Сложности любви чешуйчатых гадов-2. Любовь для Палача (СИ) - Вельская Мария - Страница 69

Купол исчез. Адептов в зале стало заметно меньше. По периметру рассредоточились тени.

Уже без всякого трепета я шагнула к помосту под ровное:

– Шаан'Соэн Элъяаннэ.

Вот только произнёс эти слова Моршерр.

Тварь-лорд замер у подножия лестницы, ведущей на иллюзорный балкон.

Посмотрел мне в глаза. И произнёс:

– Блестящий результат экзаменов, Льяна Шаан'Соэн. Второй лучший результат в этом потоке. Факультет боевой магии. Направление: магия тьмы. Узкая специализация... – "эмпатия" – прозвучало в моём разуме, – о ней с тобой поговорит твой официальный куратор. Поздравляю, адептка! Вы зачислены на третий курс академии Мойэраати.

Моршерр Декерет обхватил мою ладонь своей – и отвёл в сторону от небольшой толпы адептов.

Золотые искры скакали по нашим плечам и лицам. Где-то слышался смех древнего бога.

Камень, который незыблемой плитой лежал на сердце с того момента, как в этом мире я осознала себя, рассыпался прахом.

Прохладная ладонь обхватила меня за талию, крепче прижимая к телу мужа.

Тварь была счастлива. Я... Это было все, чего я желала. И всё, о чем даже помыслить не могла.

Я не слишком хорошо умела говорить о чувствах – наверное, это всё врождённая вредность старой кошелки с Земли. Но зато я точно знала, что никогда не смогла бы обрести больше, чем сейчас. Ни в одном из миров.

Я научилась ценить протянутую руку помощи. Доверять темным когтистым объятьям. И смотрит в будущее с надеждой.

Можно ли быть счастливее?

Разве что узнать, каково это – сходить на свидание с Палачом Владыки тварей.

Объявляется миссия: дожить до брачной ночи!

Это ещё не всё, или почти эпилог.

– Я обещал свидание. И не только его, – Моршерр вынырнул из тени в тот момент, когда я начесывала Шарркада и лениво наблюдала тем, как Мьянкорри Черная Акула дразнит Ишти, создавая иллюзии рыбок.

Как оказалось, эршера был достаточно хищной тварью, чтобы питать к рыбкам нежную гастрономическую привязанность.

Мор...

Я вскочила, наблюдая искоса за тем, как замер морской. Настороженно повернул голову. Едва не прижал к голове перепончатые уши, как зверь.

Он плавно поднялся и склонился в лёгком поклоне. Острые треугольные зубы сверкнули – и скрылись под плотно сомкнутыми губами.

Тени лениво оскалилась черными псами – и разбежались по стенам комнаты.

Комната было новой, большой, и на одного – как у всех адептов боевого факультета. Мьянкорри забежал с честно выпрошенными мной конспектами по общим магическим дисциплинам – и тут же был припахан к делу Ишти.

Впрочем, морской лорд не возражал. Взаимовыгодная дружба – это не так уж плохо – для начала. Я не забыла о том, как он мне помог, и собиралась сделать всё возможное, чтобы укрепить полезные связи.

В конце концов, мне нужно думать о роде Шаан'Соэн.

– Лес Мьянкори, – теперь Моршерр не скрывался. Холодная усмешка. Давление силы. Темное любопытство. Лёгкий азарт.

– Тирлес Мориан... Прошу прощения, Моршерр, – сверкнул глазами гаденыш, которому жизнь не дорога, – я заходил отдать кое-что важное, но уже удаляюсь. Если будут нужны тренировки, феечка, скажи мне. Может, у нас и разные направления, но кое на что и я... сгожусь.

– Дерзишь? – Почти миролюбиво спросил Моршерр.

Черные глаза с яркими синими искрами ярко сверкнули.

Белые перчатки – обычные, без когтей, теперь были его неизменным атрибутом. Правда сейчас он одну снял...

– Как бы я посмел? – Мьянкорри склонил голову ниже.

Его плечи дёрнулись. По открытой шее пробежала сине-зеленая чешуя.

– Это хорошо... – голос Мора был мягок и почти задумчив. Когти как будто невзначай оперлись о стену, оставляя на светлой узорчатой поверхности полосы, – твой отец ждёт тебя. Вместе с назначенной невестой.

– Вы! – Морской вскинулся.

В перламутровых глазах отразилось ясное желание убивать.

– Ты что-то хотел сказать? – Снова ленивое урчание безнаказанной твари.

