Гоблин Дуся. Дилогия (СИ) - Курилкин Матвей Геннадьевич - Страница 14

Внутри всё было немного приличнее. Даже администратор в цивильном костюме — пожалуй, это был первый мною увиденный костюм — тройка. Постояльцы отель своим вниманием явно не баловали — когда зазвенел дверной колокольчик, администратор довольно вскинулся, и нацепил на лицо нереально приветливую улыбку. Которая, правда, немного поблекла, когда он рассмотрел, кто вошёл. Что-то мне представляется, что эльфов в этих местах не любят почти так же, как и гоблинов. Что, вообще-то странно.

— Это ж Авалонская колония. Тут всем заправляют эльфы. А этот вон чего-то недоволен, как так? — Тихонько спросил я у призрачных спутников.

— Ты сравнил уманьяр с эльдар! — Фыркнул Витя. — Тетеря тупая!

— Да откуда ему знать разницу между уманьяр и эльдар! Он их и не видел-то никогда в жизни до этого!

— И это, кстати, странно! Вообще, если ты не заметил, наш юный товарищ крайне странный! Он не знает многих вещей, которые раньше видел многоквартирно… часто, короче! И при этом иногда проявляет поразительную ос… — Слово осведомлённость он даже не попытался осилить, — поразительно много знает! Язык какой-то нерусский — ведь пытался на нём говорить, ты же слышал!

— А ведь и правда! — Согласился Митя. — Дуся, ты очень сильно изменился! Я ничего такого не хочу сказать, но как-то слишком сильно мозги у тебя встали на место!

«Ну, рано или поздно они должны были что-то заподозрить, потому что я особо-то и не скрывался, — подумал я. — Даже странно, что они так долго продержались!»

— Вот вы сейчас совсем неподходящее время выбрали, чтобы всё выяснить! — Сквозь зубы прошипел я. — Давайте как-то попозже. Нас тут, похоже, неприятности ждут!

Скрывать своё происхождение я не собирался, однако сейчас было не самое подходящее время, чтобы выкладывать карты на стол, потому что у любви всей моей жизни намечались проблемы. Напомаженный официант что-то спросил у остроухих клиентов. Вроде бы небрежно, но они растерянно переглянулись. Явно не знают, что ответить. Киган что-то ответил уверенным, даже вкрадчивым голосом. Продемонстрировал кошелёк, высыпал на ладонь несколько мелких золотых монеток.

Глаза у администратора ничуть не потеплели. А рука этак невзначай опустилась под стойку. Ой, нехорошо! Чувствую, любовь всей моей жизни надо спасать.

Пока от меня отвлеклись, я аккуратненько растворил тьмой верёвки на руках и ногах и шмыгнул за стойку. Там, где-то над головой, витало напряжение — того гляди искры полетят! Рука администратора лежала на большой красной кнопке — прямо как в фильмах про ограбления банков. Или про ядерную войну, но здесь явно не тот случай. Кнопка выглядела надёжно, внушительно. А вот провод, который к ней шёл, казался очень кустарным.

Под стойкой хорошо — тихо, спокойно. И до проводка дотянуться несложно. Остаётся только понять, как настроена тревога? На размыкание или на замыкание? И долго раздумывать нельзя — там, над головой, явно договориться не получится.

«Ну, а что мы теряем? — Рассудил я. — Он сейчас в любом случае её нажмёт. Так что-либо тревога сработает чуть раньше, и это ничего не изменит, либо — не сработает совсем».

И перекусил провод. Зубами. А что было делать? Кусачек-то у меня нет.

Глава 7

Гениальный план

В первый момент я подумал, что мерзкий звон в ушах — это последствия перекусывания. Током-то меня дёрнуло так, что челюсти чуть не раскрошились одна об другую, а в глазах вспыхнули тысячи солнц. Ну, я подумал, и с ушами что-то такое случилось. Но нет. Это просто сигнализация орала. Невероятно противно. А уж громко как! Зубы сводило, уши сворачивались в трубочку, а в глубине организма, где-то в кишках что-то противно дрожало. Ну да, она всё-таки была настроена на размыкание. Так что как только я сомкнул свои великолепные острые зубки на проводах, меня сначала дёрнуло током, а как только зубы всё же разжались, оно как заорёт! Причём этого не ждал никто. Ни мои остроухие пленители, ни мужик за стойкой. Так что когда оно вдруг внезапно заорало страшно, все присели от неожиданности, и только доблестный, стукнутый током Дуся времени терять не стал — он сразу же рванул на выход.

