Тени Казани - Шляпникова Юлия - Страница 3

— А это твой натуральный цвет? — спросил Дима прямо на ухо.

Ада вздрогнула и покрылась мурашками, как от легкого ветерка, только вот шея почему-то ощутимо запылала. Как и щеки, поэтому она чуть отвернулась, скрывая это, и кивнула. Потом, набравшись внезапной смелости, спросила, тоже наклонившись к Диме и притронувшись к красной пряди в его волосах:

— А у тебя?

Они в который раз глупо захихикали.

В аудиторию вошла невысокая темноволосая девушка. Копна, собранная в хвост, казалась ни разу не чесанной, а одета она была словно хиппи из шестидесятых — джинсы-клеш и широкая клетчатая рубашка, через плечо — сумка-мешок с бахромой.

— Смотри, нашего полку прибыло, — кивнул в ее сторону Дима, разматывая наушники.

— Новенькая?

— Похоже. Я не видел ее у нас.

— Так ты же редкий гость в универе, — поддела Ада и сама удивилась, как быстро они перешли к таким дружеским подколкам. Не может же так легко быть с человеком, с которым общаешься первый раз в жизни!

Болотная зелень в глазах Димы на пару секунд подернулась пеленой тоски, а потом он протянул:

— Ну Адель, ну чего начинаешь!

— Меня зовут Ада.

— А я все равно буду звать тебя Адель. Тебе так больше идет. — И передал ей наушник.

За пару они прослушали целый альбом Князя, но Аде все песни с непривычки показались слишком похожими друг на друга. Трек-тезка при этом понравился так, что она даже записала себе на полях название группы. Под этой заметкой тут же появился рисунок ромашки от Димы, который будто только и ждал, чтобы оставить свой след в новенькой тетради.

— А знаешь что? — спросил он, когда пара уже почти закончилась. — Тебе не кажется, что эта новенькая кого-то напоминает?

— Побитую псину? — не подумав, выпалила Ада.

— Адель, да ты просто мои мысли читаешь! — воскликнул Дима, не задумываясь, что на него может обратить внимание преподаватель. К счастью, тот был полностью поглощен самим собой и своей лекцией и совершенно не обращал внимания на галдящих студентов. Начало учебы все-таки.

— И что теперь?

— Предлагаю проследить за ней. Вдруг она и правда не человек, а, например, оборотень?

— Тебе явно нужно меньше читать сказки. И слушать тоже.

Дима закатил глаза.

— А ты слишком скучно живешь. Идем прогуляем физру и прошвырнемся где-нибудь?

Внутри Ады зарождался целый вихрь эмоций. Ада-правильная, та, что приходила в университет, чтобы учиться, очнулась на задворках сознания и запротестовала. Ада-лихая, еще незнакомая, новая, оттесняла ту все сильнее и требовала свободы. От этого предложения и вовсе голова улетела, как бывает на качелях, когда делаешь «солнышко». И страшно, и весело, и так и тянет сделать еще что-нибудь опасное. А живот сжимается, будто тело сейчас и правда взлетит. Даже немного замутило от этого ощущения.

— Давай, — почему-то согласилась Ада, и Дима просиял в ответ.

— Тогда пойдем в книжный. Уверен, ты еще не знакома с его величеством Профессором [12].

— У меня есть старший брат, ты правда думаешь, я не читала «Властелина колец»?

— Эльфы или гномы?

— Арагорн!

Дима фыркнул и хлопнул рукой по парте.

— А ты умеешь удивлять, Адель!

Тут прозвенел звонок, и они уже неспешно стали собираться. Куда торопиться, если их не ждет скучная пара бега по спортзалу в соседнем «Униксе»?

Новенькая тоже не спешила и вышла из аудитории прямо перед ними. Аде в глаза бросился ее заросший загривок, а в нос — резковатый запах. Как будто она не могла подобрать нужный дезодорант, но было в этом запахе что-то еще.

— Она пахнет, как собачий поводок, — шепнул Дима, и новенькая резко обернулась.

