И звезды блуждали во тьме (ЛП) - Мелой Колин - Страница 4

Арчи резко ударил по тормозам. Велосипед клюнул носом, и мальчик почувствовал, что вот-вот вылетит через руль. В последний момент он успел перенести вес назад; заднее колесо с глухим стуком опустилось на асфальт, и велик занесло боком. Арчи вскрикнул и выставил ногу, чтобы не упасть, но было поздно: он тяжело рухнул на землю, завалившись на бок.

Он поднял глаза и увидел стоящую над ним женщину. Она была пожилой, лет семидесяти, всё лицо в глубоких морщинах. Кожа сильно загорела на солнце, а на женщине было поношенное платье, покрытое бурыми пятнами грязи. Она безучастно смотрела сверху вниз на Арчи, казалось, ничуть не обеспокоенная тем, что её чуть не сбили.

Арчи ждал хоть какой-то реакции — пусть даже грубого «смотри, куда прешь, малявка», — но женщина молчала. Арчи поднялся с земли и пробормотал: — Простите, я вас не заметил.

Женщина продолжала пристально смотреть на него. Челюсть её отвисла, глаза были широко распахнуты, словно она только что стала свидетельницей чего-то ужасного. По телу Арчи пробежал холодок.

— С вами всё в порядке? — спросил он наконец.

— Надо было оставить его скрытым, — произнесла женщина тихим, надтреснутым голосом. При каждом слове с её губ летели брызги слюны. — Надо было оставить его хорошенько скрытым.

— Простите, что?

Женщина начала шаркать в его сторону, не сводя с Арчи глаз. — Они там что-то нашли, — сказала она. — Там, внизу, под утесом. Что-то, что лучше бы оставалось скрытым. Слышишь меня?

— Э-э, да, — ответил Арчи. Он поднял велосипед и попятился от нее. — Я не понимаю, о чем вы говорите.

Выражение лица женщины изменилось; она прищурилась, а её губы скривились. Арчи понял, что она начинает плакать. — Надо было оставить его скрытым! Надо было оставить его скрытым! — голос её сорвался на панический крик, и Арчи начал оглядываться по сторонам, проверяя, не видит ли их кто-нибудь еще. Он подумал, не нужна ли ей помощь, не случился ли у неё какой-нибудь нервный срыв. Арчи понимал, что с таким он точно не справится. Но затем внезапно всякие эмоции исчезли с лица женщины; она отвернулась и побрела дальше по улице. Арчи слышал её бормотание: «Надо было оставить его скрытым», — повторяла она снова и снова самой себе.

Арчи чувствовал себя необъяснимо потрясенным; он неподвижно стоял на углу тротуара, глядя женщине в след.

Тут он почувствовал саднящую боль в правой ноге. Задрав джинсы, он увидел, что довольно сильно ободрал голень. Поморщившись, Арчи опустил штанину. Он докатил велосипед до дорожного знака и пристегнул его к столбу. Мальчик еще раз оглянулся, ища глазами женщину, но её уже нигде не было видно. Сдерживая дрожь, Арчи вошел в видеопрокат.

Глава 2

— О, а вот и тот, кто нам нужен, — произнес Рэнди Дин, когда колокольчик над дверью возвестил о приходе Арчи. Рэнди стоял за стойкой, деловито заправляя стопку кассет в аппарат для автоматической перемотки. Оливер Файф сидел на прилавке, жуя палочку «Ред Вайнс», которую он выудил из ведерка рядом с кассой. Лакрица стоила по пять центов за штуку, но Арчи и Оливеру, как завсегдатаям, разрешалось потихоньку таскать из запасов — в разумных пределах.

— Привет, Арч, — сказал Оливер. Он говорил с полным ртом красной лакрицы. — Выкладывай давай.

— О чем вы? — спросил Арчи.

— Мистеру Файфу очень любопытно, что там творится в поместье Лэнгдонов, — сказал Рэнди, разглядывая катушки внутри видеокассеты, чтобы оценить степень намотки. На каждой кассете, принадлежавшей «Муви Мэйхем», красовалась наклейка «Будь добр — перемотай» с изображением пчелки над надписью. Основная работа Рэнди, как он жаловался, заключалась в том, чтобы перематывать ленты за клиентами, которые игнорировали наклейку. Рэнди Дин носил длинные кудри-кольца, а его массивные коричневые очки в роговой оправе вышли из моды как минимум десять лет назад. На нем была розовая рубашка Izod и джинсы, высоко натянутые на талии и стянутые на его грушевидной фигуре плетеным коричневым ремнем.

