Год 1991-й. Вторая империя (СИ) - Михайловский Александр Борисович - Страница 52

Если начинал этот спич я один, то последние фразы мы с моим внутренним архангелом произносили синхронно, отчего у меня активировались все атрибуты Специального Исполнительного Агента. Если Александр Ярославич был при этом спокоен (ибо внутри него тоже зреет нечто, подобное собственному архангелу), то его отец смотрел на происходящее со смесью ужаса и благоговения.

— А мы о таком и не ведали, — растерянно произнес Великий князь Киевский. — Да и откуда нам, сирым, знать о том, что Господь сотворил с каким-то другим миром.

— Зато мне из той заглушенной ветви Мироздания Господь целых два раза присылал подкрепления из людей, которых Он счел небезнадежными — пояснил я. — Они и в самом деле узрели Свет Истины и выразили готовность присоединиться к моему походу по мирам, но сейчас речь не об этом. Даже одного такого Заброса было достаточно, чтобы я узнал о тамошней Священной Римской Империи Германской Нации все или почти все. Как раз сходство вашей ситуаций с той, что была в том, другом мире, встревожило меня настолько, что я позвал вас для этого разговора, пока у меня на то есть свободное время. С экзистенциальными конфликтами подобного рода не шутят.

— Но мы не собираемся ходить в Европу с походами и подобно Батыге жечь, разрушать и класть пусту тамошние земли, — возразил Ярослав Всеволодович. — Нет у нас такого ни в планах, ни даже в мыслях. Зачем нам та Европа, свои бы земли получилось защитить обиходить и обустроить наилучшим образом.

Я вздохнул и ответил:

— Напуганным людям все равно, истинны их страхи или являются только отражением их собственной алчности и злобы. Меряя вас по себе, они думают, что сами они поступили бы точно так же: пошли в поход, все разграбили и сожгли, а завоеванные земли раздали бы в лен своим верным приспешникам. А еще они воспринимают как оскорбление своего достоинства то, что не могут обратить богатства Руси в свою добычу, а ее земли — в свои вотчины.

— Да, отец, — подтвердил Александр Ярославич, — как Верный Сергея Сергеевича я допущен бывать в командном центре его Единства и встречаться там с другими Верными, среди которых попадаются и весьма невероятные собеседники. Были среди них и те, о ком нам только что поведал князь Великой Артании и Специальный Исполнительный Агент самого Господа. В том, другом мире, такая Священная Римская Империя Германской Нации была и достигла невероятного могущества, и в похожих условиях то же самое может повториться у нас. Поэтому нам надо быть готовыми к своим Великим Войнам, когда по призыву Папы и императора в Крестовый поход на Русь пойдет вся Европа, а не одни только ливонские псы-рыцари. Пусть мы не обры, но ярость натиска может быть еще сильнее, потому что нас, русских, европейцы не понимают и не принимают. Это я тоже понял из бесед с соратниками Сергея Сергеевича, ибо такова была вся наша последующая история. А еще не только Русь почти никак не пострадала от нашествия Батыги, его тумены так же не дошли и до Европы, а потому ее силы остались нерастраченными. Чем больше они медлят, собирая войска, тем сильнее будет удар.

— Первый вопрос в таком походе на Восток — это Польша, — сказал я, подвешивая в воздухе голографическое изображение карты Руси и западных окрестностей. — Только овладев ее землями, европейские крестоносцы смогут получить доступ к границам Галицко-Волынского и Полоцкого княжеств. Сейчас эта страна переживает период раздробленности, разделенная на пять уделов еще сто лет назад последним королем Болеславом Кривоустым. Власть краковского князя очень слаба, и меняются такие условные владыки по воле магнатов можновладцев с невероятной быстротой. Сегодня у Польши один принцепс, то есть старший в княжеском роду Пястов, а через год уже другой, а прежний либо умер, либо бежал, чаще всего в Германию. В настоящий момент две трети польской территории контролирует король Генрих Второй по прозвищу Набожный, политически ориентирующийся на папу Григория и, соответственно, враждующий с императором и его курфюрстами. Сразу после смены караула в Латеранском дворце (резиденция римских пап) этому деятелю должно поступить предложение принести императору Фридриху вассальную присягу, а в случае отказа начнется война, которая задержит германский натиск еще на какое-то время. А после покорения Польши все будет вот так…

И я на голографической карте показал направления ударов, примерно как по плану «Барбаросса». Северное направление — из Ливонии на Псков и Новгород. Центральное — из Мазовии через Минск на Смоленск. Южное — через Галицкое княжество на Киев и Чернигов.

— А как же провозглашенный Папой Григорием натиск Ливонского и Тевтонского орденов на Псковскую и Новгородскую земли? — спросил Ярослав Всеволодович. — Били мы уже этих паскудников на Омовже и в других местах, и чую, что этим дело не закончится.

