Кавказский фронт (СИ) - Калинин Даниил Сергеевич - Страница 8

Иосиф Виссарионович, кстати, уже после войны припомнил османам их подлость — предложив «пересмотреть» границы той же Армении и Грузии, и вернуться к южным рубежам империи Российской. Ох, как здорово тогда турки обоссались от страха… Но уже начиналась Холодная война, американцы вовсю грозились ядерным оружием и строили планы ядерных бомбардировок СССР, вспыхнули бои в Корее — где советские летчики пачками сбивали американцев! И турки мгновенно спрятались под крылом нового покровителя и хозяина — НАТО.

Отметив вступление в альянс «учениями» танкистов — в ходе которых османы расстреливали руины древних армянских церквей на «западной» стороне, на глазах советских погранцов…

Соответственно, в 1961-м — через 39 лет после того, как большевики поддержали кемалистов оружием и деньгами, первыми признав новое турецкое государство — американцы развернули в Турции баллистические ракеты средней дальности «Юпитер». Ракеты с ядерной начинкой — и развернули их для возможного удара по СССР… Впрочем, «восточная» политика Ленина (включая и национальную) была провальна во всем — чему мы стали свидетелями и во время развала СССР («парад» республик), и после его падения. Когда на Кавказе и в средней Азии началось истребление или же изгнание русского населения… Как, например, во время гражданской войны в Таджикистане — или в годы армяно-азербайджанского конфликта в Карабахе.

И нет, в общем-то, ничего необычного в том, что армяне сейчас воспринимают грядущую войну с турками, как войну за освобождение Родины… Они видят в ней своего рода «крестовый поход» за именно армянские святыни. И советское руководство в лице уполномоченного Государственного комитеты обороны Лаврентия Павловича Берии максимально поддерживает эти настроения в прессе, в печати патриотических книг, в обращениях к армянам на всевозможных собраниях… Нарком добился также того, чтобы некоторые древние монастыри и храмы вновь открылись — и армянские священники благословляли воинов на брань в приграничном монастыре Хор Вирап.

В том самом монастыре, что построили над темницей Григория Просветителя… Жаль только, что в самой России таким «поблажкам» для верующих пока не дают добро.

— Ну что, Петр Семенович, турки промолчали. Вполне ожидаемо…

Ко мне подошел сам Берия — собранный и подтянутый, по случаю облаченный в форму комиссара государственной безопасности первого ранга. В Батуми-то нарком встречал меня по гражданке… А теперь нарком прибыл на КП передовой дивизии, размещенной у границы.

И вот от последних слов Лаврентия Павловича у меня невольно заколотилось сердце в груди. Ведь к моменту, когда завершались мероприятия по развертыванию войск в районе приграничного Октемберяна (древнего Армавира, первой столицы Армянского царства!), СССР выдвинул Турции ультиматум из трех пунктов… Первый — остановить мобилизационные мероприятия и отвести войска от границы с АССР на сто пятьдесят километров. Второй — объявить о нейтралитете на время боевых действий между СССР с одной стороны, а также Британии, Франции и Германии с другой. Третий — взять на себя обязательства по соблюдению доктрины Монтрё и закрыть проливы для военных судов Англии и Франции.

На принятие решения туркам отводилось всего 24 часа — и в случае отказа, либо просто молчания противной стороны, «верховный» наделил штаб Кавказского фронте правом начать боевые действия…

— Что командарм?

— А командарм передает приказ вашей дивизии, товарищ Фотченков, переходить в наступление… Вперед.

Все. Сердце пропустило удар… Все-таки теплилась у меня робкая надежда, что турки струхнут и сдадут назад! Но нет, ультиматум спустить на тормозах не получилось — а выполнить его условия не позволили европейские «союзники»… Хотя вернее будет озвучить привычный британскому уху термин «сахибы».

Тяжело выдохнув — и вновь набрав воздух полной грудью, я обратился к начштаба, также находящемуся на командном пункте дивизии:

— Василий Павлович, вы все слышали… Тяжелому дивизиону — огонь.

Новый гаубичный дивизион укомплектован как старыми гаубицами калибра 122 миллиметра, так и самыми современными М-30 (калибр тот же, по одной батарее обеих пушек). Сверх того, в него щедрой рукой наркома добавили батарею тяжелых МЛ-20 калибра 152 миллиметра! Так вот, гаубичный дивизион ударил с чудовищной мощью… И грохот, вспышки выстрелов внезапно для меня прорезали ночную тьму — хотя я и ждал начала артподготовки.

