Ночная жизнь (ЛП) - Турман Роб - Страница 47

Услышав вой приближающихся сирен, я побрел за бродягой. Возможно, Смайли смог бы выбраться, и мне было жаль, что я не мог остаться поблизости, чтобы убедиться, что этого не произойдет. Несмотря на это, я готов был поспорить, что моего золота на девять тысяч долларов не хватит ни на пересадку кожи, ни тем более на восстановление магазина. Проходя мимо витрины с зеркальным стеклом, я коснулся пальцем виска и отрывисто отсалютовал своему отражению. Теперь ты монстр, Калибан. Разве это не здорово?

Разве это не чертовски здорово?

Я потратил часть своего новообретенного состояния на то, чтобы снять настоящий номер в отеле, с шоколадными конфетами на подушках вместо пятен от слюней. Еще я купил мобильный телефон. Из-за постоянной работы и отсутствия развлечений Кэл стал скучным мальчиком. Мы бы этого не хотели. Я мог не упускать из виду приз и при этом баловать себя. Грань была тонкой, но я верил, что смогу её преодолеть. Но больше всего, больше, чем уверенность в себе, я хотел пройти ее. Я хотел прожить жизнь так, как всегда жила половина меня.… с безрассудной самозабвенностью. Это был тот, кем я был и кем в значительной степени остаюсь до сих пор. Без риска целые эпохи могли бы стать чертовски скучными. У людей был естественный выброс адреналина. У нелюдей… большинству из нас приходилось вырабатывать свой собственный.

На первый взгляд, можно с уверенностью сказать, что Нико покинул квартиру после того, как её разгромили пожарные. Логичный вывод, но неверный. Который словно приклеился к сгоревшим останкам дешевого трейлера, всего, что осталось от бойни, устроенной Гренделем? Хотя прошли годы, я знал, что то же самое будет и сейчас. В конце концов, если он уйдет, как бедный похищенный Кэл сможет найти его снова? Нет, он был бы там. По крайней мере, часть дня… ту часть, когда он не рыскал по городу в поисках меня. Нико не смог последовать за мной через ворота, но это не помешало ему тешить себя мрачной надеждой, что, как и раньше, я вернусь. Умный мальчик. Он был прав.

Но когда я позвонил, он был не из тех, кто подходит к телефону. Это дало неприятную трещину в моем твердом убеждении. Это был тот самый сукин сын Гудфеллоу, который, как я надеялся, к этому времени уже был бы на другом конце страны, если не мира. Чертов крикливый павлин, кто бы мог подумать, что он на это способен? Точно так же, как он знал мою репутацию, я знал его — мелкого и корыстолюбивого, с сильно развитым инстинктом самосохранения, хотя в этом не было ничего плохого. На мой взгляд, это были выдающиеся качества, но он не ценил более прекрасные вещи в жизни, те самые, в которых мы с Ауфэ сходились во мнении. На самом деле он любил людей, хотите верьте, хотите нет. Они нравились ему даже слишком сильно. Гудфеллоу должен был сбежать, когда у него был шанс. Слишком плохой. Для него не нашлось бы другого.

— Хороший парень — мягко сказал я — Когда ты успел обзавестись опорой? Они сейчас продаются на eBay?

Я услышал резкий вздох на другом конце провода, а затем его слова, окутанные пылающими красными нитями гнева.

— Дарклинг, что, черт возьми, ты творишь? Ты, проклятый сукин сын, что ты можешь от этого выиграть?

— Выражайся, выражайся — Наклонившись, я открыл мини-бар и достал бутылку пива и пакетик фисташек. Сделав большой глоток прохладного напитка, я продолжил — Я делаю то, что делал всегда. Я стремлюсь к тому, чтобы быть номером один, и получаю за это вознаграждение. Разве не этим ты занимаешься, Ломан? Разве не этим ты всегда занимался? — Я бросил в рот несколько орешков и запил их. Два вкуса, оба солоноватые, но удивительно разные, смешались у меня на языке — И это подводит меня к любопытному вопросу. Почему ты сейчас меняешь свой образ жизни? — Я печально цокнул языком — Тебе надоела такая жизнь, да? Разве у них нет лекарств от таких вещей?

— Ломан — ответил он после минутного молчания, приглушенным, но все еще твердым голосом — Ты назвал меня Ломан.

