Сложности любви чешуйчатых гадов. Академия для Палача (СИ) - Вельская Мария - Страница 37

Вот и дерево с узловатыми толстыми ветвями. Закрыть кое-как досками дыру на крыше – не сразу найдут – и вперёд.

Когда мы, наконец, оказались на земле – через три дока от нашего сарая, я уже еле дышала.

Пот катил градом, руки и ноги дрожали и подкашивались, и мне пришлось опереться о стену, чтобы хоть немного перевести дух.

Над нами сгустились тучи. Клубились темными рваными протуберанцами, стреляли искрами молний.

Кажется, где-то в городе уже начался дождь.

Я устала. Ломило тело, кружилась голова, а во рту набирал силу солоноватый привкус крови.

Только лапки откидывать – не в моих правилах. Нужно выбраться отсюда, не попасться никому и добраться до Академии. Попадаться страже на глаза в таком виде нельзя. Нет уверенности, что и там не найдутся причастные к происходящему.

– Кусь. Хочу! Бегать-лапы-трудно, – заскулил в моем разуме дракончик.

Малышу было тяжело поддерживать такую крошечную форму, но вес двоих я бы не вытянула.

– Потерпи ещё немного, Кусик. И я тебе и акойи куплю, и свежих ширши, и даже парного мяса горного ларка! – Начала соблазнять мелочь деликатесами.

Голос предательски срывался.

Ноги дрожали, оскальзывались, но я шла вперёд, снова и снова шепотом успокаивая обоих детей.

Мальчишка ерзал за спиной, но сидел тихо, сопел и иногда дёргал меня за волосы, играясь.

Серые стены доков сливались в одну линию, несколько раз пришлось прятаться чуть ли не лицом в грязь, чтобы избежать столкновения с местными.

Драконенок за спиной начал хныкать – пока тихо, но успокаивать его было все сложнее.

Мрак, лучше со стаей нежити сразиться.

Я не позволяла себе упасть в безысходность. Тяжёлое дыхание, липкий пот, что заливал глаза, ледяные босые ноги – в царапинах и ссадинах.

И, как апофеоз всему – рванувший с небес ливень. Ледяные плотные потоки воды, которые заставили задохнуться, замедлиться, потерять осторожность...

Тут-то все и случилось.

Я как раз заворачивала за угол невысокого трёхэтажного дома. Здесь было тихо, припортовая зона осталась позади, мы, можно сказать, выбрались в город – я расслабились.

Этих людей я не сумела заранее ни увидеть, ни услышать, хотя на острый слух не жаловалась.

Мы просто столкнулись лбами посреди улицы.

Я – полуголая растрёпанная девица – хуже местных жриц любви на вид, да ещё и с ребенком за спиной. И они – пятеро заросших мужиков в плотных темных плащах из дорогой магический ткани.

Возможно, мы бы разошлись благополучно в разные стороны. Если бы не одно «но».

Это уже потом я поняла, что не должна была их и вовсе видеть – на них были недешевые амулеты. А в тот момент измучилась, прохлопала. Уставилась ближайшему в глаза – угрюмо и устало.

И увидела, как недоумение в чужих глазах на выкате, сменяется опаской и яростью. Их заметили! Да кто!

– Глуши эту ш... – Хриплый быстрый приказ.

Я еле успела шарахнуться в сторону.

Драконенок разревелся.

Пятки проехались по мокрым камням – и в незащищенную кожу впилось что-то острое.

Я вскрикнула, взмахнула руками, пытаясь вернуть себе равновесие.

Воин всегда должен быть в равновесии. Воин не упадет, не останется бессильно лежать на земле. Нога легко нащупает нужную опору. Но я ослабла – или была излишне самонадеянна.

Что же вы так неласковы, лесы, а? А как же вежливость? Нет, чтобы леди пропустить вперед?

С пальцев сорвались тусклые зелёные искры.

Они впились в живот ближайшему бандиту, отчего тот дико и страшно закричал вдруг, скорчился – и упал на землю, покатился волчком, раздирая на себе одежду с немыслимым остервенением.

Увы, удача была не на моей стороне.

Упала я неудачно – разбила колено, а следующий безжалостный удар опрокинул на землю навзничь. Я еле успела развернуться и упасть грудью на мостовую, чтобы не придавить ребенка.

– Вот же дрянь, ещё и магичит! Кончай ее, Норс, мы опаздываем на корабль, – донесся до меня злой голос, – Курх не жилец.

