Системный Кузнец VI (СИ) - Мечников Ярослав - Страница 11

Гюнтер подался вперёд.

— Ну?

— Эсток.

Лысый нахмурился.

— Эсток? Ты о… — мужчина почесал обожжённую щёку, — о том тонком мече? Что для дуэлей аристократов?

— Не совсем, — качнул головой. — Модифицированный, с расширенной гардой, чтобы защитить руку от щупалец, и с «якорями» — небольшими выступами в верхней трети клинка, чтобы зафиксироваться в теле твари после удара.

Серафина прищурилась.

— Якоря? — переспросила девушка. — Это… необычно.

— Необычный враг требует необычного решения, — пожал плечами. — Нужно что-то, что не просто воткнётся, а удержится внутри.

Гюнтер задумчиво кивнул.

— Логично… — пробормотал лысый. — Трёхгранка пробьёт хитин, якоря не дадут вырвать… — мужик хлопнул себя по бедру. — А что, может сработать!

Я посмотрел в сторону своей ниши.

Ульф сидел на стуле у верстака, повернувшись спиной — массивный силуэт чернел на фоне окна, за которым солнце клонилось к западу, заливая небо оттенками меди и золота.

— Я хочу сам выковать оружие, — произнёс, не поворачиваясь к мастерам. — Сегодня ночью. Хотя бы основу — заготовку, форму.

Пауза.

— Сам? — голос Гюнтера прозвучал удивлённо. — Один?

— С Ульфом — нам двоим хватит рук.

Повернулся к ним.

— Я нашёл в вас команду, — сказал, глядя в глаза — сначала Гюнтеру, потом Серафине. — Доверяю обоим, но прошу — доверьтесь и вы мне. Позвольте сделать это.

Тишина.

Серафина первой подошла ближе — шаги были почти бесшумными на каменном полу. Остановилась в паре шагов, глядя мне в глаза.

— Ты дал мне важную задачу, — произнесла девушка. — Разработать зачарование. У меня есть чем заняться и теперь я знаю, для какого оружия оно понадобится.

Сделала паузу.

— Вижу в твоих глазах решимость и уверенность- действуй.

Коротко кивнул в благодарность.

Повернулся к Гюнтеру.

Лысый мужик топтался на месте, явно борясь с собой — массивные руки то сжимались в кулаки, то разжимались.

— Честно? — наконец выдавил мастер. — Хотел бы поучаствовать. Поглядеть, как ты это делаешь. Может, помочь чем…

Замолчал, потёр обожжённую щёку.

— Но, — продолжил, — ежели так решил… Ты — старший мастер, я не имею права вмешиваться в твои решения.

Я опустил голову, думая.

Гюнтер заслуживал задачи. Чего-то важного, что покажет: его ценят, ему доверяют.

— Для тебя есть дело, — сказал, подняв глаза. — Важное.

Гюнтер выпрямился.

— Какое?

— Нужно узнать, не прибыли ли беженцы из Верескового Оплота. Барон говорил, что выжившие направляются сюда — около пятидесяти человек.

Мужик кивнул, запоминая.

— Среди них могут быть люди, которые мне нужны: алхимик Ориан — лысый, тёмная кожа, черные как ночь глаза; плотник Свен — широкий, рыжая борода, добродушный; Йорн — одноглазый охотник, командир.

Гюнтер повторил имена вполголоса, закрепляя в памяти.

— Если они живы и здесь — приведи ко мне.

— Понял, — мужик кивнул. — Что ещё?

— Ещё… — замялся на мгновение. — Слепая Рита — живёт в Нижнем городе, у сточных канав. Безумная старуха, но… эксперт по камням.

Гюнтер скривился.

— Знаю о ней. Юродивая, что бормочет всякую чушь.

— Мне нужно, чтобы она пришла сюда, в Горнило.

— Ха! — мужик хмыкнул. — Легче кирпич уговорить.

— Убеди её любыми способами… — сделал паузу, — кроме насильственных.

Подумал ещё секунду. Внутренний голос шептал: «В таком положении можно и жёстче…». Но нет, этот путь — не мой.

— Уговори, подкупи, обмани, но не трогай.

Гюнтер вздохнул.

— Ладно, — пробормотал мужчина. — Стало быть… беженцы: Ориан, Свен, Йорн. Привести их сюда. Слепая Рита — уговорить прийти. Без рук.

— Верно.

— Понял, — мужик выпрямился. — Сделаю.

