Лесные братья (СИ) - "Джек из тени" - Страница 35

Гэндзи сверлил лисицу взглядом, но молчал, пытаясь выкрутиться из, мягко говоря, щекотливой ситуации. Последний раз пленником он был девять лет назад, зарёкшись лезть в авантюры, откуда тебя могут вынести вперёд ногами. Но в этот раз сумма золотом и увещевания старых знакомых дали плоды.

Ему предлагали серьёзное дело, после которого можно спокойно почивать на лаврах и вести безбедную жизнь, управляя целым городом. Для этого нужно было быстро охмурить наследницу Морозова, которой оказалась по стечению обстоятельств Мидори Ито. Как только самого Влада объявят покойником, быстро вступить в права на все активы и продать нужным людям. Места среди живых для Мери и Мирры, разумеется, не оставалось.

Главная скрипка этого действа был артефакт, подавляющий волю. Достаточно было провести с Мидори примерно полтора часа, чтобы лиса стала полностью зависимой в решениях от Ямато на ближайший месяц. Дальше дело техники, всё было не раз отработано. Окружение быстро вычищалось, дружина распускалась, полностью замещаясь бойцами Гэндзи. В итоге жертва оставалась одна, а жизнь её была короткой.

Вот только его столичный покровитель не счёл нужным уведомить Ямато, что все предыдущие попытки проникнуть в имение были неудачными. А силовое крыло рода даже после «отъезда» Морозова было сильнейшим в округе.

В тот момент, когда за Мидори открылась дверь, в которую с трудом по одному вошли двое помощников того старичка, Ямато понял, что лучше заложить всех, чем молча орать. Лис вспомнил, его бойцы с ужасом рассказывали, что у Кодама есть палач, обладающий даром менталиста, в тысячу раз усиливающий страдания жертвы. Но при этом никто не услышит твои крики, поэтому тебя могли разобрать на запчасти прямо напротив здания стражи.

— Уверен, я смогу тебя заинтересовать — сглотнув тягучую слюну, промямлил Ямато — ты узнаешь многое про врагов Влада Морозова.

— Только давай без лишней агитации, что эти знания должны бросить меня к твоим ногам — снова усевшись на стульчик, сказала Мидори.

* * *

— То есть Гэндзи продался с потрохами, заодно решил потешить своё эго, узнав, что ты входишь в род? — уточнила Хикари, выслушав рассказ о новых гостях.

— Что-то вроде этого — кивнула Мидори — но больше всего меня волнует маркиз Вустер, правая рука герцога. Никто из нас не сможет прийти на приём и пожаловаться на попытку захвата собственности.

— Это верно, маркиз слишком публичная фигура — кивнула Хикари — но есть и другая сторона медали. Этот тип не может выйти из образа добропорядочного и законопослушного. А значит, не будет никаких официальных претензий, чтобы мы не сделали.

— Что это даёт нам в обозримом будущем? — скептически спросила Мидори.

— Гвардия Морозовых может действовать максимально жёстко. Каждый раз, когда в ваш дом залезут непонятные личности, их тела без проблем можно будет сложить возле ворот маркиза, а после спросить, не в курсе ли он, откуда взялись очередные наёмники — аргументировала Хикари.

— Это вызовет открытую войну — ужаснулась молодая лиса.

— Но только так вы сможете поставить точку в конфликте интересов — спокойно сказала Хикари — да, крови будет много, мы будем оплакивать многих. Но это цена спокойствия на следующие несколько лет. Никто не посмеет вас тронуть, когда сможете условно оторвать маркизу хотя бы одну руку. А через пару лет, если доживёте, единственным соперником для вас станет герцог.

— Ты так уверена в своих словах, будто всё это было в твоей жизни — уныло сказала Мидори.

— Разумеется, милая моя. Я слишком долго живу, поэтому не раз видела подобное — печально ответила Хикари — всё идёт по кругу. Но сейчас вам повезло, мы все заперты в Долине, а значит, рано или поздно ваши враги закончатся. Главное — себя не потерять в этой мясорубке.

— Предлагаешь бить первой? — вздохнула девушка.

