Изобретая несчастье - НеГанди Индира - Страница 9

И мне стало грустно. Неужто вся жизнь так и пройдёт? Без детей, без путешествий, без большой квартиры? Без большой любви? И хотя бы без маленьких страстей?

Наша однокомнатная квартира мне стала морально тесна. И я уже второй год прошу Максима взять ипотеку на двухкомнатную квартиру. Чуть ближе к центру. Ну ладно. Чуть подальше от МКАДа в сторону центра – так, наверное, правильнее будет территориально обозначиться. Но что делает мой муж? Правильно. Ничего. Он всё также меня «безумно» любит, «понимает и поддерживает», но на этом всё.

То ли кризис среднего возраста, то ли весенний авитаминоз (уже апрель, но тепло мы наблюдаем только в наших мечтах), то ли просто мне так захотелось, но я знатно стала придираться к Максиму.

А он просто взял да и сказал. Спокойно, без крика, без единого упрёка.

– Карина, не глумись надо мной и над собой. Если наш брак утратил для тебя ценность, то скажи прямо. А эти придирки про серую жизнь у кухонной плиты (будь честна, ты-то готовишь раз в неделю, дай Бог) слишком поэтичны и неправдоподобны.

– То есть ты готов просто вот так и уйти, Максим? Что-то я такого быстрого толчка под зад не ожидала от него. Мой рот приоткрылся, но слова застряли где-то в горле.

– Если бы ты просто ныла на несправедливую жизнь, я бы с удовольствием тебя выслушал. Может, местами и «поднывал» бы тебе в унисон. Но то, что ты говоришь, это же не про нытьё. Это про утрату ценности нашего брака в твоих глазах.

Сухая констатация фактов. Да, в честности ему не откажешь. Он всегда таким был. Никаких обвинений, претензий и грязных проклятий. Но, чёрт бы меня побрал! И это сейчас меня в нём раздражает до белого каления!

– Значит, всё? – была ли в моём голосе мольба о помощи, не могу с уверенностью сказать.

Но где-то в глубине души мне хотелось, чтобы меня остановили. Где-то в глубине души я подозревала, что качусь в бездну последствий совершаемых мной глупых и необъяснимых мне ошибок.

Скажи он мне, что мне нужно время, чтобы осмыслить мои поступки и вообще моё состояние (да, Максим не святой, но мог бы пойти навстречу мне и сделать благое дело!), – я бы последовала его совету. Но то, что он мне сказал, прозвучало как пощёчина. Как удар в спину ножом. А точнее – отрезвляющий плевок в лицо. Не знаю, насколько это точнее, эмоций было много и разных.

– «Всё» случилось пару месяцев назад, когда ты решила мне изменить со «Стеллой», который «хочет тебя каждую секунду». Спасибо за проявленное доверие ко мне, но всё же, надо быть аккуратнее и скрывать хотя бы тексты приходящих сообщений. Особенно если твой любовник укладывает одно предложение в пять сообщений. Бесконечно трындящий телефон невольно привлекает внимание.

!?&@&!!! Ну кааааак?! Каааак??! Что?! То есть он меня бросает?! Значит что? Теперь он меня не так сильно бесит. Наконец-то он сделал что-то неидеальное. И это вызывало странное, почти истерическое чувство облегчения.

– Может…?

Мой голос оборвался, повиснув в воздухе, полный неопределённости, надежды и страха. Что я хотела с этим «может»? Может, попробуем сначала? Может, сделаем вид, что я тебе не изменяла? Может, забудем эту ужасную главу? Может, оставим всё как есть, просто вернёмся к той тихой, скучной жизни, которую я так недавно презирала?

– Не может, Карина, – Максим покачал головой, опустив её, словно не в силах смотреть мне в глаза. Его плечи чуть ссутулились.

В его голосе не было злобы, не было даже острого разочарования. В его голосе была лишь бесконечная, глухая тоска. Но тоска не по мне. Тоска по утраченным, по идеализированным человеческим отношениям. Уверена, ему больно не от того, что я предала его как мужчину. Ему больно от того, что я не ценила, не берегла то хрупкое и ценное, что мы строили годами. Его боль была болью обманутого доверия, растоптанной веры.

Ну что. Всё как я и хотела. За меня сделали выбор. То, чего я так панически боюсь – сделать решающий шаг. Вот за меня и сделали. И теперь я отчётливо, до боли, понимаю, насколько это неприятно, когда за тебя принимают решения, которые меняют твою жизнь, выворачивают её наизнанку, не спрашивая твоего согласия.

