Дороги мертвецов (ЛП) - Роуз Джей - Страница 34

Но прямо сейчас мой приоритет — держать Харлоу как можно дальше от этого кошмара. Я не собираюсь приносить ее в жертву бессердечным СМИ только для того, чтобы они от нас отстали.

— Не испытывай меня. Мы уже играли в эту игру раньше.

— Люди просто хотят знать правду. — От ее акульей улыбки у меня по коже бегут мурашки. — Сейчас век информации. Ты не умеешь хранить секреты.

Плюясь от ярости, я выхватываю телефон у нее из рук, прежде чем она успевает меня остановить. Салли кричит, когда я раздавливаю устройство ботинком, для пущей убедительности превращая его в бесполезные осколки.

— Эй! Ты не можешь этого сделать!

Я пинаю его обратно в ее сторону.

— Выставь мне счет, мать твою.

Она все еще яростно ругается, когда я ухожу по коридору туда, где Харлоу проводит свой еженедельный сеанс терапии. Врываясь без стука, я захлопываю за собой дверь, чтобы никто не смог заглянуть внутрь.

Старшая сестра отделения не должна пропускать стервятников, но нам все равно нужно убираться отсюда к чертовой матери. Кого-то уволят за то, что, что он не заметил камеры, спрятанные за пределами больницы.

— Хантер? — Ричардс протестует со своего места у окна. — Это частный сеанс. Ты не можешь просто войти, когда тебе захочется.

Харлоу съежилась в кресле с высокой спинкой, подтянув дрожащие колени к груди. Она выглядит чертовски хорошо, ее яркие, хитрые глаза обрамлены вьющимися волосами, которые она еще не подстригла.

Мне действительно нужно попросить Энцо купить ей что-нибудь потеплее; майка с глубоким вырезом, в которую она одета, серые спортивные штаны и кардиган большого размера не выдержат надвигающихся холодов.

— Я понимаю, док. К сожалению, у нас возникла некая ситуация снаружи. Мне нужно забрать Харлоу отсюда.

Ричардс засовывает очки за воротник рубашки в тонкую полоску.

— У вас, ребята, всегда такая дурацкая ситуация.

— Вы можете продолжить это в другой раз. Приношу извинения за то, что прерываю.

Он встает и жестом просит Харлоу сделать то же самое. Она нетвердо стоит на ногах, изо всех сил пытаясь выпрямиться из-за туго сжатых ребер. Я протягиваю ей руку помощи, на которую она недоверчиво смотрит.

— Извини, Харлоу. Я не хотел прерывать.

Кивнув, она поджимает губы и берет меня за руку. Ее конечности все еще дрожат от страха. Что бы они ни обсуждали, это заставило ее почувствовать себя уязвимой и беззащитной.

Я не тот человек, который может справиться с ее хрупким состоянием. Черт возьми, я собирался прийти сюда и наброситься на нее, пока она не сломается и не выдаст правду. Быть ее гребаным белым рыцарем не входило в повестку дня.

— Я зайду к тебе позже, Ричардс.

— Пожалуйста, будь добр, — многозначительно говорит он.

Мы обмениваемся быстрым взглядом. Я снова киваю, молча прося его отступить. Ричардс больше, чем мой коллега — он друг.

Харлоу все еще не может посмотреть мне в глаза, когда мы подкрадываемся к двери. В коридоре старшая сестра и несколько медсестер разбираются с толпой операторов, наводнивших отделение. Идеально.

— Чертовы репортеры, — тихо ругаюсь я. — Нам придется найти другой выход. Не высовывайся. Не показывай им своего лица. Поняла?

Она вздрагивает от моего рявкающего приказа. Я заставляю себя быть спокойнее и снова протягиваю руку, пока она не набирается храбрости встретиться со мной взглядом.

— Мне очень жаль. Возьми меня за руку, Харлоу. Я вытащу нас отсюда, ладно?

Она по-прежнему не двигается с места. Я борюсь с желанием перекинуть ее через плечо, сопротивляющуюся и кричащую. У нас нет на это времени.

— Я когда-нибудь давал тебе повод не доверять мне?

Она нерешительно качает головой.

— Думаю, что нет.

— Тогда вот тебе и ответ. Я обещаю, что позабочусь о тебе.

Ее пальцы нерешительно переплетаются с моими, и я крепко сжимаю ее руку. Я мудак, но мне не все равно, независимо от того, что Тео думает о человеке, которым я стал, чтобы выжить.

