Любимый плут - Джеймс Дина - Страница 28

Усмешка Джоко расползлась до самых ушей.

– Большинство этих девиц, разъезжающих на породистых лошадях, зарабатывают за ночь больше, чем ты за месяц. И трудятся они за эти деньги не больше часа.

– Пусть подавятся такими деньгами! – фыркнула Мария. Нахмурившись, она пошла дальше, но вдруг остановилась. Ее взгляд стал жестким от подозрений. – Если Мелисса – пленница в одном из этих домов, то зачем им сообщать это нам?

– Ты все еще не доверяешь мне, Рия? Она покачала головой:

– Я доверяю тебе, Джоко. Я всей душой доверяю тебе. Просто… – она замялась. – Может быть, ты ошибаешься? Может быть, ты не подумал об этом?

– Рия, Рия, – ласково рассмеялся он. – Девочки, которые уже утвердились, такие, как Пронси, не хотят соперничества. Новые девочки – всегда соперницы. Особенно такие, как твоя сестра – молоденькие, воспитанные, с хорошей речью. Светские повесы не желают иметь дело с сельскими девицами. Половина лондонцев не могут даже понять, что они говорят.

Глаза Марии широко раскрылись, а Джоко продолжал:

– Пронси сумела ухватиться за возможность, как и все из них, которые поприличнее.

– Поприличнее?! Уолтон, ты назвал ее приличной?!

– В каком-то смысле. Она хорошая девушка, и не намного старше тебя, – он сжал руку Марии. – У нее есть свои мечты и надежды, как у любой девушки.

– На что она надеется? – притихшим голосом спросила Мария.

– Она надеется, что ее содержатель устанет каждую ночь мотаться в Сохо и возьмет ее к себе, в дом на Сент-Джонс Вуд.

– На Сент-Джонс Вуд! – воскликнула Мария. Джоко кивнул.

– Он овдовел. И, естественно, Пронси не хочет, чтобы он начал вынюхивать кого-нибудь помоложе и посвежее ее. Она будет счастлива помочь тебе вернуть сестру.

– Понятно.

– Но у мадам де Вере сейчас нет новых девочек.

Лицо Марии помрачнело. Они молча пошли дальше. Когда они дошли до следующего квартала, на крыльцо дома вышла щегольски одетая молодая женщина. Когда она приподняла желтую шелковую прогулочную юбку, Мария заметила, что на ее чулке у лодыжки сверкнул зелено-синий павлиний глаз.

– Подожди здесь.

Джоко понесся по улице, чтобы перехватить это роскошное создание прежде, чем оно сядет в экипаж. Из экипажа вышел мужчина и недобро уставился на него. Молодая женщина сладко улыбнулась им обоим. Состоялся минутный разговор, затем она отрицательно покачала головой. Джоко приподнял шляпу и усмехнулся мужчине, который воззрился на него еще суровее.

Он проводил их взглядом, а затем вернулся к Марии.

– В «Пудли» ее нет.

Мария стрельнула в него прищуренным взглядом:

– Сколько же у тебя знакомых проституток?

Ее слова были острее ножа, но Джоко не отвел глаз, предлагая ей руку для продолжения прогулки. Разница их общественного положения была до боли очевидной. Утонченность ее происхождения, ее высоких идеалов навеки отделяла ее от него.

«Пользуйся преимуществом, старина, пока оно у тебя есть, – советовал сам себе Джоко. – Когда она найдет свою сестру, то даже не признает тебя на улице».

Лорд Теренс Монтегю скомкал газету в шар и швырнул в камин. Его толстые щеки побагровели, пальцы забарабанили по ручке кресла.

Эта сука!

Впервые он почувствовал легкую дрожь беспокойства. Хотя Мария Торн пока не сделала ничего слишком существенного, чтобы стать «колючкой в боку», ее настойчивость начинала досаждать.

Нужно было отбить у нее охоту действовать, отослать ее обратно туда, откуда она появилась. Ей он не собирался вредить, но какому-то уголовнику, с которым она связалась – совсем другое дело. Видимо, эта женщина понятия не имела, что тот может оказаться опасным для нее. Возможно, ему удастся войти к ней в доверие, если он обезвредит этого вора, пока тот не причинил ей вреда.

Лорд Монтегю взглянул на часы. Он еще успеет подготовить указания до встречи со своим агентом.

– Леди и джентльмен, не подадите ли пенни?

