Первый Артефактор семьи Шторм 3 (СИ) - Окунев Юрий - Страница 28

— Через минуту отправляемся, — сообщила экскурсовод.

Мы прошли дальше, взяли предпоследнюю машинку из загона для посетителей, и начали свою экскурсию по Храму. В этот раз я не торопился и не шёл к конкретному месту. Я изучал всё пространство, пытаясь «нащупать» то, что не давало мне покоя.

— Поймёшь, что приближаемся, дай знать, — попросил Кефира, который устроился рядом со мной на заднем сиденье. Подорожников сел спереди вместе с Черкасовым, который довольно рулил нашей малюткой.

Лис внимательно изучал местность, а его уши торчали торчком. По шерсти пробегали искорки, а глаза казалось светятся золотистым огнём. Он, как и я, чувствовал что-то необычное.

Но пока ничего странного мы не видели. Обычные люди, одарённые. Военные и гражданские. Электрические машинки и противоракетные комплексы на специальных платформах. Развалины Храма и свежие ларьки с мороженным и блинчиками.

— Сейчас здесь гораздо приятнее, — сказал Черкасов, а потом пояснил: — Когда я приезжал сюда в последний раз пять лет назад, мы ездили зимой, вместе с сослуживцами. Прощались с одним из наших. Тут некрополь недалеко для особо отличившихся. — Он указал куда-то вглубь Храма. — Жуткий холод, воздуха не хватает, внутри злость, вокруг бледные лица — не самая вдохновляющая сцена.

Действительно, сейчас вокруг светло, много улыбающихся лиц, пахнет кофе и сладкими булочками. Обратил внимание, что ни у кого нет проблем с дыханием, все гуляют так, словно мы на равнине, а не на высоте десяти километров.

Единственное, детей младше шестнадцати нет. Только взрослые или почти взрослые.

— Даже странно, что они все выбрались, а детей не взяли с собой.

— Детям здесь нечего делать, — неожиданно сурово сказал Максим. — Вы же тоже здесь не бывали до своего шестнадцатилетия, Сергей.

— Да? — удивился я. Покачал головой. — Всё-таки я многое забыл.

— Простите, а что с вами было? Вы так и не рассказывали, — чуть просяще спросил Максим, косясь на меня через плечо. Плечи Черкасова напряглись — видимо ему тоже стало интересно.

Кефир тоже оторвался от разглядывания окрестностей и посмотрел на меня. Что ж.

— У меня не было Дара. Поэтому я не был опасен для них.

— Для кого?

— Для всех. И для своей бабушки, и для… других. — Я уже почти не сомневался, что заинтересованных в смерти моих родителей и брата было несколько. И каждый преследовал свои цели. — Однако в процессе, хм, допроса, они что-то сломали. Светлана и Лиза пытались выяснить у меня, где инъектор…

— Лиза? Та самая Лиза? — Черкасов обернулся, чуть не сбив мирных пешеходов на обочине, за что нас обматерили.

— Надеюсь не Елизавета Васильевна? — беспокойно уточнил Подорожников.

— Нет, другая. — Антон резко махнул рукой, что машинка снова качнулась. — Лиза из команды Вороновой — это особый специалист. Она умеет добывать у людей даже ту информацию, которую они думали, что не знают. И быстро.

— Со мной «работали» две недели и ничего не узнали. Видимо я действительно был не в курсе.

Черкасов остановил машинку у ближайшего ларька, взял кофе и, не отходя от кассы, выпил в несколько глотков. Затем заказал ещё и только после этого вернулся за руль.

— Я видел один раз как она работает. Опытный бандит, средний одарённый, бывший военный — отличная комбинация. Он кричал и просился к маме уже спустя два часа общения с Лизой.

— А я не звал маму. Видимо потому, что её больше нет, — чёрно пошутил я, на что получил укоризненный взгляд от Кефира. Кто бы говорил.

— Я не понимаю, в чём суть её Дара, — продолжил Черкасов, — но она творила с пленными невероятные вещи. Правда, никто не знает, кто она на самом деле. Пришла, сделала дело, ушла.

— С того дня, когда я снова пришёл в себя, уже с частичной амнезией, её больше не видел. Даже, когда мы приезжали в поместье Вороновой.

— Скажу прямо, Сергей Иванович, тебе повезло: большинство после общения с ней либо ломаются навсегда, превращаясь в слюнявых идиотов, либо дохнут в муках.

