Иди на мой голос - Ригби Эл - Страница 29

Видя, что внимание хищника отвлечено, я схватил камень и с силой швырнул в полосатую спину. В момент, когда тигр с рыком развернулся и толкнулся лапами от земли, я нажал на курок несколько раз подряд, выпустив сначала две пули в грудь, затем еще одну. Это не был прицельный выстрел, но мне повезло: направленный отдачей, он попал в голову.

Секундно застыв в воздухе, зверь рухнул вперед, на меня. Клыки прошлись по ключице, но могучее тело уже обмякло. Из горла хищника вырвался последний хрип, пахнуло сырым мясом. Когтистая лапа вспорола мох в паре дюймов от моего лица.

Настала тишина, нарушаемая лишь рваным дыханием Нельсона и всхлипываниями мисс Эрроу. Девушка поднялась, приблизилась к сыщику и дрожащими руками вцепилась ему в локоть. Я лежал, не двигаясь, глядя в небо за стеклянным потолком, будто оцепенев. С усилием я поднял руку, чтобы привычно коснуться висящего на шнурке… да, именно клыка и именно тигриного. Шнурок порвался – там, где могли сомкнуться челюсти.

– Вы такие храбр…

Мисс Эрроу не успела закончить. Мы забыли, что тигров должно было быть двое. Нарастающее рычание снова загремело в воздухе.

Художница уже не закричала, а только жалобно, как щенок, взвизгнула. Она наверняка понимала: раненый Нельсон ее не защитит. Я дернулся. Мертвая туша прижимала меня к земле. Я пытался спихнуть ее, но беспощадно осознавал, что не успею: из зарослей всего в десятке футов от сыщика и мисс Эрроу взметнулся второй зверь. Казалось, время замедлилось, я разглядел даже прилипшие к оскаленной пасти окровавленные птичьи перья… Целиться было некогда. Я вновь вскинул револьвер из лежачего положения.

Раздавшийся выстрел был тихим. Его сделал не я.

С пробитым затылком зверь завалился набок, у ног Нельсона. Лапы конвульсивно дергались, хвост мотался, бока рвано вздымались. Лоррейн сделала несколько шагов и добила тигра вторым выстрелом. Несколько секунд она мутно смотрела на поверженное животное и наконец обратила взгляд на нас.

– Мисс Белл?

Герберт пытался отдышаться. Луна Эрроу все еще цеплялась за его локоть.

– Она была права. Вы чертовски предсказуемы.

С этими странными словами Лоррейн приблизилась к Падальщику и, мягко отстранив мисс Эрроу, взялась кончиками пальцев за его окровавленное лицо.

– Хотя бы глаза на месте. Я не думала увидеть вас живым.

Он выпрямился. Неожиданно я заметил, что он усмехается.

– Для опиоманки вы хорошо стреляете.

– О, какой изысканный комплимент от несостоявшейся тигриной закуски. – Лоррейн только фыркнула. Она совершенно не скрывала облегчения. – Я очарована!

Дин Соммерс, бледный и какой-то тихий, уже освобождал меня от тяжести тигриной туши. Руки у молодого полицейского тряслись, на ладони я заметил припухший след. Едва меня перестали пригвождать к земле, я с наслаждением сел. На рубашку закапала кровь с пораненной шеи, но даже этому я не придавал сейчас значения.

– Спасибо. – Я всмотрелся в констебля. – Ранены? На обыске что-то случилось?

– Ерунда, – улыбнулся Дин. – Меня укусил какой-то жук с голубым панцирем, видимо, ядовитый. Не очень хорошо себя чувствую, даже не мог стрелять, и…

– С голубым панцирем?!

Холодная волна ужаса накрыла меня, но ничего сказать Герберту я не успел. Откуда-то – неясно, из зарослей ли, с дерева, с самого неба, – раздались аплодисменты. Пять или шесть тяжелых хлопков ладоней. И низкий женский голос приказал:

– Прекрасно. А теперь убей их, Дин Соммерс.

В доме мистера Эрроу Дину стало дурно: закружилась голова, поплыли перед глазами предметы и лица. Но отпустить меня в Оранжерею одну он упрямо отказался, даже несмотря на то, что сам помощник министра навязался с нами и снял со стены старое, времен индийской службы, ружье. Кэб, в который мы с Дином сели, все же опередил омнибус, где ехали Эрроу и полицейский наряд. Уже скоро мы с Соммерсом перебрались через ограду Кенсингтонских Садов, проскочили аллею и вошли в огромную Оранжерею. Тяжелые цветочные запахи и влажная духота доконали Дина: он покачнулся и схватился за какую-то лиану, тут же потянувшую к нему побег. Я схватила констебля за рукав.

