Темный охотник 11 (СИ) - Розальев Андрей - Страница 29

Хм… А это… любопытно! Надо будет попробовать!

Ну и, кстати, мне самому выпрыгивать на ходу было бы, пожалуй, не очень комфортно, даже в глубоких слоях теней.

Значит, перед целью надо будет сбросить скорость.

— А что, на выходе сильно мотануло? — спросил я.

— Толчок был ощутимый, — кивнул лётчик, — но вполне терпимый. Как воздушная яма. Планер на такое рассчитан, не развалится.

— Отлично! Значит, повторим!

И мы повторили.

Ближе к Токио спустились на минимальную высоту, на которой Мальфир ещё мог удерживать ударную волну, чтобы последствия нашего пролёта были не особо разрушительными. Заявить-то о себе всё равно надо. Над пригородом как раз пятьсот метров и вышло, а ближе к центру пришлось подниматься выше, да и скорость сбрасывать, иначе повернуть мы бы не смогли.

Разворот даже по плавной дуге на штатной для «Горбунка» сверхзвуковой скорости ощутимо вдавил в кресло перегрузками. Мы пролетели немного в стороне от дворца, но, думаю, японцам и этого хватило. Теперь, когда наш самолёт не окружало облако плазмы, и даже приборы заработали, они точно могли нас разглядеть. И даже идентифицировать — ответчик заработал вместе с остальным оборудованием.

Тут и Разумовский на связь вышел.

— Вижу, вы на месте, — без вступлений начал он. — Передача началась, ждут в студию самого Мусасимару. Сейчас в студии Ямамото Кендзи.

— Тот самый, который вормикса…

— И который вас под Хабаровском чуть не поймал, — добавил князь. — Он главнокомандующий японский, если ты вдруг не интересовался.

Раскусил! Я и правда не интересовался.

— Благодарю, князь. Отличная новость, я как раз думал, как Мусасимару в студию пригласить так, чтоб не соскочил. А тут на ловца и зверь бежит!

— Он конечно безопасность гарантировал, но смотри там в оба, — предупредил Разумовский.

— Само собой, — серьёзно ответил я.

Мы уже подлетали к телецентру. Правда, что из этих десятков зданий — телецентр? Но бортовой компьютер уверенно показывал направление и расстояние до цели.

— Там вон на перехват уже заходят. Я на вызовы не отвечаю, как вы и сказали, — лётчик кивнул куда-то в сторону.

— Да я тебя умоляю, — хмыкнул я. — Пока пилот сообщит командиру, пока командир своему командиру, тот своему. Что им делать? Сбивать нас, сопровождать? Мы сюда на шести махах прилетели, они в нашу сторону косо посмотреть и то бояться будут! Стрельба ракетами воздух-воздух над центром столицы, в паре километров от императорского дворца? За такое ответственность на себя ни один рядовой пилот или командир среднего звена брать не станет. Будут ждать приказа с самого верху.

— Согласен, Ваша Светлость, — кивнул лётчик. — Куда лететь-то? К цели подлетаем.

Приглядевшись, я астральным зрением увидел Ямамото. Хоть мы с ним ни разу вживую не встречались, но что это именно он — я понял сразу. Самый сильный одарённый во всей округе, его душа светилась, как маяк, на одном из верхних этажей здания впереди, прямо по курсу. Отлично, студию искать не придётся!

— Ехай прямо, — махнул я рукой. — Вон, видишь здание из стекла, всё светится?

— Над ним пролететь?

— Неа, — оскалился я, — ты не понял! Лети прямо в него! На подлёте я тебя спрячу в криптор. Ну а потом не удивляйся, сразу приготовься набирать высоту и уходить на форсаже.

— Да я уже ничему не удивляюсь, Ваша Светлость, — покачал тот головой.

Турбины за спиной сменили тон с пронзительного визга на низкое, утробное ворчание, многотонная машина задрала нос, гася скорость о воздух. Вибрация самолёта передавалась через спинку кресла — последние несколько сот метров мы летели, как утюг при заходе на посадку.

Двести метров, сто… пора!

ㅤ

Десантирование прошло просто идеально. Горбунок исчез в крипторе, но вот воздух, который он толкал перед собой всей своей опорной плоскостью — никуда не делся. На той же скорости масса воздуха добралась до здания и жёстко его встряхнула, аж волна по стёклам прошла.