— Я буду называть тебя Мэри Маргарет, если захочу. Или Дэнни бой. Это более уместно, тебе не кажется? — Я промурлыкал несколько тактов легендарной панихиды, прежде чем решил, что с меня хватит Гудфеллоу и его переменчивого образа жизни. Новый костяк, кризис среднего возраста, что угодно. Все, что имело значение, это конечный результат, и результатом будет его конец — Ник здесь, старый друг? Я бы хотел поговорить с тобой.

— Я тебе не друг — яростно возразил он мне на ухо — Я никогда не был другом ни тебе, ни кому-либо из тебе подобных. Не могу поверить, что я не понял этого, когда Кэл сказал мне. Не могу поверить, что я не догадался, что это ты.

На самом деле это было не так уж сложно понять. Зеркала были для меня относительно новой вещью, поскольку я узнал об этом только за последние пятьсот лет или около того. Другие мужчины-баньши никогда не использовали этот трюк, и теперь, когда я был одним из последних, они никогда не смогут. Так что не было ничего удивительного в том, что Гудфеллоу не знал об этом. Однако это не помешало мне повернуть нож.

— Да, это очень плохо, да? — Добродушно предложил я — Ты мог бы спасти мистера Угрюмого. В любом случае, ты, вероятно, мог бы вытянуть из него еще несколько лет нытья. Какая трагедия — Я допил пиво последним глотком — Ты мог бы спасти его, но ты был пьян и не сделал этого. Держу пари, Нико действительно любит тебя за это.

Тишина. Но иногда тишина может быть такой же сладкой, как любая мелодия.

Выбросив бутылку в мусорную корзину, я быстро сказал:

— Ника нет дома, не так ли? Если бы он был дома, ты бы ни за что не взял трубку. Ничего страшного, я перезвоню. Приятно было поболтать с тобой, дружище. Будет интересно посмотреть, как много ты расскажешь, когда мы увидимся в следующий раз — Я добавил, как бы в шутку — Когда вырву твое сердце и засуну его тебе в рот — Выключив мобильник, я бросил его через плечо на кровать.

Я мог бы позвонить Нико на мобильный и устроить еще одну беседу, возможно, еще более увлекательную, но сейчас нужно было наслаждаться другими ощущениями, получать другие удовольствия. И резкие спазмы в животе были хорошим показателем того, что мне следует выбрать. Я потянулся за меню, которое подавали в номер. Орешки и беседа с Гудфеллоу только разожгли мой аппетит и тягу к крови. Пришло время посмотреть, что в этом заведении готовят из стейков... причем исключительно редких.

Ожидая, когда мне подадут еду в номер, я зашел в туалет и стоял, держа в руках "гордость и утеху Калибана", с интересом наблюдая, как моча стекает в сверкающую белую чашу унитаза. Люди, они действительно были удивительно примитивными созданиями. У них был мозг, который возводил их почти до уровня разумных организмов, но все же они обладали самыми примитивными способностями животных.

— Что ты делаешь, никчемное создание?

Я вскрикнул от неожиданности и резко обернулся. К счастью, шок, который испытал мой организм, остановил поток мочи, и мне удалось избежать оформления ванной в солнечно-желтый цвет. Это также вызвало кое-что еще любопытное. Гордость и радость сменились смущением и стыдом. Он быстро ретировался, как черепаха, и у меня в руках осталось гораздо меньше, чем было вначале.

— Эй — машинально запротестовал я — Куда он делся?

— Скажи спасибо, что я не избавляю тебя от этого совсем — Длинные ногти молниеносно разорвали занавеску в душе, и сквозь нее проник Ауфэ, изо всех сил пытаясь выдавить из себя человеческие слова — Это сделало бы твое пребывание здесь менее приятным, да?

Высшее руководство, эти ублюдки никогда не были счастливы, если только не надрывали вам яйца.… в данном случае буквально.

— Я просто выполняю свою работу, босс — Я быстро застегнулся. Лучше не поддаваться искушению — Все идет по нашему плану.

Голова склонена набок, а расплавленные глаза, прищурившись, смотрят на меня в убийственном созерцании.

— Это план Ауфэ, а не план Дарклинга. Ты должен делать то, что тебе говорят. Это — он взмахнул рукой и прошипел — это не то, что тебе говорили.