Тени кружили хищными гончими, облизываются. Я тоже невольно облизнула губы. Слишком ясно тянуло от Мьянкори злостью и ноткой обречённости.

Он что, прятался от навязанного брака? Или дело не в этом? Впрочем, сейчас это неважно.

– Ничего, – морской мотнул головой, – но не стоит так явно проявлять неуверенность в своей жене, тирлес! – Смешок.

Эмоции адепта изменились, как по щелчку.

Азарт, любопытство, раздражение, насмешка, лёгкая опаска.

Миг – и акулёнок волной расплескался, растворился в вихре неведомой силы. Только в последний момент хвостик тени протянулся вперёд, прорвал чужую магию – и как следует врезал морскому по той самой точке, на которой обычные существа сидят.

Раздался возмущенный рёв – и все исчезло.

– Чем бы головастики не развлекались – лишь бы пираньям не достались, – усмехнулся Моршерр Декерет, – молоденький нахальный зверёныш. Уже проверяет границы дозволенного и норовит пробраться в ближний круг. Повезло ему, что, в отличие от Сейлира, я прекрасно себя контролирую.

Он сделал шаг. Склонился ко мне. В ноздри проник аромат вечернего бриза, моря, стали и ландышей. Когтистая рука обхватила мою шею. Скользнула выше, безжалостно руша прическу, с наслаждением зарылась, притягивая ближе к себе. Продлевая ласку. Я резко выстрелила рукой вперёд, вцепилась в черные жёсткие волосы, дёрнула, потянула на себя.

Наши сущности столкнулись, моя тьма легко оказалась вздернута за шкирку, как щенок. Младший покорился старшему.

Младшая тень растворилась во тьме первородного.

Жадность. Безграничная жажда обладания. Восторг. Кипучий. Ясный. Мы дышали друг другом. Азарт. Восхищение. Моя нежность. Его исступление.

Я не помнила, в какой момент потянула за край темного строгого камзола. Не осознала, когда жёсткие сильные пальцы обхватили плечи, скользнули ниже, к груди, сквозь ворот платья.

Желание было темным. Острым. Жарким. Я хотела, чтобы этот мужчина стал моим. Здесь и сейчас. Отныне и навсегда. Он... Тени переползали рваными клоками с меня на него.

Переход в тень дался так легко, что я его не заметила – только по коже пробежали мурашки. Я не видела ни троп, ни теневых существ. Не ощущала ни опаски, ни страха, ни беспокойства.

Я помнила... Помнила, как хорошо может быть. Но только теперь поняла – все обрывки воспоминаний о скудном земном опыте – ничто.

– Есть только я. Я и ты. И больше – никого. Никогда. Неправда ли, свет мой?

Тени стелились, закручивались в водоворот, сводили с ума. Тени. И жаркий шёпот. И прикосновения. И то, что укрывали нас теперь, отделяли от желанного касания кожа к коже – тоже тени. Они скользили по рукам и ногам. По груди и лицу. Они причудливо искажали мир, отражая нас в миллионах осколках.

Отражая переплетенную, жаркую, отчаянную, страстную действительность.

Моё настоящее. Оно отражалось эхом от этих осколков. Ладонь на груди. Холод и жар сильного тела. Мой укус. Ухо острое, дразнит, дёргается! Его жёсткий властный ответ. Плечо колет иголочками, мир вспыхивает золотым, алым, слепяще чёрным.

Я засмеялась, закрывая глаза. Смеялась, взлетая в вышину, шипя от восторга.

Мои волосы отливали зеленью, по ним бежала россыпь алых цветков шае, благословения сидхе.

Не было ничего, кроме черных глаз Моршерра Декерет, кроме его шёпота, кроме его умелых рук.

И это безумие могло длиться вечно. Этому хотелось поддаться больше все го на свете.

Вечной безмятежности, вечной игре, вечной охоте. Остаться навсегда здесь, во тьме, где всем руководят инстинкты и не нужно ни за что отвечать.

Закон так прост. Сила. Сила правит всем. Но...

Горячая ладонь лениво легла на плечо. Когти проследили одну из царапин. А потом по ней прошёлся длинный умелый язык.

– Мор-р! – Стон. Смех.

Я правда думала, что это можно с чем-то сравнить?

– Надеюсь, теперь в твоём разуме, крови и желании буду только я, – сытое урчание.

Сталь глаз. Вот он лениво перекатился и выпрямился, заставив меня сглотнуть. Хотя... Тени укрыли тело платьем-перчаткой. Я медленно встала, потянулась, оборачиваясь обнаженной спиной. Ощутила, как все вокруг переполнилось яркой вспышкой восторга.