"Фантастика 2026-46". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 1130

Дым достиг берега, накрыв солдат. Ирландцы никогда в этом не признаются… да и не в чем признаваться, по большому счёту. Посвящённых всего двое, включая самого попаданца, остальные работали втёмную.

Эпоха боевых отравляющих веществ началась.

Британцы, надышавшиеся фосгена и иприта, в большинстве своём выжили, но получили тяжёлые отравления – вплоть до инвалидности, но последнее прояснится много позже… График высадки на берег сорван, а освоение прииска пошло самыми черепашьими темпами.

Солдаты и матросы попросту боялись… а ну как чёртовы ирлашки ещё какую-то гадость позабыли?! В преднамеренность действий мало кто верил: с отравляющими газами человечество до сегодняшнего момента ещё не сталкивалось, да и всем ведь известно – ирландцы тупые! Они только с виду похожи на людей, а так ничуть не лучше негров, индейцев и прочих человекообразных обезьян!

Сошлись в итоге на том, что при пожаре сгорела какая-то гадость и точка! Горожане, которые среди британских военных в большинстве, не раз сталкивались с пожарами и прекрасно знали, каким ядовитым может быть дым, особенно если горит химическое производство.

Офицеры из тех, кто получил образование и не поддался общественному мнению с лозунгом ирлашки тупые, что-то подозревали. Но озвучивать свои подозрения не стали. Рядовой и сержантский состав и без того с опаской лез в подозрительные места, а скажи им, что ирландцы могли специально оставить нехорошие сюрпризы, так их и палкой работать не заставишь!

– Операция не задалась, – размеренно надираясь ромом, размышлял в своей каюте командующий эскадрой, вице-адмирал Инглфилд, Эдуард Август, – сложнейший для мореплавателей район, мины… откуда они только берутся? Каждый день наблюдаем новые, будто ирландцы заново их ставят, чего конечно же не может быть. Или будто…

– Точно, – взревел он, стукнув кулаком по столу, – течения! Они здесь не меньше года пробыли, наверняка ведь карту течений составили, хотя бы и приблизительную. Это ж сколько их может плавать…

Адмирал протрезвел на глазах, получившаяся картина мира выглядела страшно, да и как можно не бояться подготовленной ловушки?

– Вон, – рыкнул на поскребшегося в дверь вестового, встревоженного шумом и встав, налил себе полный стакан трясущимися руками, – и ведь один к одному всё складывалось – уничтожение прииска, лаборатория эта чёртова… неужто подготовили пакость это богомерзкую!?

Инглфилда пробрал озноб, в отличии от простонародья, ирландцев он не любил, но недооценивать противника не спешил. Пусть они и низшая раса, но ненависть к англичанами и фактическая невозможность нормальной войны могла подвигнуть их на… изобретения.

Надышавшись ядовитого дыма, погибло не так много моряков, солдат и морских пехотинцев, но кашляет, задыхаясь от простейшей работы, едва не половина. Напади сейчас французский флот, так с половинным составом много не повоюешь.

– Мать их… – грязно заругался адмирал, – если уж минную ловушку хватило времени и ума подготовить, неужто не шепнули французикам о наших трудностях?

Глянув на полупустую бутылку, Инглфилд до боли сжал зубы и выкинул её в иллюминатор. Вспышка гнева отняла у него силы, но адмирал немного успокоился.

– Что мне остаётся? Готовиться к неприятностям. Покинуть Берег Скелетов не могу, в Адмиралтействе меня живьём сожрут. А так может и отобьюсь, нынешний Наполеон далеко не гений, предпочитает не столько умных, сколько верных да храбрых.

– Для начала… пострадавших матросов на берег, всё равно на кораблях толку от них мало, сил как у чахоточных на грани смерти. Грузовые суда поделятся экипажем с военными. Контингент там, конечно, сильно похуже, но деваться некуда.

Посидев немного, Инглфилд взял перо и бумагу, принявшись за наброски. Время не ждёт!

