивается, делая несколько шагов в сторону леса, а я оборачиваюсь, глядя на спокойное мерцание огней на крыльце. Тьма против света, и мне хочется выбрать последнее.

- Ну же, Маорика, - зовёт девушка. – Он ранен, ему требуется ваша помощь.

Правда или уловка? Девушка в прошлый раз исчезла, а теперь появилась из ниоткуда. Что если она заманивает меня, чтобы сделать что-то плохое? Почему я должна довериться ей?

Потому что дважды она тебя выручала.

Разум идёт в конфликт с чувствами, но я двигаюсь следом, пока не оказываемся на небольшой поляне, и я вижу мужчину, с которым была в саду. Только узнаю его с трудом.

– Карф, - произношу его имя, оказываясь рядом.

- Мики, это я, - звучит его низкий бархатистый голос, в котором слышится усталость и радость, и его ладонь находит мою. – Ты пришла, моя Мики.

- Что с ним случилось? – требую ответа у помощницы.

- Ваш муж.

Она рассказывает, как его держали в цитадели, требуя признаний. Но даже маги не смогли вытянуть из него правды, слишком он хорошо научился запечатывать истину внутри себя. Он не выдал ничего, что могло меня скомпрометировать, но за это поплатился собственным здоровьем.

Лицо представляло собой болезненное зрелище. Кожа, прежде гладкая и ровная, сейчас была покрыта багровыми и синеватыми пятнами, словно кто-то старательно рисовал на ней жестокие узоры. Один глаз почти полностью заплыл, превратившись в узкую щель, окружённую опухшей, пульсирующей краснотой. На рассечённой брови запеклась кровь, местами сливаясь с отёком и делая черты лица почти неузнаваемыми.

Губы были разбиты, уголки потрескались, а припухлость делала их неестественно вывернутыми. На скуле виднелась свежая ссадина, а другая щека выглядела чуть лучше, но тоже пострадала.

Вся картина говорила о жестокости и боли, о насилии, оставившем на лице неизгладимый пугающий след.

- Лорд Эйтлер не смог добиться того, чтобы Карфа удерживали дальше, и его пришлось отпустить. Но вместо того, чтобы отправиться на лечение, он поехал сюда, превозмогая боль и страдания.

- Прекрати, Далия! – грозно смотрит на неё Лайфин. – Я не мог иначе, Мики. Нужно было убедиться, что с тобой всё хорошо. Я приехал, чтобы защитить тебя.

У меня перехватило дыхание. Он сам еле на ногах стоит, пересёк довольно большое расстояние, чтобы защищать меня? И хоть я не знаю этого мужчину, волна благодарности разливается внутри. Никто никогда прежде не делал для меня ничего подобного. И я, повинуясь какому-то странному чувству, прижимаюсь к груди мужчины, и ощущаю физически, что нужна ему, а он необходим мне.

- Идёмте в дом, - принимаю решение.

- Я слышала, что лорд Эйтлер намерен отправиться сюда с визитом в ближайшие дни, - говорит Далия. - Если он узнает, что мы здесь, Карфу не избежать цитадели. Ваши слуги донесут о нас.

- Тогда расположитесь в школе. Рабочие закончили трудиться, Миту я скажу, что во флигель нельзя ходить. А потом что-нибудь придумаем.

Я показываю им путь, размещая на тех самых одеялах, что были принесены для детей, а затем возвращаюсь в дом, чтобы разыскать что-то съестное, когда позади меня раздаются шаги.

Глава 49

- Что вы здесь делаете? – голос Миты: недовольный и ворчливый.

- Я проголодалась.

В отличие от брата, её сердце так не растопилось. Кажется, она ревновала его ко мне, как человека, который никогда не имел друзей и доверял только своей сестре. Но я не была намерена делить его. Только этого близнецу не объяснить.

- Небось, хотите стащить что-то для своих оборванцев, - оседлала она любимого конька. – Припасы на исходе, чем мне прикажите кормить нас всех?

