Цена ненужной женщины (СИ) - Вовченко Людмила - Страница 62

Когда лук лег в горячий жир, кухня наполнилась знакомым, тёплым, сладким запахом. Не едким. Правильным. Потом мясо. Потом — первый тмин. Чуть-чуть. Сразу запах изменился, стал глубже. Роб даже моргнул.

— Вот, — тихо сказала Марта. — Это и есть деньги.

— Деньги так пахнут? — не удержалась Мэри.

— Очень часто.

Она добавила перца, сухого чеснока, чуть-чуть кориандра и велела всыпать крупу. Потом налила бульон, накрыла крышкой и отступила.

— Теперь ждём.

— И всё? — не поверила Агнес.

— Нет. Теперь учимся терпению. Это, между прочим, для кухни самое редкое качество.

Пока блюдо доходило, Марта занялась вторым делом.

Бастурмой.

Именно сейчас, пока Хасан в кухне, пока все смотрят, пока можно сразу объяснить, что деньги в этом доме теперь будут пахнуть не только мылом и честностью, но и мясом со специями.

Она велела принести вырезку — не самую лучшую, но и не жалкий обрез. Затем соль. Чистое полотно. Верёвки.

— Кто солил мясо лучше всех? — спросила Марта.

Мэри тут же ткнула в сторону кухни.

— Старая Нэн, миледи. У неё муж раньше на дальние дороги возил.

— Где она?

— В прачечной.

— Фиона, позови. И быстро.

Пока ждали Нэн, Марта объясняла. Не как госпожа. Как человек, который раскладывает процесс по шагам.

— Сначала соль. Не жалеть. Мясо должно отдать воду. Потом под пресс. Потом — сушить. Но не просто так, не где попало, а в прохладе, где тянет, но не мочит. Потом уже специи. Не для красоты. Для вкуса и сохранности.

Хасан слушал и вдруг сказал:

— Вы не просто видели. Вы думали.

Марта глянула на него.

— Представь себе.

Он покачал головой, будто до сих пор не мог решить, радует его это или настораживает.

Нэн пришла быстро. Пожилая, крепкая, с широкими руками прачки, в шерстяной юбке и вываренном переднике. Её серые волосы выбивались из-под платка, а глаза были из тех, что видят многое, но говорят только полезное.

— Миледи звали?

— Звала. Подходи. Смотри. Ты раньше вялила мясо?

— Бывало.

— Хорошо. Значит, будешь делать под моим словом. Если получится — запустим не только для дома.

Нэн молча кивнула. И, увидев специи, только чуть повела носом.

— Дорого пахнет.

— Именно.

К тому моменту, как они натёрли первый кусок и подвесили его в отдельном прохладном углу, подальше от тепла очага, первое блюдо уже дошло.

Марта сняла крышку.

И вот тут кухня замолчала окончательно.

Потому что запах ударил сразу и в лицо, и в живот, и в память о любой серой еде, которую они ели до сих пор.

Мясо. Жир. Лук. Пряность. Тёплая, густая, сухая, богатая.

Не местная еда.

Но такая, которую хочется есть.

— Ну? — тихо спросила Марта.

Никто не ответил.

Даже Агнес молчала.

Марта взяла ложку, попробовала, дала Хасану.

Он кивнул.

— Хорошо.

— Хорошо — это не то слово, — пробормотал Роб.

Фиона уже стояла рядом, как натянутая струна.

— Миледи… — выдохнула она. — Да в таверне за такое…

— Вот именно, — сказала Марта. — За такое в таверне и будут платить.

Она велела отложить часть в небольшую глиняную посудину.

— Это для подруги. Пусть попробует хозяйка.

— А для милорда? — спросила Фиона.

Марта задумалась.

Потом кивнула.

— Немного можно. Только не острое и не жирное сверху. Ему сейчас вкус нужен, а не подвиг пищеварения.

И тут в кухню вошла Морвен.

Не одна.

С Мойрой.

И если свекровь просто остановилась, оглядывая столы и людей, то экономка тут же поморщилась от запаха так, будто её лично оскорбили.

— Господи, — сказала она. — Чем здесь так…

— Деньгами, — ответила Марта, не оборачиваясь.

Мойра захлопнула рот.

Морвен подошла ближе.

Взгляд у неё был цепкий. Очень.

Она смотрела не только на еду. На лица. На то, как стоят люди. На специи на столе. На чужака у стены. На подвешенное мясо в соли. На Фиону, которая больше не была просто тихой девочкой при чужой двери, а уже явно держалась рядом с Мартой как правая рука.

— Это и есть ваш торговец? — спросила она.

— Да, — ответила Марта. — Хасан. У него специи, кофе и мозги. Что в наших краях редкость.

Морвен посмотрела на него.

— Вы хотите жить в моём доме?

Хасан склонил голову.

— Я хочу работать, миледи. И чтобы за это платили.

— Честно, — тихо заметила Марта.

— Мне это нравится, — сказала Морвен.

Мойра рядом будто подавилась воздухом.

— Миледи…

— А вам, Мойра, — Марта повернулась к ней, — сейчас лучше молчать и смотреть. Потому что если всё получится, то ближайшие месяцы вам придётся привыкать к запаху прибыли.

Мойра побагровела.

— Я не понимаю, зачем в доме этот чужак.

— Затем же, зачем в доме хорошие ножи, — спокойно ответила Марта. — Чтобы больше не жить тупо.

Роб фыркнул в сторону. Агнес даже не прикрыла улыбку.

Мойра это услышала. И вот тут впервые стало видно — она теряет не только власть, она теряет привычную почву под ногами. Потому что люди уже не боятся её достаточно, чтобы прятать лицо.

Морвен взяла ложку сама. Попробовала блюдо. Не спеша. И Марта внимательно смотрела.