Скандал у алтаря. История униженной невесты (СИ) - Васина Илана - Страница 28

После этой фразы он легонько кланяется и, отойдя на несколько шагов, принимается заниматься своим конем. Протягивает ему какое-то лакомство, гладит по шее, и что-то при этом шепчет. Лошадь утыкается ему в ладонь и благодарно фырчит. Ее хозяин проверяет подпругу, приглушенно бормоча себе под нос непонятные мне слова — наверно, на эльфийском.

Воин как воин… И что я к нему прицепилась?

— Дарн Ферий, — говорю, задумчиво провожая взглядом его тонкую фигуру. — Вы же уверены в этом… Э-ла-ри-э-ле?

— Настолько же, насколько уверен в других воинах. Почему вы спрашиваете, госпожа?

— Не знаю, просто… Других воинов нашли вы, — я задумчиво рву соломинку, поднятую с земли. — А этот — пришел сам. Мошенников, которых я до сих пор встречала, объединяло одно: они очень настойчиво лезли в мою жизнь. Как-то все слишком подозрительно... И откуда он знает, что я фэргю?

— Возможно, от почившей прабабки,— вскидывает брови управляющий. — Или прочитал это по вашей ауре.

— Возможно, — растерзав несчастную соломку, подбираю другую. — Но знаете что, дарн Ферий? Если вдруг случится опасная ситуация, и я буду выглядеть запутавшейся или с мутным сознанием, надеюсь, вы догадаетесь, что делать?

Управляющий хмурится и мрачнеет.

— Если ваш инстинкт подсказывает, что от эльфа ждать беды, почему бы его не выгнать? Одно ваше слово — и я разорву с ним контракт, — он делает шаг в сторону Элариона.

— Нет, нет, не надо, — останавливаю его быстрым жестом. — В том-то и дело, что я не уверена, говорит ли во мне сейчас инстинкт фэргю или чрезмерная подозрительность. Если он сказал правду, то очень нам пригодится! Просто... — я пожимаю плечами, — Кринвуд и Эредар — не те люди, чтобы спокойно ждать, пока их загонят в угол. Они знают, что я под них копаю. Очевидно же, что в такой ситуации им не выгодно бездействовать. Я чувствую, они готовят ловушку. Вот только не понимаю, где и когда в нее попадусь, — я с досадой выкидываю соломку.

Еще раз обвожу взглядом воинов. Все-таки хорошо, что мы набрали новый отряд. Очень хорошо.

— Госпожа, — внезапно ко мне подбегает сияющая Труди, — там к вам прискакал человек от господина Дюрэ. Он что-то говорит про пропуск к лорду Риддарису. Вы теперь можете навестить его, в любой момент. Вас пропустят, так он сказал!

— Прикажите собрать небольшой отряд, — поворачиваюсь к управляющему. — Мы сейчас же поедем в тюремную башню.

— Разумеется, — кивает управляющий, заметно напрягаясь. — А как насчет эльфа? Он поедет с нами?

Я поворачиваюсь к худощавой фигуре менталиста и задумчиво всматриваюсь в его неторопливые, плавные движения, прислушиваясь к собственным инстинктам.

Кто он?

Предатель или союзник — вот в чем вопрос!

Глава 35

Если эльф предатель, то лучше об этом узнать в черте города. Поездка в тюремную башню — как раз то, что надо для первого теста.

Говорят, Филандис патрулирует городская стража, поэтому здесь относительно безопасно. Крупные нападения случаются крайне редко, а уж при наличии личной стражи — о таком и вовсе не слышали.

— Да, — наконец, обращаюсь к управляющему. — Берем эльфа, пятерых воинов и боевого мага. Но прошу вас, присмотрите за эльфом в поездке.

— Понял вас, миледи, — коротко кивает дарн Ферий и идет собирать отряд.

Я пристально наблюдаю за Элариэлем, когда ему объявляют о первом задании, но, к моему разочарованию, на его лице ничего не отражается: ни радости, ни азартного оживления, ни досады... Ему бы в покер играть с такой выдержкой!

На сей раз управляющий тоже садится на коня, — видимо, чтобы вплотную присматривать за эльфом — поэтому в салоне кареты мы с Труди оказываемся вдвоем. Мы так редко с ней остаемся вдвоем, что она, обрадованная таким поворотом, принимается бесхитростно щебетать обо всем подряд. Про усадьбу, про Кэтрин и новых воинов, в том числе, самого противоречивого из них.