- Кажется, Буртос принёс приличный окорок, за который я заплатила.

- Откуда вообще у вас деньги? – продолжает брюзжать, а мне удаётся взять несколько булочек и пару яблок.

- Где мясо? – интересуюсь у неё, и она нехотя идёт отрезать мне маленький кусок.

Благодарю её, делая вид, что отправляюсь к себе, а потом выскальзываю на улицу и спешу к флигелю. Мне удаётся отдать припасы Далие, а потом вернуться незаметно в дом. Только в эту ночь сплю плохо, размышляя, что дальше делать с гостями. Карфу требуется лекарь, и вопрос не в средствах. Как провести целителя на территорию, чтобы не привлечь внимание близнецов?

Но на следующий день меня ждёт неприятная новость. Как только открываю глаза, Афа произносит.

- Лорд Эйтлер прибыл с визитом, требует вас.

- Что? – подскакиваю с места, не веря своим ушам. Я ждала его через пару дней, но не теперь.

- И он зол, - добавляет Афа.

- Это его обычное состояние, - фыркаю, сползая с постели, и принимаюсь одеваться. Остаётся надеяться, что ему не захотелось после рассказов слуг посетить флигель. Иначе он обнаружит там Карфа.

Из зеркала смотрит бледное и немного испуганное лицо леди Эйтлер, и я размышляю, не сделать ли Афу своей союзницей касательно наших гостей, но нас прерывают. Бесцеремонно Кардиус вторгается в покои жены, отсылая служанку, и мы остаёмся наедине. Он окидывает комнату внимательным взглядом, как если бы тут прятался кто-то. Его лицо, освещённое наполовину, мрачнее обычного. А я, уложив руки друг на друга перед собой, стараюсь сохранить невозмутимый вид.

- Почему нет магического поля, которое я устанавливал?! – рычит с порога.

- Воспитанные люди обычно здороваются, лорд Эйтлер. Не буду тобой, а потому доброе утро.

Он кривится, будто съел лимон, и сужает глаза до презрительного взгляда.

- Хорошая жена лишь слушает и кивает.

- Как же прикажешь отвечать на твой вопрос тогда? – ловлю его на словах.

И Кардиус, закинув руки за спину, делает несколько шагов в мою сторону. Мой вопрос риторический, он так решил. А вот его вполне себе говорит о том, что он зол, и надо умело подбирать последующие слова.

- Что с барьером, Маорика?

- Его нет.

- Я вижу, - цедит сквозь зубы.

- Это был кабан, - говорю, вздыхая.

- Кабан? – переспрашивает он, сминая брови на переносице.

- Или вепрь, я не сильна в диких свиньях. Мы прогуливались с Афой по лесу, когда он пробежал мимо, а потом фиолетовая полоса ушла.

- Ушла, - хмыкает он, стараясь распознать ложь в моих глазах.

- Да, - честно отвечаю, не отводя взгляда.

- Защиту главного артефактора страны сломал … кабан? – кажется, я слышу обиду и неверие в его голосе.

- Получается что…

Три шага, и его рука хватает воздух у моего горла, потому что, повинуясь инстинкту самосохранения, я отшатываюсь. Он рычит, сминая пустоту, но второй попытки не предпринимает.

- Получается, что ты лжёшь, Маорика!

- Если тебе не нравится правда, ты можешь сам выбрать любой вариант, который тебе по вкусу. А я не буду мешать.

- Играешь со мной, - слегка наклоняет голову набок.

- Нет, - еле слышно произношу, и от его близости тело начинает дрожать. Не от желания или страха, это нечто другое. Чувствую, как пробегает лёгкий холодок, словно кто-то тянется к моей силе, даже не касаясь меня, трогает магию, которую я сама ещё не научилась чувствовать.

- Я пришёл за своим, как договаривались, - чётко говорит слова Кардиус. – Так что посмотрим, как ты заговоришь потом.