Таро на троих (СИ) - Есина Анна - Страница 60

Лера: Аллилуйя! Это событие требует серьёзного обмыва! У кого с прошлого года завалялась бутыль святой воды?

Стася: Он тебе так не нравился?

Аня: Он нам всем не нравился, просто мы помалкивали, чтобы тебя не обижать

Галя: Вечно тебя, Стась, на потребителей тянет

Жека: Ну загалдели! Мамину писю не обижать! Мне нравился этот хлюпик, с него угорать можно было

Гера: Благая весть на нас свалилась, как погляжу. Кто надоумил отшить писюнчика?

Стася: Своим умом дошла. А вас вычёркиваю из друзей, злопыхатели

Лера: И поделом им! Ишь, сколько молчали, ироды

Стася: Ты тоже в пролёте, Солодова! Как номинантка «Худшая подруга года»

Аня: Ребята, ну вы чего? Из-за Кости ругань устраиваете!

Жека: Да они прикалываются, Анют! Разве можно друзей кидать из-за писюна?

Галя: Грею машину. За кем заехать?

Лера: Прихвати мою опальную полужопицу

Галя: Стась?

Стася: Я своим ходом. Втроём приедем

Аня: Систер с мужем?

Стася: Нет. Познакомлю! Где забиваемся?

Жека: Так на гору рванём! Я уже ватрушки забросил в багажник

Гера: Дрова и уголь у нас в гараже. Галчонок, заедь! А то мы пока туда-сюда

Галя: Гер, ок. Беру пледы на всех. Котелок у кого?

Лера: Про алкашку и жратву не забудьте! А то будем как в прошлый раз мясо крекером заедать и снегом запивать

Стася: Мы заедем в супермаркет

Жека: Меня интригует это «мы». Писюша недаром хакнулся с радаров?

Аня: Чья была идея именовать Костю Маминой писей?

Жека: Коллективная

Гера: Трындобол. На чужие лавры не зарься

Они продолжили сыпать сообщениями, но я уже не реагировала. Безудержно улыбалась и во всех подробностях смаковала лица друзей, когда те познакомятся с моими новыми генеральным директором и его заместителем. И пускай только попробуют навесить на них скабрёзные ярлыки!

Глава 36

— Клёвые у тебя друзья, — весело сообщил Тёма, покуда мы вдвоём, как парочка отъявленных самоубийц, карабкались на вершину горы.

— Самые лучшие, хоть и зарываются иногда.

— Как сказал один мудрец: «Не имей сто рублей, а имей сто друзей». Мы с этим гением, кстати, зачастую в зеркале видимся.

— Какой ты у меня скромняга.

— Зато весь твой, от макушки до пяточек, — он обернулся, послал мне лукавую улыбку и замер на предельно крутой точке склона.

Забросил ватрушку в сторону, придержал за ремешок, плюхнулся в неё сам и похлопал себя по коленям, приглашая присоединиться. Вниз я решила не смотреть, а то напридумываю всякого. Бухнулась в жаркие мужские объятия, подобрала ноги и зажмурилась.

Снежная пыль летела в лицо. Щёки обдувал морозный январский ветерок. В животе порхало предвкушение грандиозного спуска.

Вдруг мы подскочили на чём-то жёстком. Скорость увеличилась в разы.

— Психи!

— Группируйтесь там!

— Убьются же!

— Ох, красиво полетели!

И «га-га-га» да «гы-гы-гы». Чужие окрики пронеслись фоном. Я заверещала, с ужасом наблюдая за тем, как нас уносит по берегу. В последнюю секунду перед обрывом Тёма изловчился свалиться с опасно разогнавшегося тюбинга, не выпуская меня из рук при этом, и мы кубарем покатились в ближайшие кусты.

Снег набился куда попало. Мельтешение стихло, и я с неясным беспокойством обнаружила себя под хохочущим Тёмой.

— Жива? — слегка взволнованно спросил он и перекатился так, чтобы я очутилась сверху.

— Шапку где-то потеряла, — выдала растерянно и тоже улыбнулась.

— Арс, ты её угробить решил? — к нам подбежал злой как мексиканский перец Зар, упал на колени в снег и почти силком выдрал меня из рук брата. — Цела?

— Да, всё в порядке, товарищ начальник, — глянула ему за спину и, убедившись, что никто не глазеет, тайком чмокнула в щёку. — Не кипятись, мы просто дурачимся.

— Видела бы ты своё лицо, пока летела с горы, — он покачал головой, осуждая опасную затею брата, и крепко прижал меня к себе. — Пойдём отыщем твою шапку.

— Эй, я тоже не пострадал! Спасибо, что справился о моём состоянием, братец! — Тёма самостоятельно поднялся из сугроба и отряхнул снег с дублёнки.

