Академия №13. Тетралогия (СИ) - Никольская Ева - Страница 115

От этих чешуйчатых психов можно всякого ожидать! Вдруг у князя монстр какой‑нибудь в подвале на привязи сидит? Или и вовсе тирс!

Про демона, связанного с покушениями на нас, мы из‑за последних событий подзабыли. Не до него стало, когда обнаружилось родство Еваники с Лэрр‑Андэрли.

Это что же получается… несостоявшаяся невеста Макса – её тётя?

Кстати, Ювента – дочь лесного князя не от законной супруги, как был Ивар, а от любовницы. Правда, в отличие от Макса, её отец сразу же признал.

Забавно бы вышло, не переведись я в Академию №13. Макс женился бы фиктивно на Еванике, и… все, наверное, были бы счастливы. То есть не все, а драконьи князья. Ведь водяной клан породнился бы с лесным, просто вместо дочки Ардэна Лэрр‑Андэрли, разменной монетой в брачной сделке стала бы внучка.

Но появилась я и, как положено алому пламени, спалила к тирсовой бабушке такой идеальный расклад.

А оракул ведь оказался прав: я и Макса спасла, решив его проблему одним своим существованием, и подругу от фиктивного брака, в котором они могли намертво застрять из‑за стараний князей.

Драконий «серпентарий» мне всё больше не нравится, и в особенности его предводители. Может, они и думают в первую очередь о своём народе, но вмешивать в это нас и заставлять играть по их правилам… Увольте!

Сейчас приведём Еву в порядок, потом побеседуем с князьями, раз они так настаивают, и отправимся ночью домой! Если отец Макса заартачится – взорвём его замок вместе со стражей и «кое‑чем пострашнее».

Я морально уже ко всему готова.

Хватит – нагостились!

Макса зовом крови обратно отец не призовёт, потому что ему уже двадцать пять, а у лесного князя больше нет волос Евы, и новую прядь ему никто срезать не позволит. Мы же теперь знаем, кого именно надо защищать и от чего.

Единственное, что мы так и не выяснили – где демон и на кого он работает, но это, если подумать, не наша проблема, а господина Йорр‑Гарда. От покушения ведь прежде всего пострадал его сын. Вот пусть он со своими ищейками дело и расследует!

Хотя… Магистр Таннэнбаум всё ещё на балу, и он точно там не развлекается. Ещё и Мэйлин к нему умчалась, реагируя на призыв.

Она у лича тоже на магическом «поводке», правда, на временном. В противном случае, он бы мою призрачную подругу из перстная вообще не выпустил.

– Алиса, принеси мыльно‑рыльные принадлежности! – крикнула из ванной Еваника. – Мои принадлежности! – уточнила она. – И платье сразу захвати. А лучше штаны с рубахой. И ботинки без каблука.

– Сейчас. – Я бросилась к двери, но Макс меня перехватил, случайно прижав к себе. Или неслучайно.

– Мне надо…

– Гвидо сходит, – сказал он, взглядом показывая другу поторапливаться.

Некромант молча встал с кресла и пошёл за вещами драконицы. Надо было сразу их захватить, но мы что‑то стормозили.

Едва очутившись на жилом этаже, заперлись впятером в апартаментах Гвидо, ибо он единственный из нас не представлял никакого интереса для драконов. А значит, и прослушки, установленной заранее, тут, скорей всего, тоже нет.

Вообще‑то, её нигде не было – мы проверяли. Но кто этих драконов знает? Вдруг у них есть какие‑нибудь альтернативные способы слежки за гостями? И если таковые действительно имеются, вероятность их встретить здесь гораздо меньше, чем в нашей комнате.

За Флоранс тоже вряд ли приглядывали, но к ней идти не хотелось, хотя госпожа Бошен и предложила свою спальню для нашего спонтанного собрания. По‑хорошему, фею следовало вернуть на бал, где ей самое место, но она упёрлась рогом и заявила, что пойдёт с нами… Евочку успокаивать.

Пришлось согласиться. Не спорить же с королевишной прямо в ритуальном зале, пока князь терпеливо держит портал открытым.

– Я с Гвидо! – заявила Флоранс, с неодобрением глядя, как Макс меня обнимает. – Этот остолоп что‑нибудь не то принесёт! Да и негоже парню в девичьих вещах копаться.