— Внученька, ты же девочка — наставительно ответила старая лисица, на что Мидори хмыкнула, многозначительно посмотрев на бабушку — оставь это мужикам. Твоя задача в том, чтобы всё осталось примерно в том же виде, как и до отъезда Влада. Будь тихой, умной и злопамятной. Запомнила, кто сделал гадость, тихо закопала, сделала отметку в ежедневнике.

— Вот это всё мне говорит один из лучших мечников этого столетия? — бровь Мидори поднялась сама собой.

— Это другое — тут же возмутилась Хикари — я не виновата, что по молодости мечом махала больше, чем лечила. Случайно вышло.

— Да-да, я наслышана — честно смотря в глаза бабушке, сказала Мидори — тяжёлое детство, неполная семья из семнадцати лисиц, плохое воспитание. А главное, учитель по фехтованию тот ещё мудак, но при этом лучший из лучших, про компанию ужасных друзей вообще молчу. Куда ни плюнь, то герой своего народа, то маг, обладающий тайными знаниями.

— Вот всем так и рассказывай — улыбаясь, закивала Хикари — но только первую часть.

* * *

— Давай, не томи. Не хочу думать о том, что мы припёрлись в такую даль посмотреть на пустые стены — передо мной стоял запыхавшийся волк.

— Это тот самый отряд, за которым вы следовали до Эринора — радостно сообщил Амарог— из местных примерно пять сотен, при условии, что все казармы заняты.

— То есть до двух тысяч эльфов и примерно столько же наймитов из криминальной среды? — уточнил Манрок.

— Это максимум — подтвердил Амарог.

— Заходим с южной стороны, отсекаем часть лагеря с пленниками? — прилагает Рагмаш.

— Если грамотно разыграем эффект неожиданности, то должно получиться — соглашаюсь с орком.

— Тогда отдых. На позициях необходимо быть затемно, чтобы на рассвете зайти в гости — подытожил Манрок.

Лагерь противника спал, патрули были, но службу местные несли достаточно беспечно. Волки без особых проблем зачистили пространство перед нами.

Медленно, но верно, мы охватывали расположение эльфов. Но чем ближе подходили к загонам с пленниками, тем больше было моё беспокойство. Что-то сильно тревожило меня, но причина была неясна.

— Передайте приказ всем остановиться — все удивлённо смотрят на меня — я сам схожу к лагерю.

— Есть причины для беспокойства? — нахмурился Амарог.

— Вот это я и хочу узнать — кивнул волку.

* * *

— Не понимаю, чего нагоняешь волну, всё в порядке — ворчал Амарог — охрана на месте, в пределах разумного. Пленники на месте.

— Сиди здесь, пока не рассвело, подойду ближе — отвечаю волку.

Аккуратно спускаюсь с небольшого холма, откуда мы наблюдали за лагерем. На самом деле забор здесь не сильно высокий. Само осознание, что ты у чёрта на рогах и бежать нет возможности, делает куда больше чем кандалы.

Подождал когда патруль скроется за поворотом, обхожу барак и заглядываю в окно. Сердце пропустило удар.

Разумные всех видов были здесь. Но внутри никто не спал, не готовил завтрак, не жаловался на свою жизнь. В здании рассчитанное хорошо, если на сотню проживающих, было забито битком стоящими вплотную друг к другу телами. Дышат через раз, у некоторых открыты глаза, в них пустой взгляд.

Возвращаюсь тем же путём, не останавливаясь, подаю знак следовать за мной.

— Что случилось? — напрягся Манрок.

— Немедленно уходим, соблюдаем режим тишины — отвечаю орку — если нас нагонят, сразу труби сигнал о возможном окружении.

Движемся обратно так быстро, насколько позволяет лес. Оставляем за спиной наши патрули, останавливаем движение основных сил.

— А теперь подробнее, что ты там увидел — потребовал Манрок.

— Димэль переступил черту второй раз — начал я свой рассказ — первый раз, когда завёз в Стреклинд старого уродца, который в итоге подчинил себе огромный район города. Все, кто там жил, стали послушными куклами. За сутки было убито больше пятнадцати тысяч. Сейчас там, в бараке, стоит несколько сотен таких же, а значит, весь лагерь забит проклятыми.

В небо с трёх сторон от места остановки взмыли в небо горящие стрелы, сигнализирующие о наступлении противника.