Если бы ты любил (СИ) - Резник Юлия - Страница 7

— Наверное, потому что не была уверена, что ты вернешься. Что-нибудь еще?

Открыв рот, пытаюсь осмыслить сказанное. Ну-у-у, собственно, этого я и боялся.

— Я вернулся, а тебя нет. Сунулся к официанту, а он говорит, что счет закрыт… Вот, возьми…

— Что это?

— Должок.

Эка хмурит брови и, не решаясь взять, косится на протянутую купюру.

— Возьми, пожалуйста, знаю, это не исправит впечатления об испорченном вечере, но… Я не буду чувствовать себя так дерьмово.

Почему-то думал, она возразит. Но Эка лишь пожимает плечами и сует деньги в карман. Я перевожу дух. Довольный, что ситуация разрешилась, ободряюще улыбаюсь и, пододвинувшись к ней, тихонько интересуюсь:

— Ты сегодня до которого часа работаешь?

Глава 5

Эка

Бесит то, что Али все такой же самоуверенный. Хотя даже если он и не планировал ничего плохого, после допущенного косяка следовало бы хотя бы для приличия сделать вид, что ему неловко. Этот же гад — ну просто хозяин жизни. Его послушать — так это чуть ли не моя вина, что все закончилось так хреново. Пусть он прямо ничего такого не говорит.

— Я работаю до упора. Ждать меня смысла нет, — замечаю сухо. — Так ты закажешь что-то?

— Эка, послушай…

— Нет, это ты послушай. Я на работе, окей?

— Ладно. Принеси мне бизнес-ланч, — рычит Али.

— Там пять вариантов, — подталкиваю к нему вкладыш меню.

— Выбери на свой вкус!

Резко киваю и отхожу, поймав на себе недовольный взгляд Лиды. Она буквально сверлит меня глазами из-за стойки: «Мол, что за цирк ты устроила?». Только очередной придирки от шефини мне сейчас для полного счастья и не хватало.

— Бизнес-ланч с медальоном на седьмой! — отдаю заказ на кухню. На приготовление ланча у нас отводится пятнадцать минут, но я бы отдала многое, чтобы эти пятнадцать растянулись хотя бы вдвое. Просто чтобы не подходить к нему снова. Не видеть этот взгляд, не слышать этот самодовольный тембр, от которого мысли путаются. В конце концов, как бы он мне не нравился, я уже все для себя решила.

— Слушай, там твой красавчик! — сверкая глазами, подлетает к станции Стася.

— Видела, — цежу. — И он не мой.

— Та-а-ак. Я чего-то не знаю?! — округляет глаза подруга.

— Эй! Вы сегодня собираетесь работать?! — рявкает Лида.

— Да ладно тебе, Лид. Уже парой фраз нельзя обменяться? — протестует Сивова. В отличие от меня, она может себе позволить что-то возразить начальству. Лида к ней никогда не цепляется. И все же интересно, чем я ей не угодила.

— Потом поговорим, — шепчу Стасе, не глядя на шефиню. Сивова действительно многого не знает, да. Я не стала ей звонить и рассказывать, как прошло наше свидание с Али, потому что хотела обдумать случившееся в тишине. Без посторонних рекомендаций, непрошенных мнений и прочего сбивающего с толку дерьма. Пусть могло показаться, что ситуация не стоит выеденного яйца, мне она на многое открыла глаза и позволила, наконец, разобраться в себе, немного встряхнув привычное течение жизни и обнажив главное.

Ну, во-первых, я поняла, что действительно хочу отношений. Я готова к ним. Мне приносит удовольствие общение с противоположным полом, меня бодрят мужское внимание и восхищение.

Во-вторых… Во-вторых, в этих самых отношениях для меня важно чувствовать себя защищенной. Симпатия, желание, интерес — это все хорошо, но и только. Я же хочу, чтобы мой мужчина стал для меня опорой. Чтобы мне не было нужды лезть из кожи вон, дабы ему понравиться. И уж конечно, я не хочу каждый раз думать над тем, кому из нас предстоит закрыть счет. Потому что со временем это перерастет в вопросики поважнее — кто закроет ипотеку, оплатит отпуск, заберет ребенка из сада, ну и что там дальше по списку…

Да, я знаю, что так живут миллионы людей. Но я не хочу так. Не хочу тянуть лямку, решать, спасать, разруливать, думать вперед на два шага. Моя самостоятельная жизнь и так полна этим, мужчина нужен мне, чтобы облегчить ситуацию, а не чтобы ее усложнить. В противном случае, зачем он нужен? Я хочу позволить себе роскошь расслабиться, зная, что рядом человек, который подхватит, если я оступлюсь. Который не испугается моей силы, но и не станет ей злоупотреблять. Мужчина, на которого я всегда смогу положиться.