— Я конечно видела эльфов на картинках книг, но впервые вижу его в живую, а вы, госпожа?

— Я тоже.

— Интересно, у него есть невеста? Говорят, у обрученных эльфов на правых запястьях надеты специальные, золотые браслеты. У этого воина такие длинные рукава, что я не заметила браслета, даже когда он кормил лошадь. Я бы хотела спросить у него напрямую, но это, наверно, будет не очень уместно и совсем не тактично, а мне не хотелось бы показаться навязчивой. Я бы просто из любопытства спросила, но мужчины — кто их знает, как они воспримут такой вопрос... — она на миг краснеет, очень ярко, как многие рыжие, и тут же переводит тему. — Говорят, эльфы отличные лучники. Интересно было бы увидеть его в бою, правда же, госпожа?

— Ну уж нет, — со смехом качаю головой. — Я надеюсь на обратное. Что нам удастся избежать нападения, и я никогда не увижу эльфа в бою.

Труди и дальше продолжает болтать — ее волнует примерно то же, что и обычных девочек-подростков, но я все меньше вникаю в ее рассуждения. Внутри нарастает необъяснимое беспокойство.

Чем ближе мы подъезжаем к тюремной башне, тем более пустынными становятся улицы. Если в центре города дома плотно утрамбованы стена к стене, и там вовсю кипит жизнь, то здания, мимо которых мы проезжаем сейчас, находятся на расстоянии друг от друга, а людей и вовсе не видно.

Когда мы подъезжаем к одиноко стоящей таверне, оттуда начинают выходить люди в дорожных плащах и рассредотачиваться по мостовой. Несмотря на теплую погоду и яркое солнце, у каждого на голову накинут капюшон, закрывающий пол лица. Еще и сложение у всех крепкое. В эту секунду беспокойство перерастает в уверенность.

Ну все, товарищи, начинается... Вот как сердце чуяло!

— Отодвинься от стен, Труди! — приказываю девчушке.

Стоит ей послушаться, удивленно хлопая глазами, как снаружи раздается громкие крики моих воинов:

— Впереди перекрыта дорога.

— Мы окружены…

— К бою!

Я прижимаюсь к сиденью кареты, нервно стискиваю подол платья в кулаках, пока снаружи гремят тяжелые удары металла о металл, смешиваясь с пронзительными боевыми выкриками и топотом копыт по брусчатке. Один из нападающих выкрикивает приказ про «девчонку брать живой», и его голос тут же тонет в хаосе сражения. Лошади фыркают и рвутся с места, но возница пытается их удержать. Карета сотрясается — похоже, кто-то врезался в нее снаружи.

В окно вижу, как мои воины несутся вскачь. Их тяжелые мечи вспыхивают в солнечном свете, рассекая воздух. Двое стражей уже сцепились с нападающими — широкоплечими воинами в темных плащах. Один из них падает, корчась в пыли, но тут же его место занимает другой.

На мостовую вдруг падает огненная струя. Лошади громко ржут, карета накреняется, и мы с Труди хватаемся за край сиденья. Сердце бьется в груди оглушительным молотом. Я вскидываю взгляд — над улицей зависает огромное крылатое существо, расправляя перепончатые крылья. Его чешуя переливается темным металлом.

Я не могу дышать, не могу даже пошевелиться. Ужас, который сейчас переживаю, я уже испытала однажды в своем кошмаре, и как же я надеялась избежать его в реальности! Дракон делает резкий рывок вниз, и мои воины бросаются врассыпную.

Кажется, тут включается боевой маг, потому что в окошке мелькает ярко-зеленый шар, ракетой взлетающий в воздух. Потом еще один, и еще, а потом — крики усиливаются, так же, как лязг мечей. Сколько длится этот кошмар — понятия не имею. Он сливается для меня в мучительно долгие секунды, минуты, часы…

Головой понимаю, что к нам на помощь наверняка уже устремились городские стражи, но в душе скребется неуверенность... Почему их до сих пор нет?

Наконец, шум битвы стихает, а выглянуть наружу я все равно не осмеливаюсь — слишком боюсь шальной стрелы. Сидим с Труди в центре кареты, подальше от стен экипажа, куда могут вонзиться стрелы, и жмемся друг к другу, как два напуганных котенка. Когда открывается дверца кареты, мы обе вскрикиваем.

Дарн Ферий, появившийся в проеме, выглядит воинственным, но, к счастью, не пострадавшим. Лицо перепачкано мелкими брызгами, в руке он сжимает короткий меч, потемневший от чужой крови.