Фигляр 2 (СИ) - Джудас Анастасиос - Страница 37

Она не улыбалась. Но её глаза… В них появился тот самый блеск, который Со-юн видела всего пару раз в жизни — когда тётя Джи-вон находила по-настоящему редкий, алмазный талант. Блеск чистой, безжалостной одержимости.

— Ты говоришь загадками, — продолжила она, растягивая слова. — Ты бросаешь фразы, которые можно трактовать как угодно. Ты ведёшь себя так, будто не хочешь того, о чём грезят миллионы.

Она наклонила голову, изучая его, как сложный, многослойный музыкальный трек, где каждая нота — подсказка, а каждый пассаж — шифр.

— Значит, так, — сказала она, и её голос стал мягким, почти бархатным, но в этой мягкости была сталь. — Я не буду спрашивать, чего ты хочешь.

Пауза. Зазевавшийся официант на соседнем столике замер с подносом в руках, инстинктивно почувствовав напряжение.

— Я спрошу иначе. Можешь поработать со мной сегодня? Один вечер.

Со-юн вздрогнула, как от тихого щелчка тока. Ми-ран застыла, перестав дышать. Это был удар ниже пояса. Но сделанный так элегантно, так тонко, что его можно было принять за высшую форму комплимента. Не «подпиши контракт», не «стань моим». А просто — «поработай со мной». Как равный. Как партнёр на один проект.

Джи-вон продолжила, не отводя своего сканирующего взгляда:  — Ни к чему тебя не обязывает. Ты уже в джинсах — идеально. Выйдешь на подиум с моими Eclipse в финале. — она легким взмахом руки очертила в воздухе контуры сцены. — Помашешь девочкам, дашь пару кадров для прессы. Поторгуешь, так сказать, лицом. Во имя искусства.

Ин-хо поднял вопросительно бровь. Янтарный глаз будто вспыхнул на мгновение от внутренней иронии.

— Я бы мог рассмотреть это предложение, — начал он вежливо. — Но, как вы помните, я несовершеннолетний. И для любой работы, даже с вашим лейблом, требуется официальное разрешение.

Он медленно, плавно перевёл взгляд на Ми-ран.

Теперь она оказалась в перекрестии всеобщего внимания. Под прицелом трёх пар глаз: хищного интереса Джи-вон, горячего любопытства дочери и спокойного, почти отстранённого ожидания Ин-хо.

Но что-то внутри Ми-ран уже сдвинулось. Та лавина неприятия, брезгливости и страха перед его фиглярством, что сошла в её душе всего день назад, уже растаяла, унесённая потоком новых впечатлений. А сказать «да» сейчас… это значило бы окончательно, публично записать его в списки «своих». Сделать свой выбор.

— Ин-хо, мальчик, — произнесла она, и её голос прозвучал удивительно ровно, почти нежно. — Семья не возражает против твоего… сотрудничества с моей очень — она сделала на этом слове лёгкий, но чёткий акцент — хорошей подругой.

Она посмотрела на Джи-вон и улыбнулась — не широко, а уголком губ, той самой улыбкой, что транслировала их недавний разговор без единого слова: «Ты просила помочь тебе с Ин-хо? Ну вот, я помогла. Теперь ты мне должна».

Джи-вон правильно поняла молчаливый намёк. Она согласно кивнула, на мгновение прикрыв веки — жест, означавший и принятие условий, и благодарность, и начало новой партии в их старой дружбе-соперничестве.

Затем она оживилась, её лицо снова засветилось деловым энтузиазмом.

— Отлично! Тогда давайте не будем терять время. Рассчитаемся и поспешим в мой штаб — там уже кипит работа по подготовке к вечернему выступлению. — Она изящно приподняла руку, подзывая официанта тем безошибочным жестом, который не терпит промедления.

Официант приблизился почти мгновенно, но вместо того чтобы принести счёт, он с почтительным поклоном протянул ей изящную кожаную обложку с тиснёным логотипом Le Pré. В ней уже лежал чек.

Джи-вон автоматически открыла её — и её безупречно подведённые брови поползли вверх. На листе стоял штамп «ОПЛАЧЕНО». Её взгляд метнулся к Ми-ран, быстро проанализировав ситуацию: она сама ничего не платила, Со-юн вряд ли, учитывая её реакцию. Остаётся только Ми-ран. Конечно. Так она погасила счёт за то самое Dom Pérignon Rosé 2008 и прочие изыски, заказанные её новым «подопечным». Жест одновременно и галантный, и напоминающий о том, кто здесь настоящая хозяйка положения.

