Развод. Приручить Бандита (СИ) - Лакс Айрин - Страница 27

Вернуться к текущим проблемам, гулять с подружкой, вздыхать, когда сердце замирает в груди от очередной смски любимого, не воспринимать всерьез бубнеж Яны, мол, ты пожалеешь, ты обязательно пожалеешь, все мужики козлы, вот мой бывший… Потом вместе костерить ее бывшего и соглашаться, что таких, как он, больше не делают, просто эталонный мудак, и как только его земля носит…

Славно же было! Славно? А сколько в этом было лжи и слепоты?

Почему иногда в сладкой паутине обмана жить проще и легче, чем с правдой, которую не то, чтобы унести, но даже просто на миллиметр сдвинуть не в силах?

С Яной мы теперь не общаемся. Пытались, но… она мне простить не могла тех же слов, которые она сама мне постоянно адресовала. Простого предупреждения и легкой усмешки и потом легкого негатива в адрес Лося. Грудью встала на его защиту, и о дружбе забыла. Как забыла и о том, что Мирона она сама обзывала в десятки раз похлеще, но я делала ей скидку на разочарование в мужском поле. Просто она сама делать скидок не умеет, как и входить в чужое положение, смотреть на мир чужими глазами…

— Варвара, пожалуйста, не упрямьтесь. Мирон, реально, не может приехать. Он с меня семь шкур спустит, если я вас домой не отвезу! А мне еще в больницу… надо успеть! — выдает в сердцах.

— Что с Мироном?

— Не с Мироном. С Яной. На сохранение положили, — выдает, сделав страшные глаза. — Только никому. Это секрет.

— Яна беременна?

Лось кивает.

— Мдаааа… Далеко у вас зашло «просто занес кроватку». Может быть, просто занес в… кроватку? О предохранении, кажется, не слышали?

— Зачем вы так? — хмурится. — Сами же беременная.

— Аааа… Ой, как нехорошо-то, да… Когда вас самих что-то касается… Ой-ой-ой, что это… У тебя над головой! — пальцем показываю. — Мешок какой-то! Пыльный! Кажется, тебя им сейчас по голове трахнет. Осознанием…

— Вы едете?

— Нет. К Яне езжай.

— Мирон меня убьет.

— Я Мирону сама позвоню.

— Он не ответит.

— А что так? Стрелка? Переговоры?

— Нет. На таком я бы присутствовал.

— Ну, значит, бляди… — развожу руками. — В загул пошел.

— Может быть и пошел, — соглашается Лось. — Сколько можно мужика шпынять? Он не железный…

— Мне плевать.

Однако Лось не унимается.

— Он же ни с кем. Ни с одной. Вас ждал…

— Ты свечку, что ли, возле его причиндалов держишь? Должность у тебя такая?!

— Ждал, ждал и… наверное, понял, что ждать не стоит. Вот и…

— Я еще раз сказала, плевать мне! Пусть хоть весь город перетрахает! — повышаю голос. — Пошел вон.

— Что-то вы больно злая стали, Варя. Для той, кому плевать....

Глава 52

Варя

— У тебя, кажется, любимая… на сохранении. Реально любимая? — усмехаюсь в лицо бугаю. — Или так, просто соска, как вы говорите.

Лось злится. Аж повело. Кулаки сжал.

— Ой, какие мы грозные! А что не так? Правда глаза колет?

— Не просто! Все серьезно!

— Вот и шуруй к ней, если не просто соска, и молись, чтобы все было хорошо. Если это важно, конечно… А то кто вас знает… В глаза заливаете, а за глаза… За спиной… Как последние..

Хотела добавить, мрази, но передумала.

— Как последние мудаки себя ведете! И всем дружкам расписываете, мол, это просто для члена очередная…

— Все не так. И я не расписываю! И… — Лось пыхтит. — И почему вы такая злая стали? До сих пор из-за того… обижаетесь? Что плюнул? Не прав был! — трет челюсть. — Мирон мне за это уже все зубы в челюсти пересчитал.

— А если бы не пересчитал.

— Я был неправ. Поспешил. Хотите, тоже мне в рожу плюньте? Если полегчает.

— И что это изменит? — смеюсь. — Нашел верблюдицу! Все, отстань.

— И Яна тоже злится. На себя злится, но… Не знаю, как это у вас, баб, так получается. Злиться на себя, но обижаться на всех. Она неправа, но признать не умеет. Вот.

