Плохое время для чудес (СИ) - Уланов Андрей Андреевич - Страница 33

– Для ботаники данный таксон представляет несомненный интерес.

– Что-о-о?!

– Видовое разнообразие сорных трав на этом пустыре заметно выше среднего для Арании. Например, вот, – я отодрала от лейтенанта очередной шарик с хищно загнутыми колючками, – корзинка онопордума. Хотя по большей части, – про ржавый гвоздь я решила промолчать, – вы собрали семянки шерстистого лопуха и осота ежового.

– Разве эта дрянь вырастает до трех ярдов?!

– Обычно – нет.

– Обычно сорнякам не дают настолько разрастить, – поддержал меня Винсент. – Но Фейри права, такое буйство не выглядит естественным. Больше похоже на результат подкормки удобрениями.

– Но кому могло прийти в голову подкармливать сорняки?!

– Не думаю, что выращивание сорняков являлось изначальной целью. Скорее всего, тут устроили что-то вроде свалки.

– А…

– Тихо!

С края обрыва, где мы лежали, район пакгаузов просматривался почти до самого порта. Как раз в той стороне на наших глазах разыгрывалась очередная житейская драма. Группа щуплых и низкорослых существ с большими, почти в половину своего роста, мешками, перебегая между горной цепью из тюков и ящиков, умудрилась попасть под луч «бычьего глаза» охранника. В Клавдиуме сотрудники полиции дружно не любили эти фонари за тяжесть, большие габариты и слабый свет, с трудом одолевавший в столичном тумане дюжину ярдов. Считалось, что лучше всего «бычьи глаза» подходят для кипячения чая во время дежурства. Но в Скаузере ночной воздух оказался чище – и сейчас его наполняли дёрганные лучи тех самых фонарей, свистки, собачий лай и азартные вопли.

– Просто превосходно, – прошептал Винсент. – Они все соберутся на том конце складской зоны и нам даже не потребуется пускать в ход «план Б».

– А у нас есть «план Б»?

– Конечно! – порывшись в мешке, брат Винсент извлек несколько шутих, перемотанных длинным огнепроводным шнуром. – Небольшой салют в честь, гм, именин любимой болонки Её Величества соберет множество поклонников.

– Насколько я знаю, Её Величество предпочитает лошадей и кошек.

– Значит, мы верноподданнейше отпразднуем день рождения кобылы Её Величества, – пожал плечами Винсент, пряча шутихи обратно. – Аллан, если я правильно помню, где-то слева начинается спуск.

– Вот ни хрена не вижу!

– Подожди, пока Сэльг выглянет из-за облака. Ветер сильный, сейчас откроет.

– С-скорей бы, – проскулила я, пряча ладони в карманы. По настоянию брата Винсента шарф и варежки остались дома. – Он еще и х-холодный, этот ваш ветер…

– Теперь увидел?

– Э-э… ну-у… знаешь, легче не стало.

– Так вот же, рядом с тобой торчит чугунина с кольцом!

– Это портовый якорь, Винс, крыса ты сухопутная!

– Да хоть маяк! Цепляем за него веревку и спускаемся! Фейри, стойте, вы куда?!

Винсент спохватился, когда я преодолела уже треть пути вниз. Не слишком сложная задача для эльфа, даже с учетом скользких от ночной росы камней, еще более скользкой грязи, а также… Ай!

Далеко упасть не получилось, те самые колючие сорняки, дружно зацепившись за пальто, легко удержали одну недостаточно ловкую эльфийку. Но хорошего настроения у меня не прибавилось.

– Что дальше?

– Опрыскаться средством против собак, – брат Винсент закончил сматывать веревку и вручил нам с лейтенантом по пузырьку с плотно притертыми пробками. Запах, впрочем, чувствовался даже сквозь них.

– А я-то гадала, чем так воняло всю дорогу. Это точно не средство против эльфов?

– Можете использовать свой табак, – предложил брат Винсент, вытряхивая содержимое зловонно-химического пузырька на свои брюки. – Тоже неплохо отбивает нюх.

– Смесь «птичье перо» по восемь шеллов за фунт?! Да я этих псов лучше голыми руками передушу!

– Отстань от Фейри, – Аллан подцепил одну из досок забора, кое-как державшуюся на одном из верхних гвоздей и осторожно отогнул её в сторону, – если эти псы вообще натасканы на запах, то на людей или «зеленушек». Никто в здравом уме и твердой памяти не будет ждать ночного визита эльфа на портовый склад.