— Ять! Это даже мне слышать стрёмно! — Признался Витя. — Хотя я мёртвый и на другом плане бытия нахожусь! Это что ж там за умелец-то делал⁈

— Ага, а уманьяров-то смотри, как корёжит! — Добавил Митя. — Не, ну это прям наш пацан! Так отомстить за пленение! Теперь-то их точно прищучат!

Я резко, с пробуксовкой притормозил возле дверей гостиницы, оглянулся. Ничего эльфов не корёжило, но метались они как куры в курятнике, оба. Как если бы туда хорёк залез. Либо в курятник, либо прямо к ним под одежду, я не определился. Администратора вовсе не было видно — похоже, он сориентировался быстрее, чем эльфы, и куда-то слинял. Здоровые инстинкты, очевидно. А вот у любви всей моей жизни Илве они не такие здоровые, как и у придурка Кигана.

В общем, я рванул обратно, выхватил свой револьвер из кармана придурка Кигана, и убёг. Ну, а чего? Не, вы не подумайте, я не собирался бросать мою прекрасную Илве. Просто чего я сделаю-то? Разве что попадусь под горячую руку. Киган вон и так, когда я попал в его поле зрения, кинжалом махнул, скотина. И, несмотря на то, что с координацией у него явно проблемы из-за визжащей сигналки, чуть не попал! Еле-еле увернулся. У них вон у обоих глаза бешеные, и ножики в руках. Попластуют несчастного зелёненького, и все дела. И даже ни слезинки потом не прольют над моим хладным телом — я ж понимаю, что Илве пока ещё не знает, какой я великолепный и восхитительный, и что меня надо любить беззаветно? Сбежал, короче. Бегать — это я люблю.

Выскочил из гостиницы, а тут уже машина подъезжает, с полиционерами. И тоже звенит, зараза, отчего звук сирены накладывается на сигналку и получается совсем уж нездоровый коктейль. Но людям-то, видно, ничего не жмёт, это существам с нормальным слухом грустно становится. Даже захотелось заорать, чтобы эту какофонию ужасную перекричать. Но я орать не стал. Сначала. А вот потом, когда в меня начали палить — то тогда заорал, конечно. Завизжал даже, подскочил на месте, и рванул куда-то сначала по улице, а потом сразу же свернул в переулок, как только до него добежал. А оттуда навстречу ещё мужик в форме.

Он меня явно увидеть не ожидал, потому что шагов не слышал. Попробуй тут, услышь, когда такие звуки страшные! Так что появился я для него неожиданно. Он только и успел, что свою рожу противную ещё сильнее нахмурить, и за револьвером в кобуре потянуться, а я уже скрутился в клубочек и так, влекомый инерцией, ему под ноги и влетел.

Упал он, конечно — попробуй, удержи равновесие, когда к тебе кто-то на бегу под ноги подворачивается. И револьверчик свой выронил. Ну, почти выронил, а дальше я ему помог, чтоб случайно на спуск не нажал. Подстрелит ещё сам себя человек, нехорошо получится, а мне эти их револьверы шибко нравятся. Красивые, прям как в кино про Клинта Иствуда. У меня уже есть один, ясно дело, но два-то оно всяко лучше, чем один, правильно?

А дальше всё совсем просто было. Про то, что в канализацию лучше не лезть, потому как там меня будут искать в первую очередь, это я уже и так знал. И на крышу не полез, потому что в этом Грасс-Вэлли очень стрёмные крыши, не плоские, а двускатные, с коньком. На такой и не спрячешься. Так что я сначала дальше по переулку побежал, а потом, добежав да параллельной улицы, просто в кусты залез и затих.

— Ну ты и выбрал место! — Не замедлил возмутиться Витя. — Ты бы ещё глаза закрыл или там морду в песок спрятал! Типа я никого не вижу, значит, и меня никто не видит!

— Да нормальное место! — Прошептал я. — Они вон, гостиницу штурмуют. Не до меня им вообще. И никто не видел, куда я смылся!

Больше, честно говоря, сам себя убеждал, чем спутников призрачных. Потому что было откровенно страшновато. Кусты — это, конечно, хорошо, это надёжно. Но находятся эти кусты прямо возле дороги, отделяя собой проезжую часть от тротуара. И если вдруг кто решит эти кустики окружить, то мне тогда грустненько придётся, или даже совсем печально. Хорошо хоть, кусты довольно густые.