Развернулся и направился к двери, а у порога обернулся.

— Удачи с ковкой, мастер Кай, — голос был непривычно серьёзным. — Не подведи.

Дверь закрылась за ним.

Серафина задержалась ещё на мгновение.

— Если понадобится помощь… — начала она.

— Знаю, где вас найти, — закончил я. — Благодарю.

Девушка кивнула по-деловому и ушла к своей нише. Шорох платья, стук каблуков и тишина.

Я остался один. Почти.

Медленно прошёл через Ротонду к своей мастерской — свет ламп играл на мозаичном полу, отражался от чёрных каменных стен. В нише Ульф сидел на стуле, глядя в окно, огромная спина была повёрнута ко мне — широкие плечи, массивная голова.

Солнце садилось за горы. Небо пылало — красное, оранжевое, золотое. Свет заливал комнату, превращая всё в бронзу и медь.

Я подошёл и встал рядом, положил руку детине на плечо — по-братски, как раньше.

— Ульф.

Детина повернул голову — в больших детских глазах отражался закат.

— Кай? — голос был мягким, почти сонным.

— Мы будем ковать, — сказал я. — Ты и я, как раньше.

Ульф улыбнулся широко и открыто, как умел только он.

— Ковать… — повторил парень задумчиво. — Ковать — это хорошо. Ульф любит ковать.

Помолчал мгновение, а потом его лицо буквально вспыхнуло радостью, как у ребёнка, которому пообещали сладости.

— Формочки для пирожков! — выпалил он. — Формочки для пирожков!

Я невольно рассмеялся впервые за долгое время.

Формочки для пирожков — старая шутка из Верескового Оплота — когда только начинали работать вместе, и Ульф никак не мог понять, зачем нужны штампы для ковки. «Как формочки для пирожков», — объяснил ему тогда. — «Только для железа».

С тех пор это стало нашим знаком, что всё хорошо, что мы — команда.

— Да, Ульф, — сказал, глядя на закат. — Формочки для пирожков, только очень большие.

Детина счастливо засмеялся, а я стоял рядом, чувствуя тепло плеча под ладонью, и думал о том, что впереди длинная ночь.

Ночь, в которую я выкую оружие против Матери Глубин.

Глава 4

Уголь прибыл ещё до того, как последние лучи закатного солнца погасли за горами.

Двое рабочих в грязных фартуках втащили в нишу тяжёлую корзину, доверху набитую чёрными, маслянисто поблёскивающими кусками. Сразу уловил запах — чистый аромат выдержанного древесного угля.

— Каменный Дуб, — произнёс вслух, подняв один кусок к свету.

Тяжёлый и плотный. При постукивании издаёт звонкий, почти хрустальный звук — верный признак высшего качества. Такой уголь горит долго и ровно, давая температуры, о которых можно только мечтать при работе с обычным топливом.

[Идентификация: Уголь «Каменный Дуб» (Высшее качество).]

[Энергетическая плотность: 82%.]

[Особенность: Содержит следы Огненной Ци. Оптимален для работы с духовными материалами.]

Рабочие молча ждали у порога, переминаясь с ноги на ногу. Один из них — тощий мужичок с впалыми щеками — бросал косые взгляды на Ульфа, который сидел на своём стуле, как гора, и рассматривал огромные ладони.

— Благодарю, — кивнул. — Это всё.

Они ушли, а я опустился на корточки перед корзиной, погружая руки в угольную россыпь. Пальцы скользили по гладким граням, ощупывая каждый кусок.

— Ульф, — позвал гиганта, выпрямляясь. — Разожги горн.

Детина поднял голову, и на широком лице расплылась довольная улыбка — та самая, которую видел каждый раз, когда давал ему задачу.

— Ульф разожжёт! — объявил торжественно, поднимаясь во весь рост.

Я отошёл в сторону, наблюдая.

В первые дни нашего знакомства приходилось буквально вести парня за руку — объяснять каждое движение, показывать, как укладывать растопку, как раздувать первые искры. Теперь совсем другое дело.

Ульф действовал уверенно, почти изящно для своих размеров. Массивные пальцы, способные согнуть железный прут, осторожно выкладывали основу из мелких щепок. Сверху — горсть угольной крошки, ещё выше — средние куски, оставляя пространство для воздуха.

Кремень и кресало мелькнули в его руках. Сноп искр — раз, другой…

Тонкая струйка дыма поднялась от растопки.

— Хорошо, — пробормотал я.