Любимый плут - Джеймс Дина - Страница 27

– О да, она непременно стала бы, – поспешила заверить его Мария, – но у нее есть дела, которыми она не может пренебречь. Она была так добра, что дала мне отпуск и обещала предоставить прежнюю работу, как только отыщется моя сестра. – Она села на предложенный стул. – Сегодня мы пришли сюда узнать – вы нашли какие-нибудь следы?

Хотелось бы Ревиллу сказать ей что-то обнадеживающее. В действительности он не узнал ни единого слова об этом деле из обычных источников информации полиции, и это делало ситуацию еще мрачнее. Оставалась надежда, что кое-какая информация все же проскользнула, но она пока не дошла до его кабинета.

Он надеялся, что последнее окажется правдой. В таком случае Мелисса Торн могла оказаться в борделе, находящемся под покровительством влиятельных людей. Его губы под светлыми пышными усами досадливо поджались. Подобные мысли давали дурной привкус во рту. Медленно, с глубоким сожалением, он отрицательно покачал головой.

Мария Торн поникла на стуле. Множество эмоций отразилось на ее лице – боль, гнев, страх, отчаяние. Подавив всхлип, она вынула из сумочки носовой платок.

– Мисс Торн, – Ревилл мысленно проклял себя. Он ничего не мог предложить ей, кроме молчаливого сочувствия – и Джоко Уолтона, неисправимого вора. К удивлению Ревилла, его подневольный наемник наградил его возмущенным взглядом.

– Ничего, Рия. Не отчаивайся.

Мария сглотнула и перестала всхлипывать. Когда она подняла голову, то выглядела уже спокойной, если не считать нездоровый блеск глаз и яркие пятна на скулах.

– Я не отчаиваюсь.

– Отделение… – Ревилл запнулся. В отделении было сделано все, что положено. Мелисса Торн пропала. Они предприняли обычные меры по ее поиску, но она была никем, просто девушкой, живущей своим трудом, не имеющей даже отца, который мог бы предъявить протест по поводу ее исчезновения. Кажется, его лицо выдало ее мысли.

Мария пристально взглянула на него, ее карие глаза сузились. Пальцы ее руки, опирающейся на ручку зонтика, побелели.

– Я найду свою сестру, инспектор Ревилл. Она для меня – самый дорогой человек на свете. По-моему, вы сами уже догадываетесь, что злые – очень злые люди – похитили ее и спрятали где-то здесь, в городе… – ее голос сорвался. – Они оскорбляют, тиранят ее.

Ревилл поморщился. Он встал и вышел из-за стола с намерением положить руку ей на плечо, чтобы утешить хоть чуть-чуть.

Джоко пресек его намерения:

– Я позабочусь о ней, – решительно сказал вор. – Идем, Рия. Нам нужно еще многое разузнать.

Ревилл в упор уставился на Джоко.

– Мисс Торн, я очень советую вам не предпринимать никаких самостоятельных действий и не бродить одной по городу.

– Спасибо вам за потраченное время, – она встала.

– Мистер Уолтон, надеюсь, вы понимаете все опасности улицы, – Ревилл с оттенком иронии выделил некоторые слова, чтобы тому стало яснее. – Для мисс Торн будет безопаснее находиться дома или в обществе миссис Эйвори Шайрс. Все остальное – дело полиции. Предоставьте его нам.

Мария внезапно вспылила:

– Если бы вы действительно делали свое дело, сэр, никто из нас не пришел бы сюда.

Сказав это, она направилась к двери. Джоко бросил на Ревилла загадочный взгляд, и дверь за ними закрылась.

– Неплохой парень, – заметил Джоко, почувствовав неловкую паузу в разговоре.

– Он полицейский чиновник, – огрызнулась Мария. Она спешила по улице, шурша юбками. – Миссис Шайрс все время с такими, как он, пререкается. Я прочитала десятки писем от них и напечатала десятки ответов.

– В одном он прав, – продолжил Джоко. – Знаешь, для тебя это опасно.

Мария резко, чуть не споткнувшись, остановилась. Сжав обеими руками зонтик, она выставила его перед собой, словно преграду.

– Ты хочешь это бросить?

– Я? Нет, – энергично заморгал он. – Конечно, нет, Рия. Я только подумал… только… хотел обратить твое внимание. Старина Ревилл не слишком-то надеется.