Джи-вон лишь едва заметно качнула головой, приняв этот негласный укол.

Игра продолжалась.

Глава 17

КАПИТАНСКИЙ МОСТИК

Импровизированный командный пункт Starline Entertainment был оазисом сфокусированного хаоса в самом сердце роскошного безумия Galleria. Его отгородили от основного зала не стеной, а живой ширмой из мониторов, мерцающих лайнапами, схемами сцены и живой трансляцией с камер зала. Воздух здесь пах не духами и трюфелями, а озоном от техники, свежей краской и холодным кофе в бумажных стаканчиках.

Здесь, в нервном центре предстоящего шоу, в почтительном молчании ждали всесильного директора. Опытный штаб — координаторы, звуковик, хореограф, стилист — усвоил за долгие годы: у Ким Джи-вон всегда найдутся дополнительные указания. Её прибытие означало не финальную проверку, а старт последнего, самого интенсивного витка подготовки.

Джи-вон вошла стремительно, её каблуки отстучали чёткий ритм по бетонному полу. Она прошла к временному рабочему столу, заваленному планшетами и рациями, но прежде чем погрузиться в пучину отчётов, её взгляд выхватил из небольшой группы сопровождения Ми-ран и Со-юн. Она резким жестом подозвала ближайшего ассистента — девушку с гарнитурой в ухе и взглядом, привыкшим к цейтноту.

— Со-хён, — бросила Джи-вон, не отводя взгляда от экрана с таймингом. — Проведи наших гостей в зал. Обеспечь места в первом ряду, за резервным пультом. И чтобы был хороший обзор на центральный подиум.

Потом она повернулась к Ми-ран, и её лицо на мгновение смягчилось, приняв оттенок деловой, но искренней просьбы

— Дорогая, прости, мне нужно будет погрузиться в работу здесь. Обсудим всё детально после показа, хорошо?

Ми-ран, всё ещё слегка ошеломлённая скоростью происходящего, лишь кивнула. Со-юн бросила быстрый, заинтересованный взгляд на бурлящий командный пункт, прежде чем последовать за ассистенткой Со-хён, которая уже жестом указывала им путь к зрительному залу.

Ин-хо остался стоять в стороне, его спокойная фигура в кожаной куртки выглядела немного инородной среди суетящихся в униформах сотрудников. Он вопросительно посмотрел на Джи-вон.

Та, уловив его взгляд краем глаза, махнула рукой в сторону свободного кресла у стены, заваленного чьими-то куртками.

— Ин-хо-сси, присядь где-нибудь. Дай мне пятнадцать минут, — сказала она, и её голос уже не содержал ни капли светской мягкости — только стальная концентрация. Сказав это, она тут же, без паузы, переключила всё своё внимание на сотрудников, и напряжение в комнате натянулось, как струна.

— Начинаем по списку. Координатор сцены, — её голос был как взмах дирижёрской палочки.

Мужчина с клипбордом выступил вперёд:

— Ним, все люки проверены, покрытие подиума заменено на противоскользящее. Запасной генератор подключён и на горячем резерве.

— Хореограф?  Женщина в чёрном спортивном костюме, с хвостом, туго стянутым на затылке, отчеканила:

— Блок с моделями отрепетирован. Девчонки Eclipse знают схему, где его встроить. Ждём моделей для финальной привязки по точкам.

— Костюмы?  Стилист, нервно перебирающий планшет:

— Все костюмы Eclipse готовы, прошли фит. Для подстраховки подготовлено три варианта в соответствии с текущим… вайбом. Джинсы, кожа, чёрное. Ждём гримёрку.

— Свет?  Светооператор, не отрываясь от своего пульта с десятками ползунков:

— Световая дорожка для выхода дефиле запрограммирована. Акцент на вход и статику в финале. Если захотят подвигаться — есть импровизационный пакет «B».

— Звук.  Звуковик, в наушниках, поднял большой палец:

— Микрофон-петличка на усилении, проверен. Фонограмма готова. Жду прогон на саунд-чек, хотя бы минимальный.

Джи-вон слушала, её глаза бегали по мониторам, сверяя информацию. Она кивала, иногда вставляла короткие, точные вопросы или корректировки: «Убери розовый луч со второго плана, он режет глаз», «Проверь запасные аккумуляторы на петличках», «Добейся, чтобы ткань на третьем костюме не бликовала под софитами».