(Не) случайная ошибка - Терн Ася - Страница 2

Дамиан медленно выпрямился, снова возвращая себе маску ледяного безразличия, но в его глазах плясали опасные искры.

– Мне не нужны твои гроши, Алиса. У меня их достаточно. Мне нужно то, что нельзя купить официально.

Он сделал паузу, и я почувствовала, как воздух между нами загустел, превращаясь в натянутую струну.

– У твоего нынешнего босса, адвоката Соколовского, есть сейф. В этом сейфе лежит папка с документами по тендеру в порту. Принеси мне её до завтрашнего вечера, и долг твоего брата будет аннулирован. Полностью.

– Это… это преступление, – прошептала я, качая головой. – Я не могу. Соколовский доверяет мне. Если меня поймают, я сяду в тюрьму.

– Либо ты, либо твой брат, – безжалостно произнес Дамиан. – Выбор за тобой. Но учти… если ты согласишься, ты станешь моей соучастницей. А я очень ревниво отношусь к своей собственности.

Слова Громова повисли в воздухе, тяжелые, как свинец. «Соучастница». Это слово царапало изнутри, вызывая тошноту. Я смотрела на него и видела не просто красивого мужчину, а хищника, который забавляется с пойманной добычей.

– Почему я? – мой голос был едва слышным шелестом. – У вас сотни людей. Профессионалов. Зачем вам подставлять помощницу юриста, которая даже за парковку платит вовремя?

Дамиан сократил расстояние между нами ещё на полшага. Теперь я видела, что его рубашка была из тончайшего хлопка, а на запястье поблескивали часы, стоимость которых могла бы спасти не одну такую семью, как моя.

– Потому что профессионал – это след. А ты – случайность. К тому же, – он вдруг протянул руку. Я замерла, ожидая прикосновения, но он лишь поправил выбившуюся прядь моих волос, едва коснувшись кончиками пальцев моего уха. По коже пробежал ток, противный и пугающе приятный одновременно. – К тому же, мне любопытно, Алиса. На что способна «правильная» девочка ради любви к единственному близкому человеку.

Я вспомнила лицо брата. Пашка. Глупый, азартный Пашка, который всегда верил в чудо. Перед глазами всплыла наша последняя встреча два дня назад. Его трясло, он прятал глаза и постоянно оглядывался на дверь нашей маленькой хрущевки.

«Лиса, я всё исправлю, клянусь! Просто один неудачный расклад… Они придут за мной, если я не отдам долг. Ты не представляешь, кто эти люди. Это не коллекторы, это… хозяева города».Тогда я думала, что он преувеличивает. Теперь, стоя перед Громовым, я понимала – Пашка преуменьшал масштаб катастрофы.

– У него никого нет, кроме меня, – прошептала я, больше самой себе, чем Дамиану. – Мама не переживет, если с ним что-то случится.

– Твоя преданность трогательна, – в голосе Дамиана не было ни капли жалости, только холодный расчет. – Но в моем мире преданность стоит дорого. Сейчас цена – твоя совесть.

Он наконец отступил, и я смогла сделать полноценный вдох. Но легче не стало. Без его пугающей близости я почувствовала себя беззащитной перед лицом ночного города.

– Перчатку оставь себе, – он кивнул охраннику, и тот, к моему удивлению, не отдал мне вещь, а просто убрал её в карман пиджака. – Считай это залогом нашего будущего сотрудничества.

– Я еще не сказала «да», – яростно бросила я, хотя оба мы знали, что выбора у меня нет.

– Ты скажешь его завтра. В восемь вечера я жду тебя в ресторане «Олимп». С папкой. Если тебя там не будет… – он сделал многозначительную паузу, и его глаза на мгновение превратились в две черные дыры. – Павла начнут искать. И поверь, ему будет лучше, если его найдет полиция, а не мои люди.

Громов развернулся и пошел к своей машине, не оборачиваясь. Его походка была уверенной, хищной – походка человека, который никогда не проигрывает.

Я стояла у машины, вцепившись в дверцу так сильно, что ногти побелели. Ночь вокруг казалась теперь другой – враждебной, полной теней. Я чувствовала, как на меня смотрят из окон клуба, из проезжающих мимо машин. Мир, который я знала – мир кодексов, законов и скучных офисных будней – рухнул в одну секунду.