— В Прибалтике конфигурация границ для самостоятельного нападения на всю Русь в целом крайне неблагоприятна, — сказал я. — Одно дело силами Ливонского ландмейстерства Тевтонского ордена нападать на Псков и Новгород, в то время как остальная русская земля лежит в руинах после нашествия монгольской орды, а каждый уцелевший князь сам за себя. И совсем другим образом все может обернуться, если проделать то же самое, когда на Руси есть центральная власть, как во времена Владимира Мономаха, способная выставить объединенное войско, а где-то вне поля зрения завис Бич Божий, который нанесет удар, если русские не справятся сами. Повторение Чудской битвы в таких условиях выльется в ответный поход, после которого Ливонское ландмейстерство просто исчезнет с карты мира, превратившись в Великое княжество Рижское и Ревельское. При этом Священная Римская Империя Германской Нации просто не сможет и не захочет подать помощи ливонским вассалам Тевтонского ордена. Во-первых, Ливония не имеет сухопутной связи с немецкими землями, и все сообщение осуществляется по морю через рижский порт, что затрудняет присылку подкреплений. Во-вторых, Тевтонский орден подчиняется Святому Престолу, а нынешний папа Григорий Девятый люто враждует с германским императором Фридрихом Вторым. В таких условиях ливонские братья-меченосцы предпочитают сидеть на попе ровно, лишний раз не шевелиться и молиться о том, чтобы в следующий раз на конклаве был избран «правильный» Папа. И вот тогда все пойдет по описанному мной плану, в соответствии с которым в каждой земле будет своя война и никто никому не сможет подать помощь. Если в Европе прекратятся внутренние дрязги, сил на такое нападение у нее хватит с запасом.

— Да, Сергей Сергеевич, это так, — подтвердил Великий князь Киевский. — Пока Папа и император грызутся как два пса, на наших рубежах будет спокойно. Но что нам делать потом, когда Европа прекратит внутренние усобицы и соберет свои несметные рати для похода на Русь? Или вы тоже намерены встать рядом с нами вместе со всем своим войском?

— Два года назад мне пришлось воевать Батыгу своим войском, потому что Русь тогда не могла сама дать ему отпора, — ответил я. — Каждый князь был сам за себя, а некоторые из них и сами были не прочь навести поганых на земли своих соседей. Сейчас у вас все по-другому, и того же Батыгу соединенное войско всех русских земель под командой твоего сына выгнало бы обратно в степь, как приблудившегося шелудивого пса. Объединенное европейское войско будет пострашнее монгольской орды, но и его бить тоже можно и нужно. Любая армия, вторгшаяся на чужую территорию, погибнет, если лишить ее возможности добывать продовольствие и фураж. Так мы мелкими летучими отрядами воевали против Батыги, и так же вы должны действовать против европейских рыцарей. Кованая рать и пешая фаланга, способная принять на свои пики натиск рыцарской «свиньи», тоже нужны и важны, но, кроме них, надо иметь еще и летучие отряды из местных жителей-лесовиков, чтобы фуражиры, отделившиеся от основного войска, пропадали бы бесследно. Кстати, арбалетный болт, выпущенный из засады, пробивает любые доспехи, и защиты от него нет. Такими оружием и экипировкой, вполне типичными для вашего времени, но превосходящими европейское качество по классу на две-три головы, мы вас обеспечим в любом требуемом количестве. Ваших воев убить будет трудно, почти невозможно, зато они смогут косить врагов как сорную траву. А еще нужно предпринять некоторые упреждающие действия. Для начала — немедленно заключить союз с Великим князем Литовским Миндовгом. В другой истории он разгулялся на русских землях, ослабевших после монгольского погрома, но на этот раз Русь сильна и едина, а Литва осталась такой, какой была прежде. Не думаю, что этому прожженному политикану, но посредственному полководцу, понравится в одиночестве оказаться на пути вражеского нашествия. Кстати, брат мой Ярослав Всеволодович, это дело как раз по вам, ибо на Руси вы сегодня первый дипломат и политик. Как только такой союз будет заключен, потребуется собрать войско, взять в союзники литовцев и в превентивном порядке, пока у врага еще ничего не готово, провести операцию по полной ликвидации Ливонского ландмейстерства Тевтонского ордена. А уже этим должен заниматься ваш сын Верховный князь Всея Руси Александр Ярославич, как лучший из всех местных полководцев. Когда дело дойдет до взятия укрепленных замков и городов, дабы не класть зазря воев во время штурмов, я окажу вам помощь — малую людьми, но страшную разрушительной мощью. Пусть Европа видит, что бывает, когда кто-то затаил зло на русских людей. Вот вам вполне прогрессивная программа действий до следующей весны, а там уже будет видно, что делать дальше. Понятно вам это или разъяснить подробнее?