"Фантастика 2026-34." Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Чернов Сергей - Страница 648

Гавана, площадь Революции.

— Товарищи! Дорогие друзья! — первыми словами пробую голос.

Перед трибуной с высшими лицами республики застыли ровные ряды камарадов. Воздушно-десантная бригада. Крас-савцы!

— Три поколения назад героический кубинский народ сбросил оковы векового рабства и выбрал путь свободы. Отвратительный колониализм потерпел серьёзное поражение. Родилось новое свободное и по-настоящему независимое государство. Родилась новая свободная и гордая кубинская нация!

Военные воспользовались паузой, которую я взял, чтобы перевести дыхание:

— Venceremos!!!

Руки одновременно взметнулись вверх, и вдруг раздаётся такое знакомое:

— Ура-а-а!!!

Немного сбитый с толку, оглядываюсь. Пожилые кубинские парни вокруг тоже держат правый кулак вверх. Чуть подумав, решаю не присоединяться, а успокаивающе машу рукой. По отмашке командиров бригада вновь замирает. С военными всё-таки приятно иметь дело.

— После революции Куба прошла длинный и трудный путь. Огромной силы империалистический хищник, находящийся за порогом страны, много десятилетий пытался задушить республику. У них ничего не вышло! Сейчас Соединённые Штаты сами бьются в агонии!

Опять повторяется громовое «Venceremos» и всё остальное. Темпераментные ребята.

— Только сейчас, спустя много десятилетий после того, как Фидель Кастро со своими соратниками победно вошёл в Гавану, мы можем уверенно сказать: мы победили!

Опять двадцать пять! И рёв двух тысяч глоток.

— Дар победы — огромная ценность. Но одновременно гигантская ответственность. Мы — Лунная республика, Россия, Северная Корея и Куба — принимаем её на свои плечи. Мы берём на себя заботу о порядке во всём мире. Вы становитесь одним из боевых подразделений Высшего Совета ООН. Мы победим снова!

После очередного взрыва восторга начинается парад. Идут неидеально, но глазами буквально съедают руководство и меня — любимого и обожаемого теперь и на Кубе.

14 июля, суббота, время 10:05.

Куба, Сантьяго-де-Куба, стройплощадка комплекса ООН.

— Замучились мы тут, — вздыхает главный инженер Шаталин, мужчина среднего возраста и среднего телосложения с усталыми глазами.

Мы оба в красных касках, на стройке даже в выходной так положено.

— Как так? Море рядом, пляжи, жгучие мулатки… — неприкрыто изумляюсь.

— И местные кадры, ленивые шланги и неисправимые бракоделы, — в тон мне грустно дорисовывает местный пейзаж Шаталин.

— Дмитрий Борисович, неужто всё так плохо? — удивляюсь уже неприятно.

— Кое-как справляемся, — Шаталин небрежно, но ловко отбрасывает носком ботинка половинку кирпича к ближайшей куче. — Следить за ними приходится плотно и постоянно. Чуть зазеваешься — они уже свой буканеро (пиво популярное в восточной Кубе) хлещут. И откровенную халтуру гонят. С трудом можно заставить кирпич руками выгружать. Хотя сейчас легче, автопогрузчики завезли.

— Следящие видеокамеры ставить не пробовали?

Отмахивается с тоской и досадой:

— Пробовали. Они…

— Залепляют объективы раствором или грязью, якобы случайно, — догадываюсь сам.

— Да, — опять грустная усмешка. — И не придерёшься.

Подходим к одному объекту. Как поясняет Шаталин, будущее кафе. Руководство стройкой вознамерилось обкатать строительные бригады на второстепенных объектах. Мудро.

Уложено несколько слоёв кладки, всего до колена.

— Шов вроде приличный, — оцениваю качество навскидку. — И ряды ровные. Почти.

— Разозлился недавно. Приказал разобрать, что поначалу они налепили, и выложить снова, — Шаталин показывает мне картинку на смартфоне.

