О бедном мажоре замолвите слово 4 (СИ) - Останин Виталий Сергеевич - Страница 10

Он ждал слёз, испуга, признания, просьбы о помощи. Всего что угодно, но не странного холодного и пугающего взгляда. Ее глаза были пусты, как высохшее озеро.

— Георгий, — ровным голосом произнесла она, будто не с братом говорила, а отчитывала прислугу. — Я не понимаю, о чём говоришь. Но ты лезешь не в свое дело, в вопросы, которые касаются только моей семьи. Это неприемлемо. Знаешь, тебе лучше уйти. И не докучать мне или моему мужу. Никогда. А теперь прости, у меня еще много забот. Прощай.

И ушла, оставив его стоять посреди гостиной в полнейшем душевном раздрае. Он даже не сразу понял, что испытывал в тот момент. Не злость и не ярость точно — эти эмоции он хорошо знал и умел обращать себе на службу. Но вскоре понял — отчаяние. Только что перед ним умерла надежда на то, что сестру можно спасти, просто вырвав из лап мерзавцев. И этого не изменить.

Он не помнил, как уехал из столицы. Пара дней прошла словно бы в тумане, где он сражался с лезущей в душу всепоглощающей тьмой. В себя пришел в каком-то баре уже в Ялте. К счастью, как сказали сопровождающие его люди, за это время никто вокруг не пострадал. Оказывается, он рванул в Крым, а там занырнул на самое дно — в дорогие рестораны, казино, шумные вечеринки золотой молодёжи. В которых хотел утонуть, забыться в их шуме. И не слышать последние слова Нино. Доказывающие, что никого из близких он защитить, оказывается, и не в состоянии.

Загул затянулся на несколько недель. На его излете он и познакомился с молодым Шуваловым и его подругой Аникой Ворониной. Сперва князь показался ему жутким снобом, одним из тех надменных отпрысков знатных фамилий, что боятся мужской работы и беспечно прожигая дни.

Но при более близком контакте он изменил свое мнение. Михаил оказался надежным товарищем, которому можно и спину доверить. В той дурацкой засаде на дороге княжич не стал праздновать труса, и не задумываясь прикрыл его.

А потом он услышал о нем еще кое-что. Весь ялтинский свет активно обсуждал способность Шувалова решать деликатные вопросы. Подсобрав слухи, Гия выяснил, что тот, оказывается, решил почти неразрешимую проблему в семействе Воронцовых. Подробностей никто не знал, но все сходились на том, что в высшем российском обществе чуть ли не свой Пинкертон появился.

«Так может это знак? — подумал тогда капитан Орбелиани. — Может этот человек может помочь и мне?»

Бросив гулянку, он снова рванул в столицу, где узнал о том, что Шувалов занят поисками своей напарницы, Аники. И не раздумывая предложил свою помощь в этом деле. Ни разу не разочаровавшись в своем решении. Да, их расследование не задалось с самого начала, но Гия видел, что Михаил не собирается сдаваться, продолжая действовать с даже немного пугающей офицера ледяной целеустремленностью.

И она, наконец, привела к прорыву! И не просто новой ниточки в поисках пропавшей Ворониной — к его Нино! Сестра оказалась в списках, которые выдал делец из «Гудка». В тех, где из людей делали… оружие?

После того, как Туров произнес ее имя, князь Орбелиани несколько секунд молчал. А потом медленно, очень тихим, дрожащим от внутреннего напряжения голосом, сказал.

— Миша, это они! Эти мэрзавцы! Те люди, что дэлают бойцов из наркоманов связаны с тэми, кто запугал мою сэстру! Мы должны найти их как можно скорее! И сжэч!

Безупречное, как и положено русскому офицеру, владение языком, немного подвело от нахлынувших эмоций. Но тут на шипастый комок ледяной ярости, разрывающей ему грудь, словно бы легла теплая дружеская рука. И стало легче.

— Дотла, брат, — улыбнулся его кма. — И пепел развеем.

Глава 6

След действительно вел к сестре грузинского князя. Но вот что с этим следом делать, мне пока было решительно непонятно. То есть ясно, как день, что девушка как-то связана с людьми, что похитили Анику только… как? Почерк же совершенно разный!

В одном случае злоумышленники таинственным образом пробрались в квартиру капитана полиции, и игнорируя камеры наблюдения, выкрали ее так, что никто ничего заметить не смог.