Я бы с этим утверждением поспорила. Пусть лучше некромант это делает, нежели златовласка. Но дракон махнул рукой, мол, идите.

Фло проплыла мимо нас, аки настоящая королева. Макс проводил её взглядом и… захлопнул дверь. Громко! Я аж вздрогнула.

– Что у вас там происходит? – крикнула Еваника из ванной.

– От свидетелей избавляемся.

– За вещами твоими пошли!

Мы с мужем ответили одновременно, но совершенно разное.

– А‑а‑а – донеслось из‑за тонкой створки, перебивая шум воды.

Драконица продолжила плескаться в купальне, а я настороженно покосилась на супруга.

– От свидетелей? – переспросила, почему‑то перейдя на шёпот.

– Расслабься, Аля. Я не собираюсь набрасываться на тебя прямо тут… – улыбнулся парень… но как‑то плотоядно. – Хотя и очень хочется.

– Чего тебе хочется? – начала тупить я… вернее, притворилась, что туплю.

Сердце забилось чаще, в горле пересохло.

Вот зачем он меня опять дразнит? Нам совсем о другом надо думать!

– Как минимум этого, – шепнул Макс, наклоняясь, а я замерла в совершенно неуместном сейчас предвкушении и…

Поцелуй обломал ярко‑голубой вихрь, влетевший в комнату сквозь закрытую дверь. Я дёрнулась из рук парня, но он удержал.

– Убили! – выдохнула белая как снег Мэйлин и замолчала, глядя на нас чёрными, будто сама тьма, глазами.

Ну точно банши… вестница беды.

– Кого? – спросил дракон, а я невольно подумала о декане.

Лича же тоже можно убить, если сильно постараться. Но острые иглы тревоги не разрывали мою грудную клетку. Значит, кто‑то другой погиб, да? Очередная жертва неуловимого тирса? Или, может…

– Невесту убили! – голос Мэй мне показался потусторонним, а холод, окутавший нас – осязаемым, как ледяные тиски.

– Тамирис? – переспросил Макс, а когда привидение кивнуло, приказал: – Веди!

Спустя пару секунд он уже нёсся по коридорам вслед за вездесущей «ашкой», а я летела за ним, используя браслет, и звонила на скарр Гвидо, чтобы они с Евой нас не потеряли.

Глава 24

Тамирис обнаружилась в помещении с красным драконом, мрачно взиравшим на визитёров с огромного гобелена. Вернее, там лежало тело Тамирис. Бледное и бездыханное, с торчащим из груди кинжалом, окутанным сетью магических оттисков, которые стремительно таяли.

Других следов чар вокруг покойницы не наблюдалось, разве что капелька магии для усиления красоты, которая на самом деле в усилении не нуждалась – даже мёртвая, драконица была прекрасна. Словно спящая царевна, которая прилегла отдохнуть на бархатный диванчик.

Если бы не нож и кровавое пятно на платье, я решила бы, что она вот‑вот очнётся, улыбнётся и скажет, что всё это просто глупый розыгрыш.

Но, увы… это не было розыгрышем.

– Все вон! – скомандовал Макс с порога, снимая сюртук.

Нас с боем сюда пустили, и только благодаря вмешательству господина Танненбаума. С условием, что мы тихо постоим в сторонке, ничего не трогая и никого не отвлекая. И вот итог.

Неудивительно, что все уставились на Макса, как на сумасшедшего.

Народу тут хватало. Целитель по‑прежнему пытался вернуть девушку к жизни (естественно, безуспешно). Пара драконьих ищеек, которые маскировались на балу под обычных гостей, сначала что‑то обсуждали вполголоса, но с нашим появлением замолкли и да… тоже воззрились на Макса, как на психа (что, кстати, недалеко от истины).

Стража безмолвствовала, исподлобья глядя на нас. Заплаканная княгиня, чьё лицо сейчас не сильно отличалось цветом от её пепельно‑белых волос, посмотрела на моего мужа с укором и болью, плескавшихся в её глазах. На удивление собранный отец нахмурился, а брат жертвы не проявил никаких эмоций. Совсем.

Даррэн стоял с каменной физиономией. Ледяной принц снова стал ледяным принцем: холодным и бесчувственным.

Хотя откуда мне знать, что за буря бушует у него в душе?

– А не обнаглел ли ты, сынок? – озвучил общую мысль дед Еваники, которого я сразу и не заметила за спинами охранников, выстроившихся в одну линию у дверей.