Перед глазами хлюпала зловонная лужа. Драконенок-ребенок перестал плакать и только громко икал – бедняжка мой невезучий.

– А этого куда? – Второй голос сипел.

– Возьмём, продадим кому, можно неплохо золотишка отгрести, – спокойный ледяной ответ.

Я притихла, пытаясь понять – смогу встать? Нет? Если бы не ребенок, то...

Ребра обожгло болью. Чужой сапог врезался с силой, вымещая на мне злость. Удары посыпались один за другим, перед глазами потемнело.

Бесполезная дура! Сбежать от тварей, чтобы окончить свою жизнь жалкой нищенкой в подворотне?

Нет. Все силы потрачу, вычерпаю жизненную энергию до конца, но вы, твари такие в человеческом обличье, живыми отсюда не уйдете!

Моя кожа начала приобретать странный оттенок цвета эбенового дерева. Показалось, что пальцы стали неловкими деревяшками, а сквозь меня прорастают древесные корни, стремясь вскрыть каменную кладку...

– Дяденьки, а что это вы делаете, а? Разве вам не говорили, что маленьких нельзя обижать? – Звонкий мальчишеский голос разрезал тьму, заглушил собой шум дождя.

И мне не нужно было быть магом, чтобы ощутить мощный флер магии фэйри, который удушающе сладкой плитой лег на землю.

– Ещё один, – в голосе главного послышалось нескрываемое раздражение, – кончайте живее, мы уже опаздываем, идиоты!

– Пок, малец непростой, – нерешительно вставил один из бандитов.

– Дядя фей, спаси нас! – Вдруг громко и отчётливо заголосил на моей спине драконыш.

Поразительно отчётливо!

Я ощутила занесенную над нами руку и магию чужаков.

А в следующий миг флер незнакомца сжался нежной удавкой, распростерся карающей дланью над всеми нами. Хрипы. Шипение. Ругань. Мольба.

– Разве вам не говорили, что бедным ворюгам и несчастным контрабандистам лучше сбиваться в большие стаи и не влезать в чужие дела? – Звонкий дивный голос лился ужасающей жестокой песней.

Она струилась и текла, и обвивала сердце змеёй.

Голос стал неуловимо взрослее и увереннее, а потом...

– Закройте ушки, малыши. Сейчас будет немного страшно, – растекся, раззвенелся фэйри колокольцами.

А в следующий миг я выпала из происходящего. Все было на уровне каких-то смутных образов и ощущений.

Удар. Отступ. Поворот. Блики крови. Мечущиеся тени. Длинные острые когти и наползающие из ниоткуда лианы.

И магия. Невероятно мощная, ослепительно вкусная фейская магия, которую хотелось вдыхать в себя снова и снова. Как будто мы замерли посреди огромного вечнозеленого леса, по стволам деревьев-великанов пляшут солнечные блики, жмется к корням синий мох и лениво порхают огромные бабочки.

И запах! Этот упоительный запах свежести, который обнимает тебя с ног до головы. Мох и хвоя, настоявшаяся в низине вода. Жёлтая серебрянка. Медовый привкус и толстые шмелиные жопки в кивающих лиловых колоколах цветов.

Как же...

– Ну надо же, какая встреча. Эксперимент Ядовитого шипа, если я не ошибаюсь... – Мелодичный голос ужалил змеёй – и я очнулась.

Над переулком сомкнулся дождь, но до нас не долетела ни одна капля.

Надо мной склонился дивный.

Старший сидхе. Глубокие раскосые глаза, а в них – ни белка ни зрачка – тьма изумрудная. Тонкие крылья носа, бледно-зеленые вены и прозрачная светящаяся кожа.

Волосы изменчивой серебряной волной ниспадали ниже пояса.

Одет просто, неброско. А на виске отчётливо виднеется выжженный сложный звездный круг, рассеченный цветком папоротника и веточкой неизвестной мне травы.

На его руках лежал крепко спящий малыш. Рядом раздавалось жалобное урчание. Кусь? Но даже повернуть голову казалось непосильной задачей.

– По правилам я должен бы тебя уничтожить, отродье, – засмеялся дивный.

И настолько древен он, что не понять – играет ли – или уверен в том, что все в этом мире сойдёт ему с рук.

– Ну, давай, что же не добил? – Хрипло засмеялась в ответ.

Как прелестны эти разглагольствования. Я знаю, что ты знаешь, что я знаю... Но никто не признается, да?