– Не надо. Мало ли, что тут растет… идем скорее.

Мы долго продирались сквозь заросли. Упираться тростью в мох было неудобно; моя нога, начавшая ныть, после того как я преодолела ограду, болела все сильнее. Я хмуро молчала, изредка поглядывая на ковылявшего следом Соммерса. Тревога нарастала. Наконец я не выдержала тишины.

– Как думаешь, с ними все в порядке?

– Так волнуешься за Нельсона?

Сообщить, насколько подозрение нелепо, я не успела: раздалось выстрелы. Схватив трость под мышку, я кинулась на звук. На Дина я не оборачивалась, сердце колотилось где-то в горле, зато боль словно притупилась. Или я забыла о ней, несясь так, что растения превратились в сплошное пятно. Я бежала, молясь о том, чтобы успеть. Я успела.

– Для опиоманки вы хорошо стреляете.

Стоя рядом с окровавленным Падальщиком и льнущей к нему художницей, я облегченно засмеялась: с сыщиком явно все было в порядке. Дин помогал Артуру, которого пригвоздил к земле труп тигра. Мисс Эрроу, тяжело дыша, со страхом посмотрела на меня.

– Все… кончилось?

– Надеюсь. Главное, все живы.

Нельсон вдруг ухмыльнулся и тоже уставился на меня в упор.

– Правда волновались?

– Потому, – беря себя в руки и даже стыдясь непонятной тревоги, парировала я, – что иначе мать заподозрила бы меня еще и в вашем убийстве.

За нашими спинами переговаривались Дин и Артур; голос Соммерса звучал сдавленно, и я снова начинала волноваться. Надо было отправить его в госпиталь; теряя время, мы рисковали. Я уже отступила от сыщика, собиралась окликнуть Дина, когда хриплый голос прорезал тропическую тишину:

– Прекрасно. А теперь убей их, Дин Соммерс.

Мгновение – и Артур шарахнулся в сторону. Там, где он только что был, кулак полицейского прорубил воздух. Дин более не выглядел больным и усталым, наоборот, движения приобрели резкую отточенность, вообще не свойственную его манере драться. Соммерс точно обратился в подобие демона: кожа обтянула череп, рот свело в бессмысленном оскале, глаза застыли. Он нанес второй удар и с легкостью отшвырнул Артура. Врезавшись лопатками в дерево, токсиколог успел закрыться и спасти челюсть от перелома, но на новом ударе упал. Все казалось тем более диким, учитывая, что комплекцией Соммерс ему уступал.

– Дин! – закричала я. – Спятил?

Нельсон выхватил у меня револьвер и прицелился. Я повисла у него на локте.

– Нет!

– Герберт, это скарабеи! – крикнул Артур, приподнимаясь на локте. – Он…

Нельсон дернул руку вниз; я, поняв, что он собирается сделать, снова впилась в него. Прогремел выстрел, пуля распорола мох в паре дюймов от ноги Соммерса. С силой отпихнув сыщика, я пошла вперед.

– Дин. – Я мягко протянула руку. – Ты слышишь, я знаю. Это я, Лори. Дин…

Он, не мигая, смотрел на меня. Голубые глаза широко распахнулись, в них, кажется, блеснули слезы. Он все понимал. Ему было страшно. Моему Дину было страшно, не менее страшно, чем всем нам. Я чувствовала и должна была его спасти. Мой голос окреп.

– Вот так… не делай…

Я шагнула снова. Его рука метнулась к кобуре, но я не остановилась. Я не верила. Дин не выстрелит в меня, не сможет, не…

«Это мой смысл. Мой выбор. Это – правильно».

За щелчком курка в голове раздался взрыв. Вот так умерла и Хелена. Вот так…

– Никогда не ведите переговоров с зомби! – прошипели у самого уха. Ценный совет.

Я была права: меня не застрелили. Но только потому, что Нельсон в последний момент кинулся наперерез, опрокинул меня и прижал к земле. Я слабо лягнула его.

– Не называйте так Дина!

Выпущенная пуля задела плечо Луны Эрроу. Та даже не закричала: силы оставили девушку, и она просто лишилась чувств, рухнула навзничь. Дин сделал к ней пару шагов, все еще держа пистолет поднятым, но Артур, шатаясь, уже приближался к нему со спины.