Проклятье академии Ардман, или Все равно ты будешь мой (СИ) - Винтер Ксения - Страница 21

— Что ты здесь делаешь? — спросила я, проигнорировав его собственный вопрос.

— К Фейтману иду, — пожав плечами, ответил Коерт. — У меня встреча назначена. — Моя открытая враждебность, очевидно, его ничуть не смутила, и он продолжил свои расспросы: — У тебя точно всё в порядке? Быть может, нужна помощь? Ты выглядишь расстроенной.

— Нет, мне не нужна твоя помощь, — категорично заявила я, отходя от юноши на шаг. — Просто оставь меня в покое!

— Элли, подожди, я всего лишь хочу помочь…

— Адепт Хонгсванг, мне кажется, девушка ясно дала вам понять, что в вашей помощи не нуждается, и продолжать настаивать с вашей стороны — верх неприличия.

Я вздрогнула и обернулась. На повороте коридора, скрестив руки на груди, неподвижно, точно мраморное изваяние, замер Вирайн, при этом вперив недовольный взгляд в моего собеседника.

— Профессор Кьет, — Коерт склонил голову в знак уважения. — Я не желал ничего дурного, просто хотел помочь.

— Нет ничего хуже навязанной помощи, — холодно заметил Вирайн. — Вы, как я понимаю, шли к ректору Фейтману? Вот и идите. С адепткой Лоуи я разберусь сам.

И хотя фраза «разберусь сам» звучала достаточно пугающе, я ощутила внезапное облегчение — этот мужчина уже не внушал мне опасений, и вот от него помощь я была готова с радостью принять.

— Элли? — Коерт вопросительно посмотрел на меня.

— Иди-иди, у меня всё в полном порядке, — заверила я его.

Юноша не выглядел убеждённым, однако спорить не стал, развернулся и направился в сторону ректорского кабинета. Я же перевела взгляд на своего наставника и благодарно улыбнулась.

— Спасибо, профессор Кьет.

— Не за что, — сухо бросил он, на мгновение задержал взгляд на моих браслетах, а после снова посмотрел мне в лицо. — Вы не пришли на ужин, так что Кея вменил мне в обязанность позаботиться о том, чтобы вы нормально поели. Ужин в моём кабинете вас устроит?

— Вполне, — заверила я его. — Но если вам неудобно…

— Если бы мне было неудобно, я бы вас не позвал.

— И вас не смущают слухи? — на всякий случай уточнила я. — Вдруг кто-то увидит, как я вхожу в ваш кабинет, да ещё и в такое время…

— Рабочий кабинет — не спальня, это раз, — совершено равнодушным голосом ответил Вирайн. — Вы — моя личная ученица, это два. И до отбоя ещё далеко, это три. Так что прекращайте придумывать глупости и следуйте за мной.

— До этого вы единственный раз на занятии на меня не накричали, и это стало причиной, чтобы распускать всякие грязные слухи, — справедливости ради заметила я, покорно двинувшись следом за преподавателем по коридору.

— Что лишь говорит о том, что у студентов много свободного времени и мало мозгов, — Вирайн резко остановился и наградил меня пристальным взглядом. — Вас именно это задело сильнее всего? Что вас записали в мои любовницы?

Я растеряно моргнула.

— Эм… причём тут вы? — не поняла я. — Мне в принципе не нравится, что все считают меня девицей лёгкого поведения, прыгающей по койкам. И тут не играет роли, кого именно мне прочат в любовники: вас, ректора или кого-то ещё.

— Слухи будут ходить всегда, — пожал плечами профессор Кьет. — Они — бич любого коллектива. А в Ардмане не так много объектов, про которые можно безопасно для себя распускать сплетни. Так что тут у вас два пути: пытаться каждому закрыть рот, лишь раззадоривая сплетников и подкидывая им новые темы для обсуждения, или включить мозги — а я уже убедился, что они у вас есть, — и просто игнорировать все выпады в свою сторону. Вот увидите, как только вы перестанете реагировать на оскорбления, сплетни утихнут сами — ведь нет никакого интереса поливать грязью того, кому на это наплевать.

Перемирие

Кабинет профессора Кьета располагался на втором этаже административного корпуса, и, переступив порог, я не смогла сдержать восхищённого вздоха: всё пространство достаточно просторной комнаты было заставлено маленькими квадратными столиками, на которых лежали различные артефакты, причём большинство было в разобранном состоянии.