Я лишь усмехнулся. Кефариан внимательно посмотрел на меня, а затем тронул лапой колено. Он кивнул в сторону, и я проследил за его взглядом.

Перед нами открылась достаточно большая площадь, на которой столпилось множество людей. Играла живая музыка с небольшой сцены в углу, по периметру стояли палатки и ларьки с вкусностями. Кто-то танцевал, кто-то ел небольшие шашлычки, запивая из картонных стаканов.

Живот предательски заурчал, так что я скомандовал команду «стоп», и мы отправились на разведку.

Выдав Максиму денег, я пошёл искать столик, где бы присесть. Сидячих мест не осталось, были только стоячие у круглых высоких столов. На некоторых остались крошки, и наглые голуби пытались клевать их, пока не сгонят следующие постояльцы.

Наконец удалось занять место, опередив компанию молодёжи и отбив у парочки голубей. Антон внимательно проследил за молодыми людьми, ожидая любого подвоха, но в этот раз это оказались обычные люди, а не скрывающиеся демоны, готовые атаковать.

Подорожников притащил длинную тарелку из плотной фольги, на которой уложили в два слоя деревянные шпажки с шашлычками. Здесь были небольшие кусочки курицы, свинины и говядины. Отдельно поставил тарелку с картошкой в мундире и миску соуса с чесноком и зеленью.

Несколько минут за столом висела чудная, насыщенная удовольствием от еды, тишина.

Утолив голод, стал осматривать толпу и заметил то, что не бросилось в глаза в начале. Помимо ларьков с едой и сцены с музыкантами на площади расположился массивный, пусть и невысокий фонтан. Струйка воды вырывалась из верхней его части на высоту примерно в метр, затем падала обратно и стекала по каменному шару.

Шар держала в руках юная девушка, подняв его над своей головой. Благодаря этому часть воды стекала по её рукам, попадала на тонкое летнее платье, словно бы раздевая девушку, обнажая её перед алчной публикой.

Люди постоянно косились на статую, на текущую воду, но основной интерес для них представляла, как ни странно, ни статуя, а небольшие камни перед девушкой.

На краю бассейна находилась конструкция, сложенная из плоских речных булыжников, образуя башенку высотой сантиметров пятьдесят. И именно к этой башенке стояла целая очередь из людей, в основном одарённых.

Хотя вот сейчас подошёл парень лет семнадцати, обычный, без Дара, коснулся верхнего камня, затем третьего снизу. Прикрыл глаза и дёрнул. Казалось, что сейчас раздастся грохот и все камни упадут, но не тут-то было: конструкция, словно забетонированная, осталась на месте, проигнорировав старания пацана.

Повесив голову, он отошёл, где его встретили парни постарше и стали шутить, подбадривать и по-доброму стучать по спине.

Следующей подошла девушка чуть старше, с даром воды, судя по тому, как к ней потянулась струйка фонтана. Она тоже выбрала верхний камень, но вторым коснулась пятого сверху. Дёрнула в разные стороны. Раздался лёгкий скрип, да и всё, однако толпа вокруг зааплодировала.

— Что здесь происходит? — указал я на фонтан.

— Фонтан желаний, — ответил Максим. — Говорят, если удастся сдвинуть камни в пирамидке, можно загадать любое желание и оно исполнится.

— Судя по всему для этого нужен Дар, — хмыкнул я.

— Да, чаще всего. Причём сильный, — вздохнул Подорожников. — Я лишь слегка смог пошевелить камни, а отец сказал, что это в три раза лучше, чем его результат.

— А откуда этот фонтан взялся?

— Наследие одной из девяти — богини жизни. Это её часть Храма, — он обвёл руками площадь. — Я когда в первый раз приехал в Храм сразу пошёл сюда. А вы — на территорию бога воздуха. Нас тянет к таким местам, пусть богов давно нет.

Ну-ну.

— А что, только разве одарённые с атрибутом жизни могут здесь чего-то достичь? — Я не стал говорить про девочку с водой, которая только что ушла.

— Попробовать может каждый. Результат зависит только от силы Дара. Это единственное, что мы поняли, — пожав плечами пояснил Максим.

Я поднялся и встал в очередь под удивлённые взгляды Черкасова и Подорожникова. Зато Кефир довольно уселся мне в ноги, облизываясь после нескольких кусков мяса, которые я «случайно» уронил под стол.