— Сами и разбирайтесь. Чего вы все ко мне пристали?! — повышаю голос. — Не трепите мне нервы. Надоели.

Однако Лось не унимается, топчется на месте, продолжая бубнить:

— Я должен вас отвезти. Домой.

— Не поеду.

Довольно.

— Уходи. Оставь меня в покое…

Тут лягу поспать… Моя поясница, конечно, взвоет! Что за упрямство глупое? Кажется, я уже саму себя перестала понимать.

Едва не плачу, мне надо, чтобы Мирон был рядом, и все. Пусть даже так, как сейчас, но рядом. Куда этот козел намылился? К очередной? Так не терпится, да? Ненавижу его за то, что он такой…

— Я знаю, где Мирон отдыхает. Можете еще успеть…

— Что? Вытащить его из трусов шалавы? Ха… Велика честь!

Стучу пальцами по столу…

Сам виноват. Не пытался же приблизиться!

Ладно, в самом начале я бы сама при попытке приблизиться, голову бы ему откусила… Когда я была напугана, обижена, когда все нервы обострены!

Но потом… Когда эмоции улеглись, когда получилось признать, что мы с ним оба правы и неправы одновременно, что жизнь сложнее, чем нам хотелось бы, что здесь, в каких кругах Мирон вращается, вообще очень легко потерять человеческий облик, а он… с принципами и попыткой не утонуть, заботится о нас с малышкой, как умеет.

Все эти долгие месяцы он меня ни обнять, ни поцеловать. Ничего не пытается.

Живем вместе, как соседи. Я присутствую там, где нужно. Все кругом знают, что я его жена..

О ребенке он постоянно интересуется. Внимательный, как посторонний…

Но в нем нет ни капли вот этого внимания и мужского интереса ко мне…

Его максимум — подать мне руку, когда я встаю или вылезаю из машины. Подать руку и приоткрыть передо мной дверь.

После прочих нечаянных и чуть более откровенных прикосновений Мирон шарахается от меня в сторону.

Как от чумной или прокаженной.

Наверное, я совсем непривлекательная стала.

Ну да, вес набрала. Живот круглый… Как арбуз!

И чего я жду? В зеркало себя не видела, что ли?

Я… как дура… еще нарочно в полотенце по квартире ходила этим утром, пока он не ушел.

Без белья, но в коротком полотенце.

Якобы одежду взять забыла.

Забыла, конечно.

Нарочно…

Забыла одежду, ходила, искала, наклонялась, насколько мог позволить мой круглый живот.

Ноль реакции!

Мирон сидел мрачный, даже не шелохнувшись, а теперь вообще не появляется.

— Ухожу, — оповещает Лось.

Уходил бы поскорее.

— Мирон дерется, — добавляет его помощник, закрыв дверь.

Бесят!

И это не я кричу вслед, неуклюже привстав:

— Что-что он делает?

Глава 53

Варя

— Мирон меня убьет. Мой сын останется сиротой. Папку не увидит… Даже без моей фамилии… Мы ведь не расписались… — причитает вполголоса Лось. — Я еще не предлагал, а теперь и не успею.

— У тебя сын будет?

— Да.

— И как ощущения?

— Рад, — отрезает. — Это лучшее, что могло со мной случиться. Вот только теперь… — сглатывает.

Его голос в очередной раз заглушают клекот возбужденной толпы.

Здесь темно, напарено, воняет…

Воняет толпой, которая взбудоражена. Воняет запахом адреналина, пота и предвкушения. Смрад духов и выпивки…

— Вот теперь меня Мирон точно убьет, — заключает Лось.

— Сам вызвался меня отвезти, так что не ной.

— Беременной женщине здесь не место.

Я осторожно иду сбоку, спускаюсь к самой клетке, где скоро начнется новый поединок. Бои… Не спортивное мероприятие, а так… просто любительский мордобой в определенных кругах.

Но с правилами. Правила Мирон любит.

Я не сразу это поняла, но у него есть целый свод своих правил, которые он старается не нарушать сам и следит за тем, чтобы их не нарушали. Так, он против наркоты и всем, что с ней связано. Тем более, против, чтобы наживались на детишках, а его хотели притянуть именно к этому…

— Так и не вез бы, чего разнылся.

Последние несколько ступенек.

— Босс приказал, отвези, куда скажет. Одну не оставлять. Без присмотра. Вот поэтому мы здесь.