Майор Панин, Михаил Павлович, за бои в Румынии повышенный в звании и награжденный орденом «Красной Звезды», заранее рассчитал прицелы по координатам турецкой военной базы в Ыгдыре. Артиллерист из «бывших», умелый наводчик и командир, он добился того, что батареи открыли огонь дружным залпом… И вот уже где-то в глубине турецких позиций, за пограничным Араксом послышались гулкие разрывы тяжелых снарядов.

Одновременно с тем за рекой вдруг заплясали светлячки трассеров, режущих тьму вдоль западного берега Аракса. Штурмовые группы пограничников Берии уже переправились, и теперь сражаются с турецкими погранцами! По заставам которых уже открыли огонь казачьи полковые орудия и минометы… И тут же над рекой взмыли вверх осветительные мины-«люстры» — а при их стойком, пусть и неживом бледно-желтом свете с нашего берега загрохотали станковые «Максимы». Их золотой час! Тяжелый пулемет с его высокой прицельностью боя и кучностью практически беспрерывного огня (только успевай подливать холодную воду в кожух!) пусть и устарел на западном фронте — зато на Кавказе ему точно нет равных в позиционных боях… Наконец, над нашими головами тяжело загудели тихоходные, но вполне надежные бомберы ТБ-3, полетевшие в сторону Вана.

И на западном берегу Аракса никто не встретил их крепким зенитным огнем…

Прошло не более часа прежде, чем в воздух взлетели две зеленые ракеты — одна со стороны ближней турецкой погранзаставы, другая же у точки намеченной саперами переправы.

— Василий Павлович, вызывайте Баландина. Пусть саперы устанавливают понтоны… И заодно Чуфарова с Беликом — ударный батальон и штурмовая группа выступают первыми. Комбатам «два» и «три» также приготовить батальонные колонны к движению. Казаки замыкают на марше…

— Есть!

Н-да… А ведь Лаврентий Павлович нисколько не кривил душой, утверждая, что новая материальная часть дивизии — это «самое интересное». Воистину, это утверждение правдиво! Ведь я получил не только новые гаубицы в дивизионную артиллерию — сверх того, мне пришло шестнадцать полевых «трехдюймовок», включая восемь «порт-артуровок»… И столько же убойных орудий Ф-22!

Причем нарком клялся, что Грабин уже реализует мою задумку с «противотанковой» ЗИС-3…

Но самым главным приобретением стала рота первых серийных танков Т-34 из десяти боевых машин — и сверх того, две роты новеньких «бэтэшек» седьмой серии, экранированных на Харьковском заводе! Причем на заводе удалось добиться увеличения толщины лобовой брони до сорока миллиметров… И также экранированными прибыли «артиллерийские» БТ-7 — с внимание! — танковой пушкой Ф-32, обеспеченной штатным бронебойным снарядом!

Вот уж действительно, подарок — без всяких преувеличений…

Оставшиеся два батальона, впрочем, укомплектовали легкими «бэтэшками» ранних серий — и старенькими, но надежными Т-26 с исправно работающими движками. Между прочим, это вполне правильно! Ведь по серпантину горных дорог и перевалам пройдет далеко не всякая машина. Есть вопросы и к «тридцатьчетверке» с ее весом в 26,5 тонн, и к экранированной «бэтэшке», чья масса возросла вместе с противоснарядной лобовой броней… Так что боевые задачи наверняка найдутся и у «легкачей». Более того, читал я когда-то рассказ по теме — где легкие БТ-7 внезапно для врага прошли горным перевалом и ударили там, где немцы появления танков никак не ждали.

Вот не помню, что за рассказ и кто его написал… Хоть убей, не помню! Вот бы кто подсказал, да⁈

Однако «плюшки» не кончились «ударным» танковым батальоном и новой артиллерий. Видно, кто-то в «больших погонах» обратил внимание на мою «новаторскую» деятельность, услышал мои запросы на счет БТР, САУ, ЗСУ… И я их получил! Прежде всего, пять новеньких СУ-5 (следовательно, все-таки решились осваивать в производстве?) со 122-мм гаубицами… И сверх того — четыре СУ-6 с зенитным орудием калибра 37 миллиметров! Как позже выяснилось, последние — да и единственные образцы в своем роде… Что не отменяет возможности провести полноценные войсковые испытания данного оружия — и если пойдет, получить альтернативу ЗСУ-37 не в 1944-м, а на четыре года раньше!