– Можно подумать, кто-то ждет ночного визита Ночной Гвардии, – пробормотала я, протискиваясь в дыру следом за лейтенантом. – Хранители закона и порядка, верные стражи и опора трона Её Величества крадутся по следам шайки гоблинов. Расскажи я такое в Лесу, мне даже букашки не поверят.

Ближе всего к забору высились антрацитовые кучи. Возможно, «угольный двор» здесь устроили в качестве своеобразной защиты от случайных воров – набивший мешок углем уже не полезет дальше, к более ценным товарам. А если все же полезет, поскальзываясь на осыпающихся склонах, ударяясь об острые грани, по макушку измазавшись в угольной пыли…

– Куда дальше?

– Что в этих тюках? – задал встречный вопрос брат Винсент.

В небе очередное гонимое ветром облако скрыло Сэльг, а узкий серпик Айи позволял различить лишь смутные очертания штабелей вокруг нас.

– Справа мешки с уже знакомым нам углем, а-апчхи! – нос от пыли заложило. Даже прочихавшись и просморкавшись, я не сразу определилась насчет источников иных ароматов. – А слева тюки с кожами, снизу слегка подмоченные. Ну или прямо под штабелем сдохло что-то большое.

– Кожа, кожа… – брат Винсент задумался. – Нам прямо и после второго ряда тюков с шерстью направо, к «таможенным» складам. Нас интересует номер одиннадцать.

– Они же на ночь заперты и опечатаны!

– У здешних таможенников печать можно просто вырезать ножиком из деревяшки за пару минут. Говорю же, – пренебрежительно добавил брат Винсент, – они тут не перетруждаются.

Следующие полчаса самым наглядным образом доказали ошибочность данного утверждения. Упустив гоблинскую шайку, ночные сторожа отправились прочёсывать складскую территорию явно надеясь отловить еще каких-нибудь незадачливых воришек и оттоптаться на них сразу за двоих. Пришлось играть с ними в прятки между рядами бочек и ящиков, приближаясь к намеченной цели очень кружным путем. К моменту, когда мы оказались у нужной двери, я промокла, замерла и почти простудилась.

– Прикрой меня, надо посветить! – Аллан распахнул шинель, закрывая слабый огонек спички. – Ага… один замок готов, сейчас будет… о нет!

– Что, твоя копия ключа не подходит?!

– Хуже. Ключ сломался прямо в замке. Должно быть, перекалил заготовку, стала хрупкой.

– Ясно… – отодвинув брата Винсента в сторону, О’Шиннах помедлил, а затем схватился за замок… и рванув на себя, вырвал «с мясом» петлю!

– Путь свободен!

– Что ты наделал!

– То, что ты не сделал, – прошипел Аллан, сгребая меня и монаха, и вталкивая в распахнутую дверь. – Давай быстрее.

– Сейчас… Фейри, вы здесь?

– Кажется… да.

Таможенный склад номер одиннадцать, как и его соседи, предназначался для хранения товара, облагаемого специальной акцизной пошлиной. Дальнюю его часть занимали пузатые бочонки с винами, а ближе…

Сделав глубокий вдох, я буквально растворилась в накатившей волне ароматов. Кедр, сушеный изюм, ноты жженого сахара – в нескольких ближайших ящиках лежали сигарные листья. Виноградно-фруктовый, с примесью муската второй сбор легендарного «чайного шампанского». Запахи пьянили, кружили голову, заставляя позабыть про время, место, все на свете. Легкая сладость и орхидея, привкус какао, за ними сухой дымный привкус костра. Это все чаи, но еще несколько шагов и меня вновь захлестывает пряная резкость дорогой табачной смеси.

Наверное, кошки примерно так же реагируют на настойку валерианы.

– Фейри… очнись!

Внезапно я оказалась на дальнем конце склада, обеими руками вцепившись в жестяную банку с «черной сливой».

– Понимаю твои чувства, – тихо произнес Аллан, – только мы пришли сюда не за этим. Пойдем, Винсу нужна помощь.

Боевой монах ждал нас посреди помещения, возле небольшого штабеля тюков и ящиков на деревянных салазках.

– Где-то здесь, – брат Винсент указал на середину штабеля, – по документам лежит партия «имперского апельсинового» чая. Элитный сорт, первая категория… и, разумеется, очень тщательная упаковка.