Дима и Ада дружно сделали шаг назад, случайно сцепившись сумкой и рюкзаком. Пока они разбирались, где чьи ремешки, новенькой уже и след простыл.

— Она нас слышала, — констатировала Ада.

Дима кивнул.

— Все равно проследим за ней и выясним, на самом деле она оборотень или просто не моется.

— Мы же в книжный собирались?

— В другой раз. Давай догоним ее!

И, снова схватив Аду за руку, Дима помчался к выходу.

[4] Законодательство РФ требует сопровождать упоминание Земфиры Талгатовны Рамазановой справкой: признан в РФ иностранным агентом.

[3] Так среди студентов называют второй корпус Казанского федерального университета.

[5] Культурно-спортивный комплекс УНИКС.

[2] Район города Казани.

[1] Законодательство РФ требует сопровождать упоминание Земфиры Талгатовны Рамазановой справкой: признан в РФ иностранным агентом.

[11] Авиастроительный район города Казани, традиционно считается одним из самых криминальных в городе.

[10] Строчка из песни «Адель» группы «КняZz».

[12] Профессор — прозвище Дж. Р. Р. Толкина (1892–1973), автора «Властелина колец». Толкин был профессором Оксфордского университета и получил это уважительное прозвище как среди коллег, так и среди поклонников его творчества.

[7] Добрый день, госпожа! (фр.)

[6] Добрый день, класс! (фр.)

[9] Хорошо, а вы? (фр.)

[8] Адель, как ты поживаешь? (фр.)

Пуститься наутек

Сквозь бешеный поток.

Проблема мне успеть быть круче.

Я с тобою, ты везучий.

Мураками, Наутек

Новенькая — Ада припомнила, староста представила ее как Сашу — тоже решила прогулять пару. По крайней мере, направилась она в противоположную сторону от спортивного центра, к Кремлю.

— А зачем мы ее вообще преследуем? — покачивая сумкой, спросила Ада.

Они с Димой старались держаться от Саши на расстоянии, чтобы не привлекать внимания, но и не слишком отставать, чтобы не потерять из виду.

— Как зачем? В тебе что, не живет дух приключений?

— Сейчас во мне жив только дух голода, — заурчавший желудок подтвердил ее слова.

Дима покопался в рюкзаке прямо на ходу и гордо достал оттуда промасленный сверток. Протянув его Аде, он сказал:

— От сердца отрываю.

— Это что такое? — с подозрением спросила она.

— Это — святое!

В свертке оказался бутерброд с ветчиной, уже немного «поплывший», но менее вкусным от этого он не стал. Ада съела его в один присест и, выбросив обертку в ближайшую урну, показала Диме оба больших пальца вверх.

— Скажи же, обалденно? Это мама делает, — с той же гордостью сказал Дима и протянул открытую бутылку воды, чтобы она запила свой нехитрый перекус. — Только мне оставь немного, все не допивай.

Он достал из рюкзака какой-то плоский предмет с яркой наклейкой на нем. Сначала Ада решила, что это коробка с леденцами, но стоило Диме открыть кейс, как по воздуху поплыл тот резкий и противный запах смеси табака и шалфея. На мгновение замерев и хмыкнув, Дима убрал табакерку обратно. На крышке мелькнул логотип «Короля и Шута».

— И как ты можешь вообще курить эту гадость? — поморщилась Ада, вернувшаяся к прежней, сознательной версии себя. — А вроде же еще и запретили в общественных местах. Тебя что, ни разу не штрафовали?

— Какой же я тогда панк, если не сбегал из кутузки?

Она скептически на него посмотрела, не поверив.

— Только на меня не смей дымить, папа решит, что я тоже начала, и тогда получу дома, — предупредила она.

Они продолжали следовать за Сашей, которая, судя по ее решительности, направлялась в конкретное место. После Александровского пассажа, который вяло реставрировали уже пару лет, Саша свернула к Черному озеру. Стараясь не отставать, они, не сговариваясь, прибавили шаг.