– Мы со Степаном уже не вместе, – я произнесла это быстро, словно выплёвывая горькую пилюлю, пытаясь хоть этим за что-то зацепиться.

– Знаю. – его голос был едва слышен.

– Откуда? – мой вопрос прозвучал глупо, почти наивно.

– Я вашим отношениям и так давал не более двух недель, – он пожал плечами, его взгляд скользнул мимо меня, в никуда, а затем он отошёл к чайнику, чтобы поставить его. Этот обыденный жест, в обстановке рушащейся жизни, казался особенно сюрреалистичным.

– А чего ты ждал? – Я чувствовала, как с каждой секундой проваливаюсь всё глубже.

– Не знаю, – он снова пожал плечами, как будто эта тема была для него не более чем статистическим фактом. – Прямого и открытого разговора. От тебя. За семь лет брака, Карина, я думал, что хоть это я заслужил.

– Ты не только это заслужил, Максим, – я рухнула на стул, ощущая, как горячие слёзы жгут глаза, но изо всех сил пыталась сдержать их. Теперь мне казалось, что я не имею права даже на слёзы.

– Не надо, Карина, – его голос стал чуть твёрже, отстранённее, словно он говорил не со мной, а с какой-то абстрактной несправедливостью. – Мы все получаем в итоге то, что заслуживаем.

– А как же любовь? Ты же говорил…

Да, у меня хватило наглости спросить, куда делась его любовь. Я цеплялась за прошлое, как утопающий за соломинку.

Он лишь грустно улыбнулся, заливая кипяток в чайник, и посмотрел, как струйка пара поднимается вверх.

– Не знаю, Карина. Не проследил, куда она улетучилась. Просто… испарилась.

Я почувствовала себя старухой из сказки о золотой рыбке. Где-то прямо передо мной, посреди моей когда-то уютной, но теперь опустевшей жизни, должно было лежать разбитое корыто. И это корыто было не просто треснувшим, оно было разнесено в щепки. И виновата в этом была только я.

Глава 9: Свободное Падение

Спасибо Максиму, он предложил мне помощь: снять квартиру. Квартира, на которую я ворчала, была его. Естественно, я не претендовала на её делёж. И на съём жилья на полгода денег он мне тоже выделил. Хе-хе. Вот он такой хороший, а я мерзопакостная неблагодарная дрянь. Кем ещё я могу себя чувствовать?

Ну вот, и пришёл ответ на моё «работать или не работать, вот в чём вопрос?». Мне надо работать и начать саму себя обеспечивать. Печально, серо и уныло. Зато определённо. Видимо, даже плохая стабильность для людей лучше, чем мало-мальская неопределённость. Да что это я заговорила о людях. Мне бы в себе разобраться.

Мои «удачницы» были больше возмущены не моей изменой, а тем, что я скрыла этот факт от них. Обидно, что никто из них не сказал: «Я от тебя не ожидала!».

Зато вот эту фразу, пропущенную мной мимо ушей, я точно услышала от Кристины:

– Максиму бы я не изменяла, – задумчиво, с прищуром косясь куда-то вбок, произнесла она.

– Ты бы у меня хоть спросила, подруга, – ляпнула мне в лицо голую правду Тоня, словно выплеснула стакан ледяной воды. – Степан у меня уже третий год на курсах. Притом разных. И каждый раз у него новый «обидчик», и каждый раз у него новая «спасительница».

Со Степаном пару месяцев назад я познакомилась на интенсиве про «познание глубин души» и чего там ещё. Естественно, курсы вела Тоня, в закрытом клубе, где собрались «избранные». Ибо курс стоил сто сорок тысяч рублей (для меня, естественно, бесплатно). Степан, со своей гладкой причёской и идеально сидящим серым костюмом, сразу привлёк моё внимание. Ну и переспали мы в этот же день, после тренинга. Познали глубины души, так сказать. Встречались мы две недели. И никто никого не бросал. Просто. Познавать дальше больше нечего было. Он был таким же, как я – на поверхности, без бездн.

– А чего это ты молчала? – Ася, которую мы уже с трудом узнавали, впилась в меня своими ярко-зелеными глазами. – Вон, Кристина про несостоявшийся секс не постеснялась рассказать. А ты промолчала про тот, который случился. Хе-хе. Или он был хуже несостоявшегося?