— Прошу вас ничего здесь не трогать, — строго проговорил Вирайн, зашедший в кабинет следом за мной. — Возьмите стул, — он указал рукой на невысокий деревянный стул с мягким сиденьем, ютившийся в самом дальнем углу возле окна, — и садитесь сюда, — он махнул в сторону прямоугольного письменного стола, стоявшего в центре кабинета и половину которого в данный момент занимали уже знакомые мне пластиковые судочки с едой.

— Профессор Кьет, вы работаете с артефактами? — прямо спросила я, даже не пытаясь держать собственное любопытство в узде.

— Да, — последовал лаконичный ответ. — Вы же не думаете, что личный ученик мне нужен как преподавателю физподготовки? — Вирайн презрительно фыркнул. — Чему бы я вас учил в таком случае? Правильной технике отжиманий?

— Вы будете меня учить артефакторике?

— Буду, раз уж наш драгоценный ректор не оставил мне выбора. Хотя, конечно, в идеале, мне бы хотелось выбрать подмастерье самому, а теперь придётся работать с тем, что есть.

А вот это прозвучало обидно!

— Я вам совсем не нравлюсь? — прямо спросила я, так и не двинувшись с места, как, впрочем, и сам Вирайн, так и замерший возле двери и не сводивший с меня внимательного взгляда.

— А почему вы должны мне нравиться? — задал он встречный вопрос. — Магический уровень у вас средний, физическая подготовка слабая, плюс сегодняшняя ситуация с адептом Питери показала, что у вас есть проблемы с контролем эмоций и здравой оценкой ситуации. Всё это вместе делает вас в моих глазах крайне непривлекательной кандидатурой в личные ученики.

— То есть тот факт, что я якобы сплю с ректором, вас не смущает? — я сразу обратила внимание, что моя мнимая распущенность в перечень недостатков не вошла.

— Меня в принципе не касается личная жизнь студентов и студенток, — заверил меня Вирайн. — Вы все совершеннолетние, так что за любые последствия своих интрижек нести ответственность будете сами. В крайнем случае, возиться с вами придётся Бастельфис.

Я нахмурилась.

— Если вас не волнуют мои отношении с Алваро, зачем вы распустили слухи о том, что мы с ним любовники?

— Что? — лицо Вирайна вытянулось в удивлении. — Вы в своём уме, адептка Лоуи? Я похож на бабку-сплетницу, сидящую на лавочке у подъезда и перемывающую всем косточки? Мне больше заняться, по-вашему, нечем?

— Видимо, нечем, — пожала я плечами. — Потому что слухи о том, что я любовница Алваро, пошли именно после того, как вы застали нас перед началом учебного года в весьма неоднозначном положении. К слову, если вам интересно, я всего лишь лечила ему больное колено, а не делала то, о чём вы подумали.

— Мне совершенно неинтересно, что вы там делали с ректором, — заверил меня Вирайн раздражённо. — А то, что вы подозреваете меня в распространении грязных сплетен, и вовсе кажется мне оскорбительным.

— Простите, — с готовностью извинилась я. — Просто вы произвели на меня не лучшее первое впечатление, вот я и сделала неверные выводы.

Вирайн наградил меня пристальным взглядом, а затем как-то тяжело вздохнул и сказал:

— Я на многих произвожу не лучшее первое впечатление. Как говорит наш дорогой декан, характер у меня дурной и я совершенно не умею общаться с трепетными девицами и вчерашними подростками.

Я не удержалась от нервного смешка и окончательно расслабилась.

— Думаю, к вашему стилю общения легко можно привыкнуть, профессор, — искренне заверила я его.

— Посмотрим, что вы запоёте, когда мы приступим к индивидуальным занятиям, — фыркнул Вирайн. — А теперь прошу к столу. Кея мне голову оторвёт, если вы снова останетесь голодной.

Разбитое сердце

Ужин в компании Вирайна прошёл в абсолютной тишине, которая, впрочем, не показалась мне гнетущей или некомфортной. Просто нам с профессором Кьетом было не о чем говорить, и, быстро расправившись со своей порцией жареного риса со свининой, мужчина углубился в чтение какого-то солидного фолианта, позволяя мне не спеша закончить трапезу.