Невольно смеюсь. Прошу скинуть. Искин тем временем со скрипом, но работает. По суточному циклу, который не собираюсь сдвигать, он должен работать на полную поздно вечером, часов с шести по местному времени. Мне вообще здесь тяжело из-за девяти часов разницы. Сейчас, например, по байконурскому времени вечер. Часа через три жёстко потянет в сон. Хорошо, что с послеобеденной сиестой совпадает. А искин по своим внутренним часам замолотит около полуночи. Так что глубокой ночью я не сплю подобно легендарному Иосифу Виссарионовичу.

— Посоветую сделать так. Наблюдение вести только с дальних точек. Подберите камеры с хорошим зумом. Наряды закрывайте только по факту сделанной работы. Ни песо авансом и с жёсткой проверкой качества. Нет требуемого качества — нет оплаты. Переделывать за свой счёт.

— Есть скрытые работы, затруднительные для итоговой проверки, — замечает задумчиво.

— Не проблема. Возьмите любой незнакомый местным прибор с индикацией, проведите убедительные манипуляции, которые покажут негодный результат. Конечно, вы должны заранее его прикинуть. И они примут всё за чистую монету, никуда не денутся.

Шаталин начинает улыбаться. Не без ехидства.

— Полагаю, у вас непроизвольно включился механизм разрушительного соревнования. Рабочие испытывают азарт в игре с начальством, кто кого обштопает. Вы их поймали — они в проигрыше. Не сумели — они на седьмом небе от счастья.

Главный инженер глядит задумчиво. Несмотря на огромную разницу в возрасте — он старше моего отца — слушает с пиететом. Где-то в глубине душе даже неудобно поучать опытного человека. Но если есть чему научить, то почему нет.

А с кубинскими рабочими я ещё поговорю.

15 июля, воскресенье, время 13:10.

Куба, лунная база Гуантанамо.

— На муромской дорожке! Стояли три сосны! — зычный и вольный голос гремит по коридору.

Послеобеденная умиротворённая тишина испуганно исчезает из нашего общежития казарменного типа. Кое-что от пиндосов осталось, чем можно пользоваться после экспресс-ремонта.

И кто это посмел нарушить моё священное время сна? Хотя догадываюсь кто. С досадливым кряхтением встаю и выхожу в коридор. В одних шортах, в здешних широтах приличных даже на улице. Девочки выходят за мной.

— А ты, Саша, довольно-таки изрядный пошляк. Разве можно так напиваться на пятьсот песо?

— А вот представьте себе, — невнятно, что странно, учитывая громогласность несколькими секундами ранее, произносит наш славный первый пилот.

Хватаю его за шкварник и волоку в душевые. Досада и злость придают столько сил, что нагрузки почти не чувствую. Хотя парень заметно крупнее меня.

В душевых приподнимаю его и без замаха бью в брюхо. Заботливо ставлю на четвереньки, позволяя вдоволь выблеваться. Бесцеремонно смываю струёй из душа хмель с его лица и мерзкую лужу на полу. Нагревшаяся в трубах вода становится холоднее.

Закончив санитарно-оздоровительные процедуры таким же способом волоку его в родную комнату.

— Грета, присмотри за ним пока не уснёт. Начнёт шуметь, прими меры. Допускается физическое воздействие, не наносящее вреда здоровью.

Хорошо всё-таки иметь подчинённых, готовых на всё. С оговорками, конечно. Ребята Пескова вложили нужные запреты, так что наносить существенный вред Грета всё равно не станет. Но электрошоковую терапию применить может. Так что всем тихо! Начальство почивать изволит.

Глава 12

Строить надо всех!

В качестве эпиграфа и для настроения:

https://vk.com/video155872572_456239116

17 июля, вторник, время 10:05.

Куба, Сантьяго-де-Куба, стройплощадка комплекса ООН.

— Приветствую вас, дорогие друзья! — так начинаю дозволенные речи на собрании строителей важнейшего для всей Кубы объекта.

«Дорогие друзья» почти сплошь мужчины, разноцветные и смешливые. Жизнерадостная нация, настолько жизнерадостная, что само собой рождается подозрение — революцию они совершили именно по этой, главной причине: хищнический империализм и их мерзкий ставленник Батиста не давали кубинцам безудержно радоваться жизни. А что? Тоже мотив, да ещё какой.