— Слышал, там внезапно прекратили все работы, — вставил Оливер. Он потянулся за очередной палочкой «Ред Вайнс», но был остановлен предостерегающим «но-но!» со стороны Рэнди. Оливер продолжил: — Подумал, ты точно в курсе, что к чему.

— Как вы узнали? — спросил Арчи.

— Броди Тайк, — ответил Рэнди. — Только что заходил. Он, вроде как, из бригады.

— Пещера, Арчи, — сказал Оливер, широко раскрыв глаза. — Они вскрыли какую-то здоровенную пещеру в скале. — Арчи знал Оливера со второго класса, когда семья мальчика переехала в город из Аризоны. Они сразу сошлись — два пацана под чарами «Звездных войн» и комиксов о супергероях. «Муви Мэйхем» стал для Оливера своего рода базой — его «Крепостью Одиночества», как он иногда её называл. Здесь он был окружен реликвиями и иконами своих любимых вымышленных миров: бесконечные полки с коробками кассет, постеры на стенах, рекламирующие шпионов в темных очках и воинов в коже. Он был странным малым, и с годами эта странность только росла. Идея об обнаружении пещеры под домом Лэнгдонов была именно тем, что могло завести Оливера Файфа с пол-оборота.

— Как думаешь, что они там нашли? Должно быть что-то серьезное, раз они решили свернуть стройку целого отеля, — не унимался Оливер.

— Вы, наверное, знаете больше моего, — оборонительно ответил Арчи. — Папа сказал, там просто небезопасно строить. Вот и всё.

В магазин вошла пара, мужчина и женщина. Рэнди пробурчал им приветствие, и те побрели в дальний конец зала.

Оливер покачал головой. — Не-а, — сказал он. — Слишком просто. А когда что-то кажется слишком простым, это не может быть правдой.

— Кувалда Оккама, — тихо проговорил Рэнди.

— Я думаю, они там что-то нашли, — сказал Оливер. — И пытаются это скрыть. У меня предчувствие.

Слова странной женщины эхом отозвались в сознании Арчи. — Не думаю, — сказал он.

— А ты что думаешь, Рэнди? — спросил Оливер.

— «Восставшие мертвецы», — загадочно произнес Рэнди. — 1977 год. Лео Дезанто. Один из его первых фильмов. — Он вышел из-за прилавка и подошел к стене с кассетами, отведенной под хорроры. Это был любимый уголок Арчи и Оливера во всем магазине. Коробки с кассетами здесь образовывали мозаику из травм и ужаса: кричащие женщины, в ужасе хватающиеся за грудь, застыли под гигантскими когтистыми пальцами; залитые кровью шрифты выводили названия вроде «Наследие демона», «Чирлидерша с бензопилой» и «Дочь Дракулы»; сверкающие, нарисованные аэрографом ножи висели маятниками над ничего не подозревающими подростками; скалились демоны, и мрачно высились дома с привидениями. Арчи не нужно было смотреть сами фильмы, чтобы вообразить то, что они обещали — он мог сам сочинять истории в голове, просто глядя на обложки и пробегая глазами восторженные описания сюжетов на обороте коробок.

Рэнди взял одну такую коробку с полки. На обложке стояло старое кирпичное здание школы на темной лужайке, а под ним по земле расходились рваные трещины. Название «Восставшие мертвецы» было выведено сочащимся красным шрифтом. Слоган под картинкой гласил: «ШКОЛА ЗАКОНЧИЛАСЬ — НАВЕЧНО». Рэнди пересказал синопсис: — Оказывается, эта школа построена на вершине древнеегипетского кургана. Несколько детей находят проход в гробницу через каморку завхоза, и, как вы понимаете, начинается сущий ад. В прямом смысле. Если честно, я тогда наложил в штаны. Не лучший фильм Дезанто, но ситуация довольно похожая, не находите?

— Думаешь, под домом Лэнгдонов египетская гробница? — спросил Арчи.

— Ну, нет, — сказал Рэнди. — Но это может быть какая-то другая гробница. Или что-то, что было погребено очень давно. И те, кто это хоронил, явно не хотели, чтобы это выкапывали.

Арчи резко посмотрел на Рэнди. Он уже хотел было что-то сказать, описать свою встречу с женщиной снаружи, но осекся. Это прозвучало бы слишком дико.

— Где происходит действие фильма? — спросил Оливер.

— Хороший вопрос, — ответил Рэнди. — В Пенсильвании, кажется. В Питтсбурге. В семидесятых там было дешево снимать.