Я оглянулся по сторонам в поисках хоть какого-то укрытия. В астральном зрении души людей светились тысячами огоньков — телецентр жил своей насыщенной жизнью. Да тут кошку было бы не спрятать, не то что Ярика. Так, а может и не прятать вовсе? Что они ему сделают, в конце концов?

ХА! Да ничего! Охрана императора — тоже часть делегации! Мусасимарке, конечно, не привыкать позориться, но не до такой же степени!

Недолго думая, я выгрузил из криптора Ярика прямо перед центральным входом. Хотел на крыше, но кто знает, выдержат ли перекрытия такую нагрузку? Провалится прямо в студию ногами, всю задумку нам сорвёт. Да и неудобно как-то. Ладно с ноги в дверь входить, ну или там в окно на худой конец. Но в потолок?

Хлопок воздуха, хруст бетонных плит под ступнями исполина — и огромный стальной боевой робот, испещрённый следами сотен схваток, всё ещё припорошенный прахом Мёртвых миров и московским снегом, выпрямился среди сверкающих огнями неоновой подсветки зданий. Что-то более контрастное, пожалуй, трудно было бы подыскать!

Картину дополнил монструозный боевой молот, который Ярик грохнул перед собой, проломив плиты дорожного покрытия ещё в одном месте.

Люди на парковке отреагировали с небольшой задержкой. Первой завизжала какая-то дама, к ней присоединилась другая, а потом народ бросился врассыпную, давя друг друга. Охранники замерли, открыв рты и держась руками за резиновые дубинки.

— Ох ты ж, ляпота-то какая! — пробасил Ярозавр на всю округу.

«Ты как там, дружище?»

«Да я в порядке, ты скажи, что мне делать?»

«НИ-ЧЕ-ГО! Просто стой в карауле!»

«И хрен положить на суету вокруг? Сделаю, Охотник!»

— Ратмир, — позвал я по рации, — Эфир через пять секунд.

— Принял! — отозвался мой командир штаба.

А я ушёл глубоко в тени. Рывок — и я оказался в телестудии.

— Располагайтесь, дамы и господа, — я выгрузил из криптора Голицына и остальных, сразу раздав им гарнитуры, а журналистам ещё и браслеты с ёжиками. — Виктор, начинай снимать. Аня с Ариэль, в аппаратную. Ваше Величество… — я жестом пригласил его в кресло, явно предназначенное для Мусасимару.

Ничего, ещё одно найдут. Табуретку в крайнем случае какую-нибудь отыщут. Или две, на одной он, наверное, не поместится.

Голицын тряхнул головой, приходя в себя.

Между тем японские ведущие ещё не успели опомниться после устроенного мной толчка, и я поспешил к ним, не выходя из теней полностью.

— Новые вводные, — выкрутив дар Тёмной на полную, зашептал я японке на ухо. — Голицын уже прибыл, встреча императоров пройдёт прямо здесь и сейчас. Мусасимару уже едет сюда. Объявляйте Голицына. Будет ещё один ведущий.

Потом вкратце повторил второму ведущему.

Они сидели с остекленевшими глазами, но не дёргались. Внимали. Неодарённые — дар Повелевания полностью смял их волю.

— Они что, нас не видят? — спросила бледная Кристина.

— Мы в тенях, — объяснил я ей. — И, кстати, вам здесь долго находиться нельзя. Садись вот сюда.

Я показал ей на свободное кресло сбоку от японцев, предназначенное, видимо, для спортивного комментатора или ещё кого-то, кого в студии сейчас не было. А сам метнулся к генералу, который как-то подозрительно щурился. Мы в поверхностном слое, здесь нас сильный одарённый вполне может заметить.

— Конничива, Кендзи, — прошептал я ему на ухо, вкладывая в слова всю мощь Повелевания. — Не дёргайся, никто не обидит.

Он, похоже, и не собирался. Сразу дал отбой кому-то по телефону. Видимо, мы своим появлением такую тревогу вызвали, что главнокомандующего аж в прямом эфире дёрнули! А быстро они, не прошло и десяти минут!

Загорелась красная лампочка на камере Виктора. Через стекло аппаратной я увидел, как вышли из теней Аня с Ариэль, приставив кончики клинков к горлу двух самых важных на вид японцев. Аня что-то прокричала, но никто даже не подумал дёрнуться.

Так… а вот это нехорошо.

Каждый второй японец косился на боковую дверь аппаратной. Рубильник. Точно. Если охрана увидит, что в аппаратной творится, они могут и всё здание целиком обесточить!