Я все еще не бог. Книга XXXVI (СИ) - Дрейк Сириус - Страница 36

— Я могу хоть как-то помочь? — спросил он, остановившись. — Артефакты — это моя специальность.

— Пусть помогает Толстому, — предложила Лора. — Его навыки только улучшат и без того хорошую броню Льва Николаевича.

Я передал ее слова.

Буслаев задумался.

— Хорошо. Я согласен. Помогу с броней. Это… это меньшее, что я могу сделать после того, как ты спас меня от американцев.

— Не стоит. Я тебя не спасал, а забрал, чтобы ты не болтал лишнего.

— Только, Михаил, — Буслаев усмехнулся. — Если мы все выживем, ты обещаешь отправить меня домой? В мой мир?

— Не обещаю. Я сам не знаю, как это сделать, но поищу способ.

— Тогда по рукам.

Я открыл его темницу и мы обменялись рукопожатиями. Через минуту пришел Трофим, и я объяснил ему, куда отвезти Буслаева.

Они направился к лестнице.

— Кстати, а что вы тут вообще делаете? Со скелетами и кристаллами? — спросил напоследок Трофим.

— Воскрешаем моих питомцев, — ответил я как можно спокойнее.

Трофим не стал задавать лишних вопросов, только кивнул и вышел.

— Технически они не совсем мертвые. Их астральные тела живы, — сказала Лора.

— Конечно, — я кивнул.

Лора рассмеялась.

— Бедняга Буслаев. Он правда не вписывается в этот мир.

— Никто из нас не вписывался поначалу, — вздохнул я. — Да и мне он тут, в подвале, не нужен. Ладно. Мне нужно ехать за Лермонтовым.

— Не забудь вот это, — Лора указала на два кристалла. Внутри них пульсировали синие сгустки энергии. — Они будут проводниками, через которые мне будет легче работать с телами. Без них ритуал не сработает.

Я осторожно взял кристаллы. Они были теплыми и слегка вибрировали в руках.

— Сколько времени займет ритуал?

— Часа три. Может, четыре. Лермонтов сильный, но это сложная магия.

— Тогда надо торопиться. У нас мало времени.

Я убрал кристаллы в пространственное кольцо и направился к лестнице.

— Миша, — вдруг сказала Лора. — Мы не знаем, какими они получатся. Могут быть… странности.

— Какие странности?

— Ну… Аркадий может начать разговаривать. Или Игорь полюбит классическую музыку. Кто знает? Астральная трансформация непредсказуема.

Я усмехнулся.

— Если Аркадий заговорит, я первым делом спрошу его, почему он полез на Владимира без подстраховки.

— Вот это правильный вопрос, — согласилась Лора.

Через час Лермонтов стоял посреди большого заброшенного кладбища монстров. В воздухе пахло серой и озоном. Небольшие сгустки энергии летали по кругу, подсвечивая территорию.

Я достал два кристалла. В них уже пульсировали астральные тела Аркадия и Игоря.

— Готов? — спросил Лермонтов.

— Готов.

Он кивнул, встал на колено и положил руку на землю. От его ладони во все стороны пошла серая дымка, постепенно накрывая всю территорию. Воздух задрожал. Круг вспыхнул синим светом.

Из земли начали вылезать кости. Огромные и мелкие. Они складывались, формируя два гигантских скелета. Один походил на морского змея. Второй на осьминога.

— Положи кристаллы на черепа, — приказал Лермонтов.

Я подошел и положил первый кристалл на череп змея. Потом второй на череп осьминога. Скелеты вспыхнули от кристаллов, и энергия начала расходиться, оплетая кости, как паутина.

И вдруг я почувствовал Аркадия в новом теле. Я ощутил его массу и присутствие в физической оболочке. Оба монстра были живы. Пусть и стали слабее.

— Получилось, — выдохнул я.

Лермонтов выпрямился и вздохнул, отряхивая руки. Он выглядел немного уставшим. Оно и не удивительно, все же это высшее мастерство некромантии.

— Они продержатся несколько дней. Потом тела рассыплются.

— Хватит, — кивнул я. — Спасибо.

Два костяных монстра повернули головы ко мне. В пустых глазницах горел синий огонь.

— Добро пожаловать обратно, ребята, — улыбнулся я. — У нас есть работа.

Глава 15

Осталось два дня

Москва.

Особняк Бердышевых.

