Хочу тебя выиграть (СИ) - Алексеева Дана - Страница 14

— Звезда падает, — вскинув брови, не верю глазам я и сразу закрываю их, чтобы загадать желание. Озвучиваю про себя первое, что приходит в голову.

— И давно ты тут стоишь? — слышу его голос и распахиваю ресницы.

— Ты успел загадать желание? — под впечатлением таращусь на небо, как ребенок.

— Я в ерунду не верю.

— Чего это сразу ерунду, — улыбка сходит с лица.

Может же он настроение испортить.

— А то. Чудес не бывает, наивная. Если чего— то хочешь, значит своими силами должен этого добиться, а не полагаться на звезду, свесив ножки с трона.

— Ты до чертиков черствый. И грубый.

— Я реалист. А ты мечтательница, — хмыкает Хантер.

Господи, как угрюмый тип. Впервые в жизни увидела падающую звезду, так и загадать желание нельзя?

— Мечтать имеет право любой. Даже ты.

— Просто мечтать — глупо и наивно. Я привык действовать.

— Ты просто невыносимый. Кроме твоего мнения не существует чьего — то другого, да?

— Да потому что… — он закатывает глаза, а я набираюсь смелости заткнуть ему рот.

— Не хочу с тобой спорить. Бесполезно. Всё, разговор закрыт.

Отворачиваюсь от него показательно и гордо вскидываю подбородок. Закрываю глаза, мои ресницы дрожат. Взбесил.

Слава богу, витающее напряжение между нами разбавляют друзья, которые под руку вываливаются на улицу с влюбленными отрешенными лицами.

Хантер бросает в них пренебрежительный взгляд, а я бегу обниматься с Алкой.

— Ты на такси? — спрашивает подруга.

— Нет, — озираюсь я. — С Хантером поеду.

— О — о, — округляет губы Алла и играет бровями. — Я чего — то не знаю?

Я вздыхаю и мотаю головой, чтобы не мучила расспросами.

— Завтра расскажу. Ввязалась в спор и проиграла, — отмахиваюсь я.

— Жажду подробностей. А домой — то сегодня вернешься или как?

— Конечно вернусь, — прикусываю губу и смотрю на Хантера, который возится возле мотоцикла. — Наверно. Я надеюсь.

— Ясно, — усмехается Алла и наклоняется к уху, чтобы шепнуть. — Смотри, будь осторожнее. Мало ли.

— Ты тоже, — отвечаю и крепко обнимаю её.

Пуля с Аллой уезжают первыми, доходит очередь и до нас.

— Надевай, — передает мне шлем Хантер.

— Тяжелый, — с удивлением присматриваюсь к черной увесистой каске.

Парень никак не комментирует, молча наблюдает за мной. Тем временем я протискиваю голову в шлем. Неудобно, конечно. Зато безопасно.

Хантер залезает первым на байк, оставляя место позади себя.

— Так куда поедем? — торможу я.

— Увидишь.

Сюрпризы я люблю, но только не от Хантера.

Поджав губы, сажусь на заднее сиденье и не знаю, куда деть руки.

— По правилам тебя надо обнять, да? — неловко прочищаю горло я.

Я, конечно, уже ездила с ним, но тогда это получилось слишком спонтанно.

Слышу спереди смешок.

— Ага, — поворачивает голову в сторону парень.

— Ладно, раз так надо, — аккуратно кладу руки на мужской торс.

Парня это веселит, а мне неловко.

Только мотоцикл заводится и трогается с места, как хватка моя усиливается в разы. На первом же повороте я крепко обнимаю Хантера, прижимаюсь грудью к его спине. Даже рев мотора не перекрывает стук моего сердца сейчас, настолько оно взбудоражено. Я опять с ним. Рядом. Обнимаю.

Единственное, о чем понятия не имею — куда он меня везет?

Глава 15

Пока едем, любуюсь ночным городом. После заката он начинает жить в других ритмах — на низких частотах, когда спешка и шум снижают градус до минимума. Многочисленные огни многоэтажек, фонарей и рекламных вывесок украшают город, как гирлянда новогоднюю елку. Звезды подмигивают сверху, а рассеянный лунный свет накрывает всё романтичной завесой. Я наслаждаюсь моментом — приятной прохладой, плавным ходом мотоцикла, урчащим звуком двигателя, который стал для моих ушей сродни колыбельной, когда хочется закрыть глаза и максимально расслабится.