Мария и Джоко заглянули за прутья железной ограды. На ступеньках, ведущих в подвал, сидела Герцогиня. По крайней мере, этот аристократический голос был похож на голос Герцогини. Растрепанные черные волосы, тронутые сединой, свисали по бокам лица этой фигуры, полностью скрытой под огромной грязной накидкой.

– Пенни – такая мелочь, что мне жалко времени на его вытаскивание, – с усмешкой продекламировал Джоко.

Фигура вскинула голову. Из-под спутанных локонов сверкнули темные глаза, а губы расплылись в широкой ухмылке. Женщина выглядела ведьмой или старой каргой.

– Вы двое слишком привлекаете внимание.

– Это точно. – Пан, сидевшая на корточках у ног Герцогини, походила на груду старого тряпья. Но когда ее нежное личико повернулось к ним, оно было подобно цветку на куче мусора.

– Тсс, Панси, – рука Герцогини высунулась из-под накидки и похлопала ее по чумазой щечке. Малышка послушно отвернулась.

Джоко ухватился за прутья в верхней части решетки. Он медленно оглядел улицу в обоих направлениях.

– Что скажешь?

– Дама с дружком приглядывают за птичкой, – Герцогиня наклонила голову, так, что шляпа полностью скрыла ее лицо.

– Черт!

– Более того, вы оба сейчас в опасности.

– В опасности! – челюсти Марии сжались. Она взглянула на Джоко, чтобы тот успокоил ее.

Он пожал плечами:

– А чего еще ты ожидала? Считается, что девушки вроде твоей сестры исчезают тихо и незаметно. Считается, что никто не будет разыскивать их. Считается, что падшие они никому не нужны.

– Но это же чудовищно, – запротестовала Мария. – Этого не может быть. Это выглядит как ужасный сговор всего общества.

Сдержанное хмыканье донеслось из кучи тряпья.

– Ты говорил, что она зеленая.

– Зеленая как трава. Настоящая дуреха, – Джоко подмигнул Марии. – Но она будет заниматься этим. Есть что-то особенное, чего нам нужно остерегаться?

Мария почувствовала, что ее щеки загорелись.

– Ходят слухи о Джеке Ронси.

Джоко взглянул сверху вниз на макушку Герцогини:

– Но это значит, что ее сестра у леди Гермионы.

– Что? Где? – Мария вцепилась в прутья решетки.

– Или в дюжине других домов, – напомнила ему Герцогиня. – Джек работает на целую улицу. И Тилли тоже тебя разыскивает.

Мария задрожала каждой жилочкой:

– Кто в опасности – Джоко или я?

– Ох, Джоко всегда в опасности, – в голосе Герцогини прозвучал насмешливый намек.

– Всегда, – эхом отозвалась Панси. Она вскинула голову и сияющими глазами взглянула на Джоко. – Но он ничего не боится, правда, Джоко?

Джоко послал ей воздушный поцелуй, затем повернулся и прислонился к решетке. Надвинув котелок на лоб под самым лихим углом, он сказал:

– Тилли, надо думать, хромает на каждом шагу.

– Я не хочу вреда никому, – покачала головой Мария. – Ведь Мелисса – моя сестра…

– И еще… – прервала ее Герцогиня. Оба замолчали, ожидая ее слов.

– Двое легавых расспрашивали о тебе. Для шпионов они вели себя туповато.

– Что? Я ничего не понимаю, – встряхнула головой Мария.

Джоко выпрямился и подвинул котелок назад.

– Легавые! Этот Ревилл…

– Не инспектор Ревилл, – возразила Мария. – Он не мог…

– Черта с два он не мог, – на щеках Джоко проступили красные пятна. Он стукнул кулаком в ладонь. – Проклятый легавый.

– Успокойся, Джоко, – посоветовала ему Герцогиня.

Побледнев, Мария схватила его за руку. Он хмуро взглянул на нее, словно она была надоедливой мухой. Затем он поднял голову и уставился на окна ближайшего дома. Его дыхание замедлилось, краска стала сходить со щек. Он вздернул подбородок.

– Мы решили помочь вам, – тихо сказала Герцогиня.

Мария перевела взгляд с Джоко на подвальную лестницу.

– Вы уверены, что так нужно? Я умоляла вас об этом, но теперь сомневаюсь. Дети…

– Мы так захотели, – раздался взволнованный голосок Пан. – Мы все голосовали, даже я. Мы найдем ее.

В этом писклявом голоске так явственно звучала гордость, что сердце Марии едва не остановилось. Она закрыла глаза и глубоко вдохнула, восстанавливая самообладание. Когда она открыла их, день ей показался светлее.