Ростислав Тихомирович Бердышев сидел за рабочим столом и третий час подряд разбирал финансовые отчеты. Угольные шахты приносили стабильный доход, но в последние недели расходы на вооружение выросли вдвое. Война на пороге, а деньги, как известно, утекают быстрее, чем их успеваешь зарабатывать.

Он снял очки, потер переносицу и потянулся к чашке с остывшим чаем.

В дверь деликатно постучали.

— Войдите, — произнес граф, не отрываясь от бумаг.

В кабинет зашел его помощник Андреев. Выглядел он немного взволнованным, что для этого человека было крайней редкостью. Его монокль слегка запотел, а черные усики подрагивали.

— Ростислав Тихомирович, к вам гость.

— Кто?

— Генерал Кутузов. Его автомобиль стоит у ворот вместе с двумя машинами охраны.

Бердышев медленно поднял голову.

— Сергей Михайлович? Лично?

— Собственной персоной. И судя по его лицу, он приехал не за чаем.

— Когда генерал Кутузов приезжает за чаем, он обычно привозит свой, — усмехнулся граф. — Впусти. Проводи в кабинет.

Андреев кивнул и вышел.

Бердышев поднялся, одернул жилет и убрал со стола лишние бумаги. Не то чтобы он хотел произвести впечатление на генерала, просто привычка. Порядок на столе — порядок в голове.

Через пару минут дверь распахнулась, и в кабинет вошел Сергей Михайлович Кутузов. Огромный, широкоплечий, с пушистыми усами и взглядом, от которого у младших офицеров обычно подкашивались ноги. Китель безупречно отглажен, сапоги начищены до зеркального блеска.

— Ростислав, — кивнул он.

— Сергей Михайлович, — граф протянул руку. — Присаживайтесь. Чай? Что покрепче?

— Не до чая, — Кутузов сел в кресло, которое жалобно скрипнуло под его весом. — Разговор короткий и неприятный.

Бердышев опустился в свое кресло напротив.

— Слушаю.

Кутузов положил обе руки на колени и посмотрел графу прямо в глаза.

— Петр Первый нападет на Сахалин через два дня. Это информация из трех независимых источников. Все подтверждается.

В кабинете повисла тишина. Бердышев медленно снял очки и протер их платком.

— Два дня, — повторил он.

— Именно. Есть информация о том, что помимо армии Петра, Хаос тоже в деле. Сам понимаешь, что это значит.

— Понимаю, — кивнул граф. — А что с самим Михаилом? Он в курсе?

— В курсе и готовит оборону. Но одними питомцами и сахалинским гарнизоном он не отобьется, сам понимаешь.

Бердышев откинулся на спинку кресла и некоторое время молчал, глядя в потолок. Потом посмотрел на Кутузова.

— Сергей Михайлович, вы ведь понимаете, что если мы отправим войска на Сахалин, наши позиции в Москве ослабнут? Петр может ударить и по нам.

— Знаю, — кивнул генерал. — Но на Сахалине моя дочь и два твоих сына. И мои внуки, которые только появились на свет. Если остров падет, мы потеряем всех.

Бердышев выдохнул.

— Вы правы. Если Кузнецов устоит, Петр потеряет большую часть сил.

— Вот именно.

Граф поднялся, прошелся по кабинету и остановился у окна. За стеклом шел мелкий снег, покрывая двор тонким белым слоем.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Я отправлю две трети своей армии. Это около четырех тысяч бойцов. Плюс артиллерия и маголитовые установки, которые мы недавно разработали.

— Я тоже отправлю своих людей, — кивнул Кутузов. — Пять ударных рот и спецгруппу. Сам поведу их в бой.

— Лично? — поднял бровь Бердышев.

— А ты думал, я буду из Москвы по телефону командовать? У меня зять на передовой, дочь и внуки заражены какой-то космической дрянью. Какое тут «из Москвы»?

Бердышев позволил себе легкую улыбку.

— Знаете, Сергей Михайлович, когда мой Дима связался с Кутузовым, он сильно возмужал. Но иногда мне кажется, что мой сын может погибнуть в любой момент, находясь рядом с ним. Хотя я просил его присматривать за Димой.

— Все, кто связался с Кузнецовым, рано или поздно оказываются либо в броне, либо в лазарете, — фыркнул Кутузов и поправил усы. — Иногда одновременно.