Сев в машину, я не сразу завела мотор. Я смотрела на свои руки на руле. Они дрожали. На приборной панели лежала забытая Машей заколка – маленькая, блестящая, такая неуместная сейчас.«Я не воровка. Я не преступница», – повторяла я как мантру. Но перед глазами стоял Пашка – со сломанным носом и ужасом в глазах.

Я завела двигатель. Звук мотора моей старенькой «Хонды» показался мне слишком громким в этой тишине. Когда я выезжала с парковки, в зеркале заднего вида мелькнули фары того самого черного внедорожника. Он стоял неподвижно, как страж у ворот ада. Но стоило мне выехать на главную дорогу, как он плавно тронулся с места.

Слежка. Он даже не скрывал этого. Дамиан Громов не просто сделал предложение, он расставил капканы.

Я ехала через ночной город, мимо спящих многоэтажек и ярких витрин, и чувствовала себя птицей в невидимой клетке. Каждый светофор казался мне отсчетом времени. Каждая тень в подворотне – его человеком.

*****Дома я не зажгла свет. Я стащила с себя туфли, даже не расстегивая ремешков, и прошла в спальню. Тишина квартиры, которая раньше казалась уютной, теперь давила на барабанные перепонки. Каждый шорох за окном, каждый скрип старого паркета заставлял меня вздрагивать. Я подошла к зеркалу в прихожей и замерла.

Из отражения на меня смотрела незнакомка. Растрепанные волосы, размазанная подводка и глаза… в них застыл такой первобытный страх, смешанный с чем-то еще – чем-то. Я коснулась пальцами того места на ухе, где мгновение назад были его пальцы. Кожа до сих пор горела, будто он оставил там невидимое клеймо.

– Глупая, – прошептала я своему отражению. – Ты для него просто инструмент. Одноразовая вещь.

Я легла в постель, не раздеваясь, накрылась одеялом с головой, но сон не шел. Стоило мне закрыть глаза, как тьма перед внутренним взором расцветала неоновыми огнями «Бездны». В моих кошмарах в ту ночь всё перемешалось. Я видела Павла, протягивающего ко мне окровавленные руки из темноты подвала, и Дамиана, который стоял за его спиной. Но вместо того чтобы ударить, Громов медленно обходил меня по кругу, затягивая на моей шее ту самую шелковую перчатку, как удавку.

Я проснулась за час до рассвета от собственного крика, застрявшего в горле. В комнате было серо и холодно. Я подошла к окну и отодвинула тяжелую штору.

Внедорожник всё еще был там. Черный, матовый, он казался частью самого асфальта. Водительское стекло медленно опустилось, и я увидела огонек сигареты. Тот, кто сидел внутри, не спал. Он ждал.В этот момент я поняла: Громов не просто дал мне время подумать. Он выжидал, пока я сама сломаюсь под тяжестью собственного воображения. Семь часов утра. До момента, когда я должна буду предать всё, во что верила, осталось тринадцать часов.

Я отвернулась от окна и посмотрела на свою рабочую сумку, в которой лежал пропуск в офис Соколовского. Жребий был брошен.

_______________

Дорогие читатели! Это только начало истории, в которой чувства будут на грани, а искры между героями превратятся в настоящий пожар. Алиса еще не знает, какую игру затеял Дамиан, и чем ей придется заплатить за спасение брата.Если вам понравилась первая глава и вы хотите узнать, решится ли Алиса на кражу и что ждет её на встрече в «Олимпе» – ставьте «Мне нравится» (звездочку) и добавляйте книгу в библиотеку!Ваши комментарии и подписки – это моё вдохновение писать жарче и быстрее. Что вы думаете о Дамиане? Он просто жестокий делец или в нем есть нечто большее?Подписывайтесь на автора, чтобы не пропустить продолжение!

Глава 2

Утро не принесло облегчения. Оно ворвалось в мою спальню вместе с серым петербургским светом и неистовой вибрацией телефона, который я забыла поставить на беззвучный режим. Звук был похож на сверло, вгрызающееся в мой и без того расколотый череп.

Я разлепила веки, чувствуя себя так, будто по мне проехал тот самый черный внедорожник. На экране светилось: «Маша (28 пропущенных)». И цифра продолжала расти прямо на глазах.