И дело тут не только в деньгах. Это про внутреннюю готовность мужчины брать на себя ответственность. Про уверенность, что если вдруг случится какая-то внештатная ситуация, он не сбежит, не спрячется, оставляя меня саму разгребать проблемы. Что он не испарится при первом же серьезном испытании, да... И, может, поэтому я так остро реагирую на Али. Есть в нем то, что цепляет сходу — сила, уверенность, это напускное «не парься, всё под контролем». Которое, как впоследствии оказалось, на деле ровным счетом ничего не значит.

Возможно, дело в молодости. Скорей всего, в ней… В этом нет ничего плохого, наверное. Просто я для себя, окончательно во всем разобравшись, сознательно выбираю другое.

«Ага, выбираешь, — звучит насмешливый голос внутри. — То-то у тебя выбор!»

Ну, ладно… Даже если выбора нет. Ничто ведь не запретит мне не соглашаться на то, с чем я заранее не согласна?

«Но он же вернул тебе злосчастные деньги!» — не сдается внутренний голос.

Да-а-а… Но из-за него я испытала столько негативных эмоций, что они вытеснили все хорошие впечатления.

Не из-за него! А из-за давнишней ситуации с матерью, которая просто стала триггером! То есть ты сейчас из-за своих детских комплексов наказываешь абсолютно постороннего человека…

И что? Почему нет? Детские комплексы — часть меня. Я имею право их пестовать, отказавшись подвергать себя лишнему стрессу. Все! Хватит. Решено! Никаких больше красавчиков.

— Тартар из мраморной говядины с хрустящими тостами и каплей трюфельного масла, — озвучиваю я, расставляя перед Али приборы.

— Эка…

— Слушай, я правда не могу сейчас говорить. Да и не о чем нам разговаривать. Было весело… Но на этом все.

Отхожу, ощущая, что мне даже дышится легче. Принимаю следующий заказ, кошусь исподтишка на Али. Да, он классный, но я ни о чем не жалею.

Или не позволяешь себе жалеть?

«Ой, да иди ты!» — шикаю сама на себя.

Пальцы немного дрожат. Возможно, мне стоит разместить объявление на сайте знакомств. Но говорят, там сидят одни извращенцы. Можно еще повнимательнее присмотреться к тем, кто регулярно мелькает перед глазами. Согласиться пойти на свидание с тем же Ноа. Или вообще взять паузу и опять налечь на поиски хоть сколь-нибудь подходящей работы. Что-то нужно определенно менять! Так дальше продолжаться не может. Я просто схожу с ума от этой повторяющейся изо дня в день рутины.

Забираю салаты для арабов с пятого столика и решительно шагаю вперед, натыкаясь на…

— Оу! Извините.

— Я сам виноват. Засмотрелся.

Конечно. Но мне надо было предусмотреть такую ситуацию! С сожалением хватаю салфетку и прижимаю к пятну на белоснежной рубашке Ноа. Поднос залит чаем, но, к счастью, салаты целы.

— Если вы пройдете со мной, возможно, рубашку удастся спасти… У меня есть пятновыводитель.

— Ой, да черт с ней. Давно хотел спросить, откуда у тебя такой прекрасный немецкий? — улыбается Ноа. Навскидку ему лет сорок. Светлая веснушчатая кожа, красивые голубые глаза, крупные, но белые и ровные зубы…

— Эка! Господа уже заждались, — обращается ко мне на русском Лида. Да господи! Такое чувство, что ее приставили исключительно, чтобы следить за мной.

— Да, конечно. Извините. Перепоручу вас администратору… — улыбаюсь я, торопливо устраняя последствия «аварии» — вытирая дно тарелок и меняя поднос на чистый.

— Без проблем. Но вы не ответили…

— Язык я изучала в университете. Извините, пойду я, иначе меня оштрафуют, — добавляю с улыбкой, пользуясь тем, что, в отличие от меня, Лида в немецком ни буб-бум.

Остальную смену отрабатываю без происшествий, нет-нет, да и ловя на себе взгляды красавчика Али и гораздо менее привлекательного немца, но потом и они уходят, и все возвращается на круги своя.