Во втором же их целью были наркоманы. Которым они одновременно с реабилитацией каким-то образом промывали им мозги. Да настолько качественно это делали, что те без капли сомнения принимали яд, стоило только попасть в плен и создать опасность разоблачения своих боссов.

Третий случай вообще непонятный. Очевидно, что та же техника промывки мозгов, но уже не в отношении «пехоты», а с прицелом на элиту. Для того, чтобы… Чтобы что? Зачем они это делают? Вот на этом я и сбивался, раз за разом прокручивая в голове известные факты. Черт возьми, мне нужно было понять мотив, тогда и все остальное можно будет прочесть, как книгу с крупным шрифтом.

Но я не понимал.

— Гия, — за несколько минут обсуждений, я уже услышал от горячего горца предложения ворваться в особняк Градовских с боем, устроить засаду на мужа сестры, Андрея, а также похитить саму Нино, чтобы медикаментозно привести ее в чувство, а там и правду рассказать. — Боюсь, Нино сейчас разрабатывать рано. Мы мало что понимаем, тычемся носами в стены, как слепые кутята…

— И ты предлагаешь просто ждать! — всплеснул руками грузин. Чуть не снеся со стола чайную пару.

— Ты же не хочешь навредить своей сестре, верно?

— Нет, конечно же нет! — сразу остыл князь. Упал на стул, словно из него все кости вынули.

— Поэтому вопрос с Нино мы пока просто держим в уме, — продолжил я, довольный тем, что побратима удается пока держать в узде такими вот нехитрым манипулированием. — А займемся куда более перспективным направлением.

— Это которым? — недоуменно свел густые брови Орбелиани.

— Есть в этой схеме слабое звено, — напомнил я ему. — С которого мы вообще-то и начали разматывать этот клубок.

— Мальчишка! — вскричал горец, снова подскакивая на ноги. — Мои люди привезут его сюда через полчаса!

— Тихо, брат, тихо! — рассмеялся я. А когда грузин недовольно нахмурился, пояснил. — Не нужно никого хватать, тащить и допрашивать. Ты же помнишь, что наш противник очень резкий. Активные действия он считает в момент, и тут же отреагирует. Нам ведь не нужны новые трупы?

Пожатие плечами князя могло означать, что угодно. От «смотря чьи это будут трупы» до «конечно же я против глупых смертей». Но я на это не повелся, стал дожимать до конца.

— Ты рыбачил когда-нибудь, Гия?

— При чем здесь это⁈

Он метнул на меня взгляд, полный такого непонимания и раздражения, будто я спросил, умеет ли он вышивать крестиком.

— Просто ответь.

— Ну, с дядькой раз или два ездил, да. Скукота!

Кто бы сомневался. С его-то взрывным темпераментом сидеть часами на одном месте и смотреть на неподвижный поплавок. Нет, мой кма скорее вскипятит всю воду в озере, заставив всю рыбу всплыть кверху брюхом, чем будет заниматься такими глупостями.

— Если хочешь получить настоящий трофей, умную и хитрую щуку или опытного сома, нужно не просто закинуть будущей добыче наживку, — усмехнулся я. — Необходимо еще и заставить рыбу поверить, что наживка ей нужна. И она сама решила ее проглотить. Иначе можешь без всякого смысла пялиться на воду, а эта тварь так и не выползет из-под своей коряги.

— Когда мы перешли от поисков Аники и помощи моей сестре к рыбалке? — хмыкнул Орбелиани.

Глупцом он не был, просто слишком уж темпераментным человеком. Так что прекрасно понял, к чему я подвожу.

— Когда поняли, что добыча — не тупая плотва.

— Что конкретно ты предлагаешь?

— Пока ничего, — честно ответил я. — Но придумаю, и довольно скоро. Ты главное сейчас никаких опрометчивых действий не предпринимай, ладно? С полчасика хотя бы.

Гия фыркнул, как злой жеребец, которого еще никто не смог принудить к узде. Мол, кто тут еще спешит и торопится, а? Но потом кивнул. И выразительно постучал пальцем по стеклу наручных часов.

А вот это меня совсем не устраивало. Если он работает в моей команде, то играет по моим правилам, и никак иначе. В противном случае — пусть топает и спасает свою сестру сам. Условия он еще ставить будет!