Мария Мария уставилась в глаза Джоко. Ее спину и плечи заломило от усилия сдержаться.

Джоко наклонил голову набок и ласково улыбнулся.

– Ах, Рия, не беспокойся насчет меня. Я готов действовать.

Его слова затронули скрытую струнку в глубине души Марии. Неведомые ранее чувства охватили ее. Ей хотелось плакать, смеяться… и любить его. Ей хотелось любить его. Ей хотелось кинуться к нему на шею прямо на улице, но она удовольствовалась тем, что только подошла поближе.

Глаза Джоко расширились. Мария встала на цыпочки и положила одну из одетых в перчатки рук ему на шею. Его недоверчивый смешок был погашен ее поцелуем. Она прижалась губами к его щеке на несколько секунд дольше, чем это требовало выражение благодарности. Джоко оцепенел так, словно его сердце перестало биться. По спине Марии пробежал озноб, но не от пронизывающего ветра.

Она отпустила его:

– С чего мы начнем?

С лицом мрачнее грозовой тучи Ревилл расхаживал по кабинету.

– Немедленно найдите мне Доджера, – отрывисто приказал он. – У меня есть срочное сообщение для нашего мистера Уолтона. Кроме того, я хочу, чтобы этот приказ был отправлен всем патрульным наблюдателям.

Он швырнул на стол клочок бумаги. Прочитав его, констебль Уилки вопросительно поднял взгляд.

– След холодный, сэр, – высказал он свое мнение. – Жаль ее, конечно, но…

– Выполняйте, констебль, – Ревилл накинул пальто и зашагал в холл.

Уилки проводил его мрачно-задумчивым взглядом. Затем он написал две записки. Первая предназначалась офицеру района Чаринг-Кросс, вторую он запечатал в конверт и написал на нем адрес.

Надев пальто и шляпу, он проследовал в комнату дежурного полицейского отряда, где задержался, чтобы включить послание Ревилла в список нарядов. Затем он вышел на улицу, чтобы отнести вторую записку на почту.

– Эта женщина выглядит, как… – Мария почувствовала приливающую к щекам кровь, – …проститутка.

Под черным шелковым зонтиком на голове женщины громоздилась грязно-розовая бархатная шляпа величиной почти что с зонт. По ее полям кольцом располагались бархатные розы, а черные атласные ленты, завязанные под подбородком, удерживали шляпу на голове. Сквозь черное кружево вуали, спускавшейся на лицо, были видны светлые с платиновым оттенком волосы ее обладательницы. Примечательная шляпа слегка кивнула Джоко, ярко накрашенные губы разъехались в улыбке. Мария почувствовала приступ необъяснимого гнева. Она попыталась заставить Джоко ускорить шаг, когда новенькое, с желтыми колесами, ландо свернуло по направлению к ним.

– Она ведет себя так, будто вы знакомы.

– Это Пронси, моя знакомая. Ты права, она и есть проститутка. Подожди меня здесь.

– Джоко! – запротестовала Мария, но тот успокаивающе похлопал ее по руке и шагнул на обочину.

Экипаж остановился. Джоко обменялся с женщиной несколькими фразами. Затем он отступил на шаг, приподнял котелок, и ландо укатило.

– Ты разговаривал с ней! – Мария быстро огляделась вокруг. Окружающие, явно не озабоченные этим, продолжали шагать по своим делам.

– Мы пытаемся найти твою сестру, – напомнил ей Джоко, водружая шляпу на место и предлагая ей руку, словно они возобновляли прерванную прогулку.

– Но ведь именно от проституток мы и хотим забрать Мелиссу, – сердито напомнила ему Мария.

– Ты права. А они лучше любых легавых и министров знают, где она может быть, – он улыбнулся ей. – Подумай об этом, Рия, любовь моя.

Его аргумент был убедительным, но нисколько не помог ей подавить шок и негодование.

– Как она смеет так нагло разъезжать по улицам в роскошном экипаже?

– Потому что она добывает много денег, – сообщил ей Джоко. – Она может позволить себе иметь лошадь и экипаж. Кроме того, ей нравится выставлять напоказ свою одежду, купленную в лучших магазинах города. Поверь мне, по улицам в экипажах разъезжают самые дрянные людишки.

– Много денег?! – возмущение Марии росло с каждым его откровением.