– Скажем спасибо нашим ирландским друзьям, – с улыбкой сказал контр-адмирал Теофиль Об, расстилая на столе карту с пометками, – на Берегу Скелетов они занимались не только добычей алмазов, но также исследовали побережье. – Хорошо, когда есть такие друзья, помнящие о кельтском единстве и Старшем Брате в лице галльской Франции, – несколько напыщенно произнёс молодой Гийом Лефевр.

Выдающимися талантами капитан-лейтенант не обладал, но их отсутствие компенсировалось бездетным дядюшкой, занимавшим немалый пост в правительстве Наполеона. Племянник вполне это осознавал, и такие вот политически правильные речи частенько звучали в кают-компании.

Гийом особо и не скрывал, что после нынешней экспедиции дядюшка будет продвигать его в Национальное Собрание, так что слова его воспринимались как тренировочные. Речи, уместные с высокой трибуны и на страницах газетах, в кают-компании слышатся несколько иначе.

– Всё верно, – поддержал адмирал будущего политика, – карты сии доставили нам с немалым риском для жизни, так что нынешняя политика Франции по отношению к Младшим Братьям вполне их устраивает.

– Скорее их устраивает, что мы воюем с англичанами, – негромко пробурчал кто-то из капитанов.

– Зная ирландцев могу сказать, что в войне против англичан они пошли бы на союз с кем угодно – хоть с Дьяволом, хоть с китайским императором! – Добавил другой офицер.

Строгий взгляд адмирала прекратил неуместные рассуждения, и моряки склонились к столу, разглядывая карту.

– Интересные возможно открываются, – продолжил Об, – англичане, как можно догадаться, не обладают столь полной информацией, так что наша стратегия будет строиться на использовании естественных препятствий.

– Какая восхитительная задача! – Выдохнул штатный географ эскадры, глядя на карту влюблённым взглядом. Немолодой уже Луи Бетанкур выглядел немного смешно, но смеяться никто не стал – моряки понимали, что этой битве суждено войти в историю.

Назвать её Великой нельзя будет даже с натяжкой, масштаб не тот. Но что сражение будет интересным и позже войдёт в учебники по морскому делу, сомнений ни у кого не возникло.

– Наши ирландские друзья предупредили, что прибрежные воды в районе предполагаемого боя буквально нашпигованы минами, – внёс важно дополнение командующий, – пугаться или радоваться не стоит, мин очень много, но в большинстве своём они слабенькие, серьёзных повреждений военному кораблю не нанесут.

Новая вводная озадачила офицеров, но энтузиазм их не погас.

Французская эскадра подошла незамеченной непозволительно близко и сквозь разгоняемый ветром туман можно было не только пересчитать вражеские суда, но и различить названия на некоторых из них.

Инглфилд поприветствовал гостей орудийным залпом, не теряя время на расшаркивания. Холостые выстрелы прогрели пушечные стволы, и почти тут же началась пристрелка.

Право на первый выстрел не сослужило англичанам доброй службы, снаряды без толку пропали в солёной воде. Французы, в нарушение неписанных правил ведения боя, не стали выстраиваться в боевой порядок, предпочтя подстраиваться под особенности местности.

Как некогда Ушаков нарушил линию[1523] и разгромил турецкий флот, так и французский адмирал решительно вырубал своё имя в военно-морских анналах[1524].

Инглфилд ничуть не глупее французского адмирала, но особенности британского флота таковы, что действовать положено строго по уставу. Победитель, нарушивший устав, попадает под суд и очень нечасто получает оправдательный приговор. Нарушать устав британец не рискнул.

Странно на первый взгляд, но У короля много. Средний английский моряк заметно хуже среднего же французского или, к примеру, шведского. Островное государство, опирающееся прежде всего на флот, вынужденно принимать на службу не только ярко выраженные таланты, но и посредственности.

Бывает так, что посредственности мнят себя талантами… и не так уж редко. Вот и включили Лорды Адмиралтейства своеобразную защиту от дурака в устав. Пусть не будет выдающихся побед вопреки всему! Зато не будет и выдающихся провалов.