Мы летим на двухколесном рычащем звере, оставляя позади километры. Куда? Главное вперед, крепко прижавшись в нему. Как бы я не отрицала, но мне хорошо рядом с Хантером. И пусть с полчаса назад я готова была его прибить. Сейчас же я не хочу выпускать его из своих рук, можно сказать я доверяю ему свою жизнь, позволив увезти меня черте куда.

Когда снижаем скорость и съезжаем с главной дороги, я оглядываюсь и вижу неподалеку мерцающую водную гладь и набережную. Именно к ней мы и спускаемся. Хантер пристраивает байк на парковочное место и глушит двигатель.

— Приехали? — уточняю я.

— Да.

Спускаюсь на тротуар и снимаю шлем. Голове становится необычайно легко. Встряхиваю распущенными волосами, прикрывающими спину практически до поясницы, и ловлю на себе разглядывающий взгляд Хантера.

— Зачем мы здесь?

— Одно из моих любимых мест. Почти каждое утро здесь бегаю. Но ночью здесь особенно красиво.

Я озадаченно сдвигаю брови — зачем Хантеру приводить меня в свое любимое место?

— Ясно, — обнимаю себя рукам. Похолодало.

Мы выдвигаемся пешком вниз по тротуару к набережной. Идем неспеша, каждый при своих мыслях. У меня они попросту сходят с ума. Никогда бы в жизни не подумала, что буду разъезжать по ночному городу на байке с плохим парнем, а потом с ним еще и гулять. Слава богу, мама не в курсе и свято полагает, что я давно в кровати и вижу десятый сон.

— Есть хочешь? — тормозит Хантер возле киоска с фастфудом. — Я бы чего — нибудь заточил.

Я пожимаю плечами.

— Можно, — отвечаю скромно, поглядывая на вывеску с вредной, но аппетитной едой. Я ела последний раз в обед, поэтому стенки желудка уже слиплись друг с другом.

— Что будешь?

— М-м-м… — задумчиво рассматриваю варианты. — Бургер. Большой. С куриной котлетой.

Он усмехается и одобрительно кивает.

— Пить? Сок есть.

— Ага, — шмыгаю носом.

Парень делает заказ, а я стою рядом, переминаясь с ноги на ногу и вздернув голову к звездному небу. Услышав слово «апельсиновый», я моментально встреваю в диалог Хантера и продавца:

— Ой, простите… А мне апельсиновый нельзя. Аллергия.

— Есть клубнично — банановый, — отзывается мужчина в окошке.

— Тогда его. Спасибо, — учтиво улыбаюсь я и перевожу взгляд на Хантера, который удивленно выгнул одну бровь.

— У тебя аллергия на апельсины?

— На цитрусовые, — киваю я, поджав губы.

— Не повезло, — чешет затылок он. — Я жить без них не могу.

— А я — с ними, — пожимаю плечами.

— М — да уж, — протягивает Хантер. — Мы с тобой слишком разные.

— Вот тут с тобой не поспоришь, — ловлю смешок я, который следом перепрыгивает на парня.

Мы дожидаемся заказа, а потом с превеликим удовольствием поглощаем вкуснейшие бургеры, запивая фруктовым напитком. Спускаемся на набережную и бредем по вымощенной камнем дороге, которую освещают фонари. Вокруг ни души, только мы и бликующая гладь водоема по левую сторону от нас. Мы неспешно огибаем пруд и по сути двигаемся в сторону пляжа.

— Не хочешь взять свои слова обратно насчет Аллы? — начинаю разговор я.

— Нет.

— Но ведь ты оказался неправ. Пуля выиграл бой.

— Факт.

Его резкая немногословность и категоричные ответы рождают во мне непонимание. Упертый как баран. Есть его правда и только.

— Ты чуть было их не развел, — останавливаюсь я и смотрю Хантеру в глаза. Неужели действительно в них нет ни грамма чувства вины? — По твоему другу видно, что он действительно влюблен.

— Так я разве спорю? Он по уши втюрился в девчонку. В этом и проблема. Не пришла бы она, он бы переболел, перестрадал, и все бы закончилось.

— Что плохого в том, что они встречаются и оба влюблены?

— Ты не догоняешь? Реально? Алла — не нашего круга девочка. Она развлекается с ним, пока ее родители не узнали. А узнают — шею ей открутят. И её рот не вякнет против них. А вот у Пули будут проблемы, если тот не захочет отвязаться от их дочки по — хорошему. В любом случае, все только будут страдать.