Вместе мы выскальзываем в коридор и сворачиваем направо, направляясь вглубь шумной больницы. Раздается хор криков, за которыми следует топот преследующих их ног.

— Вызовите охрану! — кричит медсестра.

— Вам нельзя туда!

— Остановите их!

Обнимая Харлоу, я изо всех сил стараюсь скрыть ее лицо от вспышек камер. Мы пригибаемся и пробираемся по бесконечным коридорам, пытаясь оторваться от преследующей нас по пятам жадной толпы.

Я понятия не имею, куда мы направляемся. Салли и ее высасывающие душу операторы полны решимости получить эксклюзив. Я отказываюсь позволить им унижать Харлоу так же, как они поступили со мной.

— Подожди, — выпаливает Харлоу.

— У нас нет времени. Шевелись.

— Нет, остановись. Сюда.

Она сбрасывает мою руку и открывает дверь слева от нас, ведущую в подсобку. Меня затягивает в темноту, когда она закрывает за нами дверь, не включая свет.

Тридцать секунд спустя мы слышим, как мимо проносится орда камер и почти истеричный крик Салли. Шум становится тише по мере того, как мы сбиваемся в кучу в непроглядной тьме.

— Харлоу? — Я шарю вокруг руками. — Я ничего не вижу. Где ты?

Полная темнота вкупе с моим глухим ухом сбивает с толку. Я не вижу, все ли с ней в порядке. Кончики ее пальцев скользят по моей руке в нерешительной ласке, от которой у меня учащается пульс.

— Я здесь, — шепчет она в ответ. — Осторожно, у тебя за спиной ведро.

— Как, черт возьми, ты вообще что-то видишь?

— Я привыкла к темноте.

Ее рука сжимает мою куртку, и я чувствую манящий жар ее тела. Схватив ее за запястье, я притягиваю ее ближе, наши тела сталкиваются в тесном пространстве.

— Это было близко.

— Хорошая идея. — Нерешительно я обнимаю ее за талию, чтобы прижать к себе. — Ты прикрыла наши задницы.

Ее маленькая, дерзкая грудь прижимается к моему торсу.

— Веришь или нет, я могу быть полезна.

— Я никогда не говорил, что от тебя нет пользы.

— Тебе и не нужно было этого делать.

Все еще мертвой хваткой сжимая мою куртку, Харлоу ведет меня обратно к двери. Она приоткрывает ее, чтобы послушать, позволяя тонкой полоске света проникнуть в тесную кладовку.

— Я думаю, они ушли. Кто были эти люди?

— Репортеры, — рычу я. — Салли Мур — бездушная сука. Я знаю ее редактора, и он у меня в долгу. К концу недели у нее не будет работы.

Тонкая полоска света освещает лицо Харлоу. Я пойман в ловушку ее сверкающих голубых глаз, впивающихся в меня, нервных и испуганных. Еще ниже ее блестящая нижняя губа зажата между зубами.

— Я не позволю им причинить тебе боль, — ловлю себя на том, что обещаю.

Она не отрывает взгляда. Напряжение невыносимо. У нее такое же разбитое выражение лица, как и в ту ночь, когда я выгнал ее, воздвигнув, между нами, непроницаемые стены.

Я хочу протянуть руку и прикусить эту губу, пробуя ее сладость на вкус. За секунду до того, как сдаться, я вспоминаю отчет по ДНК и все его грязные последствия.

— Твой сеанс с Ричардсом… прошел хорошо?

Харлоу быстро отводит взгляд, когда этот момент проходит.

— Прекрасно.

— Ты вспомнила еще какую-нибудь информацию, которая может нам пригодиться?

Маленький сердитый огонь внутри нее вырывается на поверхность, ее глаза наполняются раздражением. Черт бы меня побрал, мне чертовски тяжело смотреть, как мрачнеет выражение ее лица и сжимаются руки в кулаки.

Она не похожа на человека, который намеренно вводит всех нас в заблуждение, надрывает задницу, поедая нашу еду, и злоупотребляет нашим доверием. Я просто не понимаю этого. Мое суждение никогда не бывает ошибочным.

— Я все тебе рассказала, Хантер.

— В твоей памяти значительные пробелы, — указываю я. — Нам нужно установить надежные временные рамки.

К моему удивлению, Харлоу кладет руку мне на грудь и толкает меня назад. Я чуть не опрокидываюсь на щетку, прислоненную к стене, прежде чем выпрямляюсь.

— Меня заперли в клетке, морили голодом, избивали и презирали монстры, которым нравилось убивать других девушек. Я ни хрена не помню, потому что не хочу помнить. Отстань от меня.