— Молчи лучше, не то обратно прикопаю.

Головной убор найден. Зар оттряхнул его, вытащил из помпона несколько еловых иголок и с донельзя серьёзным лицом водрузил обратно на мою макушку.

— Как тебя расслабить? — слетел с моих губ предельно опасный вопрос.

— Я тебе потом покажу один способ.

Не смогла удержаться и облизнулась. Он резко выдохнул и почти насильно потащил меня к друзьям. Правильно, чтобы мы оказались у всех на виду и перестали шарашить друг друга грозовыми разрядами.

Тёма подоспел следом. Потеснил брата, обнял меня за плечи, подыгрывая нашей легенде о внезапно вспыхнувшей симпатии между главным инженером и младшим специалистом по работе с клиентами. Гендир здесь на правах старшего брата, этакий сиротливый родственник, которого боязно оставить одного дома.

— Девчонки! Гляньте-ка, что нашла! — Лерка потрясла в воздухе большим бумажным пакетом зефира.

— М-м-м, маршмеллоу! Обожаю! — воскликнула Анюта, и Гера тут же сорвался к ближайшим кустикам, чтобы наломать веточек для зажарки любимого десерта.

Я взялась начинять воздушные кругляши на неотёсанные шпажки. Галя подошла, чтобы помочь, и тут же гусыней зашипела на ухо:

— Поосторожнее с Игорьком. Он с тебя глаз не сводит.

— Правда? — якобы удивлённо посмотрела в сторону Зара.

Он потягивал пенный напиток из горлышка бутылки и посмеивался над очередной потешной историей Жеки. На меня подчёркнуто не смотрел.

— А ты не замечала?

— Он только вчера к нам из Новосибирска перевёлся. Может, тебе показалось?

— Я семь раз перекрещусь, если и впрямь галюны, но нет... Вот сейчас, когда ты отвернулась, он так и зыркает на твою спину коршуном, будто утащить хочет.

— Ты забыла поделиться подробностями твоих шашней с боссом? — сразу начала с обиняков Лера, едва подойдя к нам.

— Да какие шашни и взгляды, вы чего?

— Отрицай, сколько душе угодно. Но он тебя хочет, — совсем уж прямолинейно заявила Лера.

— О чём шепчемся, девчонки? — сзади мне на плечо упала тяжёлая рука Тёмки.

Он втиснулся между мной и Галей, схватил приготовленные зефирные шашлыки и пытливо уставился на моих слишком внимательных подруг.

— Так парней обсуждаем, а ты уши развесил, — неестественно высоко рассмеялась я и хлопком перчатки по заднице отправила Тёмку готовить вкусняшки у костра.

Пока все лакомились румяным зефиром, незаметно подкралась к Зару и всучила телефон с заранее набранным текстом.

«Ты слишком откровенно пялишься на меня. Я вовсе не против, но другие начинают замечать. Прекращай».

Он вернул мне мобильный ещё более незаметно. Услышала сигнал от входящего сообщения и достала смартфон из кармана полушубка.

Неизвестный номер: Проведи эту ночь с нами

Неизвестный номер: Или мне вначале следовало пригласить тебя к нам в гости на ужин?

Неизвестный номер: Чёрт, я не понимаю, что происходит у тебя в голове, и как ты отреагируешь. Это... раздражает

Стася: Ты боишься отказа или того, что оскорблюсь твоим предложением?

Зар: Оба варианта. Вот уж не думал, что больше всего буду скучать по твоим мыслям. Они бесили, но в то же время делали тебя ближе и проще

Стася: Я с удовольствием приму твоё предложение. Оно не обидное

Отстучала текст и с умилением посмотрела на нервозного гендира. Пару секунд он изучал экран своего телефона, потом поднял на меня озорно блестящие глаза и надолго прикрыл веки, словно празднуя победу или пряча от меня момент истинного триумфа. А, может, он возносил молитвы — это же Зар, с ним удивляться не приходится.

Я ожидала, что мы поедем в старинный особняк на окраине, однако Тёма повёз нас в центр.

Двухуровневая квартира походила на уютное убежище, где после напряжённых рабочих дней можно восстановить силы. Большие комнаты с панорамными окнами дарили ощущение простора, сквозь стёкла открывался завораживающий вид на городские улицы. Интерьер, выдержанный в оттенках синего и серого, не перегружал взгляд, но при этом хранил тепло: мягкий диван с пледом, полки с любимыми книгами. В рабочей зоне царил творческий беспорядок — стопки чертежей, заметки на стикерах, чашка недопитого кофе. Здесь, среди продуманных мелочей и личных деталей, чувствовалась душа дома, созданного двумя энергичными людьми, умеющими ценить и работу, и покой.